Ноосферату
Шрифт:
Рэл помотал головой.
Я – тоже.
– И следы ее затерялись где-то на Дунае? – Тук усмехнулся, видя наше удивление. – Н-да-а-а-а, помотало Елену, изрядно. Вот, только, есть информация, что не на Дунае надо искать, а куда-то ближе к Иртышу…
Я фыркнул.
Нет, Иртыш к нам близко, конечно… Но, вот ожидать, что Елена Троянская жила в такой глуши… Это уже слишком даже для меня!
– Ну, а кольцо-то тут причем?! – Не выдержал я. – Оно у меня уже лет шестьдесят как, если не больше! Мало ли кто его мог найти, мог вообще
– Рэс… - Тук мило улыбнулся. – Возьми колечко, подай мне, милый братик!
Всегда знал, что Тук – это еще та подстава!
А Рэса – погубит его самоуверенность…
Едва старший из драконидов коснулся колечка, как его так дроботяпнуло, что он из человеческой формы, быстрее свинячьего визга вылетел!
Хорошо что они с Туком, почитай, что подростки по драконьему счету лет и в «полную кость» не вошли, так что места для ослепительно-белого дракона с красными ушами и такими же чулочками на передних лапах, хватило.
Конечно, полы придется перестилать, а Нику – отпаивать водкой и выводить в постельный режим, денька этак на два, но…
Зато она сможет смело сказать, что драконы существуют, что они среди нас и что они действительно – красивые твари!
– За тварей – ответишь отдельно! – Рэс напомнил мне, что в своей «истинной» форме, эти заразы легко читают мысли не только людей но и большинства Иных, от людей произошедших. – И… предупреди, чтобы не болтала много!
Через мгновение, Рэс снова перекинулся в человека, тяжело вздохнул и, подойтя к своему брату, отвесил ему звонкого подзатыльника.
– Ну-у-у-у-у… За дело. – Вздохнул, соглашаясь с наказанием, Тук.
– Значит, это – кольцо Елены Троянской? – Я поднял с пола упавший перстенек и снова полюбовался отражениями, играющими в гранях камня.
– Ага… - Тук улыбнулся. – Ее самое колечко. А еще, друг мой вечно находящий себе баб сильнее себя и потом за это огребающий, это колечко первой Оборотницы, по его образу делали кольца для всей первой Гвардии.
– Только сапфировые… - Вырвалось у меня.
– Нет. – Ехидно поморщил нос наш любитель истории. – Сапфировые – это уже пятая гвардия. У первых, как и в твоем, использовались александриты. Во втором и третьем наборе – рубины. У четвертого в оправе красовались изумруды… Но тебя это волновать не должно, Макс…
– А что меня должно волновать? – Не выдержал я. – Чего ты постоянно надо мной издеваешься, а?
– А волновать тебя теперь должна владелица этого колечка. – Рэл с сожалением посмотрел на пустую чашку. – Она ведь все равно к тебе вернется и ты от нее никуда не денешься…
Глава 18
Оказывается, когда у тебя кроме трех встреч с «финиками» в неделю, больше ничего над головой и не висит, то это такой кайф!!!
Передав 5 января бразды правления Нике, я, вдруг, даже и растерялся как-то.
Никуда не надо бежать, рвать когти, выяснять
Благодать!
Я даже, в кои-то веки, оставил дома телефон и до ночи шарился по городу с камерой, снимая отголоски прошедшего праздника!
Заходил греться в кафешки, пил глинтвейн и тащился от одиночества и мороза.
На следующий день, наконец-то добрался до площадки и отвел душу на «Малышке», вволю покружив над городом и окресностями.
После такого отдыха, даже злобные финики не смогли испортить мне настроения.
Налоговики отстали раньше – все свои дела я вел вполне легально, а дел нелегальных налоговая и не знала.
«Финики» подозревали, конечно, но подозрениями сыт не будешь, а без доказательств…
Конечно, они обязательно меня помурыжат и обязательно будут докапываться к Нике, как к новой владелице бизнеса, но…
Обломаются, побреются и неровно обрастут – бизнес продан, лицензии оформлены на Нику и еще троих моих спецов, от меня там, отныне, даже запаха нет!
Ника, вон, после посещения драконов, устроила ремонт в моем, гм, теперь уже – своем! – кабинете, так что ничего не знаю, я ухожу в долгий и сладкий загул!
Я откинулся в ковше сиденья нашей «Шевы-нивы», оставленной для себя, после долгих раздумий.
Ну, нравилась она мне, после всех переделок, нравилась.
200км\ч в ней, конечно, даже после переделок не выжать, но вот укатить куда подальше от шума городского, в горы и через реки – это за милую душу.
Наш, гм, теперь уже – мой – Кузьма-мастер пообещал сделать сзади нормальный спальник, так что покатаюсь по региону, душу отведу!
Остановившись на светофоре, глянул в зеркало заднего вида.
Темно-зеленый «Паджерик» все так же тащился за мной, маскируя своей квадратной кабиной притулившийся за ним «Смарт-табуретку», который «привязался» у фиников и теперь нагло кативший за мной уже четырнадцать светофоров.
На следующем повороте «Паджерик» ушел влево, а «Смарт» прикрылся ментовским «бобиком», в котором сидели уставшие и злые мужики, совсем не довольные тем, что вместо своих дел, прикрывают топтунов от «финико-фискалов».
Усмехнувшись, перестроился в крайний правый ряд и ушел в проулок, в частный сектор, за которым было офигенное, заснеженное белое поле, раскинувшееся километров на двадцать!
Полный привод и…
Полицейские не полезли, а «Табуретка», она и в Африке – табуретка, для города машинка суперская, хоть и «косметичка на колесах».
Выкатившись на середину поля, достал камеру и выбрался на крышу – судя по положению солнца и состоянию души – кадры должны были получится отпадные!
Пришлось, конечно, и с фильтрами поиграть и поизгибаться в самых невозможных позах, ловя ракурс, и даже в снег закопаться, чтобы снять колею следов от «Нивы», уходящую в даль, к белым столбам дыма из дальних домов частного сектора.