НоуНейм
Шрифт:
– Ты идёшь?
– Нет.
– Необучаемый дебил. – Хлопнувшая дверь не внесла особых изменений в наши перехлёстнутые судьбы.
II
Наступил 2009 год. Летом, немного поколебавшись, государство запретило сначала казино, игровые залы с аппаратами, а затем и карточные клубы, где проводились турниры по «спортивному покеру». Лазейка, связанная с признанием в 2007 году покера одним из видов спорта, вскорости захлопнулась. Большинство таких «спортивных клубов» в той или иной степени превращались в обычные игорные заведения со всеми сопутствующими излишествами в виде рулеточных
Правительство решило прекратить смелый эксперимент, переводящий техасский холдем и другие покерные разновидности в чуть ли не олимпийскую дисциплину, и скопом включило их в реестр азартных игр. Созданная ушлыми энтузиастами Федерация спортивного покера обернулась пшиком. Попытки её организаторов зайти с другой стороны и внести смуту законодательными инициативами в сплоченные ряды российских парламентариев также закончились ничем.
Возможно, причины тотального запрета произрастали на берегах Невы, в культурной столице нашей родины. Именно там, в университетских стенах, прошла значительная часть жизни избранного годом ранее президента. И вполне вероятно, что его отношение к игре как к губительной страсти сформировалось благодаря лучшим образцам классической литературы вроде «Пиковой дамы» Пушкина и произведений Достоевского.
Лично меня удивляла очевидная недальновидность столь высоких государственных мужей. Пять или шесть игорных зон, задуманных по американскому образцу в разных концах необъятной страны, на тот момент еще даже не начали толком строиться, а их расположение явно не могло в будущем удовлетворить потребности играющей части населения.
Выглядело совершенно непонятным, почему нельзя организовывать подобные площадки рядом с крупными городами и агломерациями, максимально усложнив попадание туда представителей проблемных слоев общества, ради чьего блага и вводились предельно суровые ограничения на игорную деятельность. Отсутствие личного автотранспорта для регулярных загородных поездок, необходимость каждый раз тратить значительную сумму на покупку «лаки чипов» (не обмениваемые обратно на деньги в кассе казино фишки, которые принимаются только за игровыми столами, и обязательные к приобретению клиентом при входе в заведение) отбивали бы у «проблемных» игроков всякое желание втягиваться в сложную и дорогостоящую авантюру.
Люди, занятые ежедневным выживанием и походами на низкооплачиваемую работу, соблазнялись нереализуемой, но предлагаемой залами с игровыми аппаратами мечтой о лучшей жизни, лишь находясь от них в шаговой доступности. В этом и заключалась по-настоящему страшная проблема умело выстроенного конвейера по отъему денег у самых бедных. Но в итоге и она никуда не делась.
Однако другой выходец из Петербурга, на время уступивший президентский пост своему младшему коллеге и являвшийся тогда главой правительства, отчего-то не счел нужным обратиться ко мне за советом, выслушать мои соображения по поводу того, как нам обустроить игровую Россию.
Все окончательные решения были приняты, страна погрузилась в игровой вакуум, моментально заполнившийся нелегальными организациями и прочими катранами, становившимися точками притяжения для не совсем одноруких бандитов и коррумпированных сотрудников различных силовых структур. Освободившийся рынок перекраивался не вполне цивилизованными методами.
Тут и там открывались «лотерейные залы», маскируя под зазывающей вывеской
Карточная игра также насыщалась «пиханиной» как со стороны владельцев, так и со стороны игроков подпольных заведений. В возникшем «соревновании» использовались все доступные средства – от классической ловкости рук и втягивания в мошеннические схемы персонала до самых передовых достижений технического прогресса.
Неуклонно рос процент разбойных нападений на посетителей игрового «подполья». Впереди предстояли долгие годы борьбы государства с последствиями собственных неоптимальных решений.
Марина сдержала обещание помочь Французу. Её отец, встретившись со мной и Лёхой, детально обрисовал возможные вопросы, возникающие при создании и дальнейшем функционировании такого типа «бизнесов». Андрей Андреевич предложил своё постоянное участие в обсуждаемой теме за разумный процент, взявшись за полное сопровождение проблем, обусловленных повышенным вниманием к планируемому предприятию со стороны правоохранительных органов.
Отказываться от такого предложения было глупо. Маринин папа, мягко намекнув, что в случае согласия всю дальнейшую коммуникацию будет осуществлять преимущественно через меня, преследовал сразу несколько целей: он знал, что я не искажу доносимую до него информацию и заодно проконтролирую соблюдение финансовых договоренностей.
Француз, казалось, обрадовался сложившейся ситуации и закрепил её результаты, посулив мне соразмерную новым обязанностям долю. Последним в участники концессии из любви к искусству записался Султан. Владея большим количеством зданий и помещений, сдаваемых в аренду, он «подгонял» «правильные» места, оптимально подходящие для скрытого размещения игорных заведений.
Я не остался в долгу перед Французом и втянул товарища вместе с его деньгами в онлайн-игру. Команда молодых игроков, собранная в трёх комнатах съемной квартиры с несколькими выделенными интернет-линиями, начала приносить неплохой доход.
Кто-то из молодежи уходил, решив, что заработанного хватит для единоличного плавания, кто-то, наоборот, предпочитал долгосрочное сотрудничество и минимизацию своих рисков. Возникшая структура оказалась самоорганизующейся – образовался «тренерский штаб», подтягивающий до необходимого уровня игры слабых или новых членов группы.
Деятельность в интернете открывала массу возможностей. Совершенствовалась теоретическая база покера. Знакомство и общение с представителями игрового сообщества стран СНГ наводило на перспективные мысли. Султана все эти, как он говорил, «копошения» не интересовали, но «забегами» в крупные покерные онлайн-турниры чеченец не брезговал и вносил часть стоимости вступительных взносов за наших игроков.
В таком темпе и прошли следующие два года. Наступивший 2011-ый запомнился мне тремя событиями. Во-первых, закрытием весной одного из крупнейших румов, владельцы которого долгое время нарушали американское законодательство, запрещавшее организацию азартных игр в интернете. Тамошнее министерство юстиции не бросило в беде вовлеченных в преступные игрища граждан США, чьи депозиты, вносимые на счета рума, проводились коварными организаторами как покупка в онлайн-магазинах подарочных комплектов мячиков для гольфа, драгоценных камней и иных предметов роскоши.