Ноосферату
Шрифт:
Кинув взгляд на догорающий навес, рядом с которым лежала покрытая пеной половинка вроде как «Крузака» и суетились парни в желтых брезентухах, сделал еще одну затяжку стрельнутой на нервах, сигареты.
Фельдшер «Скорая» приводила в порядок Ольгу, спасавшую кассу и, кажется, если я правильно читал по губам, ругала женщину, объясняя, что деньги – тьфу, их заработать можно, в отличии от жизни и здоровья, которые с небес на халяву не падают!
Чуть дальше, метрах в семидесяти от кафешки, вокруг глубоченной и здоровенной дыры в асфальте трассы республиканского значения, суетились люди,
Лейтенант, наконец-то расслышал Серегу, от души выматерился и пошел к «конторским», выяснять, что же за хрень творится на вверенном ему участке дороги.
А еще через пятнадцать минут примчалась моя личная кавалерия, во главе с Никой – новостники уже успели разнюхать о случившемся, да и те пяток машин, что миновали нас за последний час успели поделиться случившимся в соцсетях, так что это моя кавалерия еще и припозднилась, я бы даже сказал…
Помахав рукой мужикам, отдал ключи Лешеньке, забрался на заднее сидение нашего конторского «Хамви», которые так нравятся Нике с Зарей и полез шариться в подлокотнике, куда, по всем правилам, должна была быть упрятана вторая аптечка.
Правда, у нас, вместо «медицины» в этой аптечке лежит «гематоген», но именно его мне сейчас и не хватало!
Вгрызаясь в тягучку, чувствовал, что оживаю прямо на глазах.
По крайней мере крик Ники слышу уже почти разборчиво.
Осталось понять, что именно она говорит и будет вообще все в лучшем виде!
Парни в костюмах, насторожившиеся при виде тупоносого монстра от американского автопрома, разглядев на дверях свеженькую надпись «Сыскное агентство «Тюр»» слегка расслабились, а когда мы развернулись и помчались в сторону города, так и вовсе душевно помахали нам в след, надеюсь, не пожелав, чтобы мы свернули себе шею!
…- Взрыв, прозвучавший несколько дней тому назад на трассе республиканского значения номер 87, продолжает вызывать все больше и больше вопросов… - Ведущая новостей блеснула винирами и продолжила читать с телесуфлера. – Официальные власти не отрицают возможности, что произошедшее – не удавшийся теракт, который планировалось провести в день города и что, возможность других взрывов…
Я поморщился и щелкнул пультом, выключая зомбятник.
Эти две заразы, Заря с Никой, сразу после моего возвращения определили меня в эту дальнюю гостиничку, которой управляла Мехна Демидова, бабка, разосравшаяся со старейшиной Демидовых еще лет сорок назад и теперь честно зарабатывающая себе на «первую, положительную» гостиничным бизнесом.
Потянувшись, глянул за окно, за которым вьюжило и сладко зевнул.
По заверениям Зари, меня искренне жаждут опросить и «конторские», и бывшие коллеги Ники, но меня провели как «неходячим и вообще впавшим в кому», так что на некоторое время от меня все отстали.
Поглядев в окно еще минуту, плюнул, влез в бар, достал оттуда бутылку «армянского» и, накинув на плечи джинсовую рубашку, пошел к своему любимому
Ага, к Мехне.
Во-первых, она знает толк в коньяке, во-вторых она прекрасно знает, что такое скука, а в-третьих, она не канифолит мне мозги!
Да, обе красавицы моих, в последнее время требуют, чтобы я скатался в «престольную» и «предстал» там перед основными семействами.
В упор не могу понять, откуда у них вылезло вот это вот?!
Да срать они там, в столице, хотели на местечковых управителей свежеслепленных родов и семейств!
Вот и Мехна мои мысли подтвердила, да еще и намекнула, что если высунусь со своим Родом сейчас, то меня попытаются живо окрутить и заставят влиться в Род постарше и позначительнее.
Так что, бухаем, госпожа Демидова!
Не спешный лифт поднял меня на четырнадцатый этаж, два молодых вампира-охранника, разглядев меня с «дарами» расступилась, открывая проход в святая святых – огроменную студию, в которой музицировала своим зеленым насаждениям, владелица гостиницы.
А что, между прочим, чувство прекрасного вампирам и прочим Иным совсем не чуждо!
Правда, «полонезъ Огиньского» в исполнении мадам Демидовой больше походил на похоронный марш, ну да он им, собственно говоря, и задумывался, так что я без особых претензий.
– Нет, никогда он мне не удавался… - Мехна оборвала мелодию и раздраженно дернула плечом. – И никогда не могла понять, как это говнище стало «венцом творения и тоской по родине»! Ведь говнище же!
– Отставьте мертвецам хоронить своих мертвецов…- Я водрузил бутылку коньяка на закрытую крышку рояля, заботливо подложив под донышко свой собственный носовой платок.
Чистый, чистый, не настолько я «деревенщина» чтобы ходить в гости с грязными и ненадушенными платками.
Даже если я в джинсовой рубашке!
– Ох Макс-Макс… - Бабушка Мехна укоризненно покачала головой. – Совсем ты свою печень не любишь…
Через минуту, из дальней двери, полузамаскированной цветущей китайской розой, выплыла ее любимая индианка, толкая перед собой серебристый столик на колесиках, уже «упакованный» бутылкой без этикетки, тарелочками с шоколадом, нарезкой, оливками и соленым салом, с черным хлебушком и тонко нарезанным лимончиком, в окружении кофе и сахара.
– Сегодня, Макс, пьем «Шустовский», еще дореволюционный! – Бабушка вскрыла бутылку и по комнате поплыл удивительный аромат тепла и странных специй, каких я, на своем веку, точно не встречал.