Ночной рейд
Шрифт:
Мерсьер не отвечал. Он сидел молча в задумчивости.
— Ты здесь, Ален?
— Да, прости.
— Кажется, что мы были лишь посредниками, — продолжал Клейн. — Хотел бы сообщить тебе больше, но это всё, что мне пока удалось обнаружить.
— Звучит непонятно, — произнес Мерсьер. — С какой стати департамент энергетики мог перенаправить такую огромную сумму денег агентству, занимающемуся морской наукой?
— Ничего не могу сказать. Следует ли моим служащим работать над этим вопросом далее?
Мерсьер
— Нет, лучше передай это дело мне. Зондирование из нейтрального источника встретится с меньшим сопротивлением.
— Не завидую тебе, придется иметь дело с Сандекером.
— Ах, да, директор Государственного агентства подводных и морских исследований. Никогда не встречался с ним, но слышал, что он отъявленный негодяй.
— Я знаю Сандекера, — сказал Клейн. — Ты недооцениваешь его. Если ты сможешь распять его шкуру на двери амбара, то я гарантирую, что половина Нью-Йорка наградит тебя медалью.
— Но ходят слухи, что он хороший человек.
— Он не идиот. Избегает политики, но водится с правильной компанией. Чтобы выполнить работу, без колебаний наступает на пятки, «будь прокляты эти торпеды» и все такое. Никому из тех, кто пытался сражаться с ним, не удалось выйти победителем. Если у тебя возникли лукавые мысли по его поводу, то думаю, что дело будет серьезным.
— Невиновен, пока вина не доказана, — заметил Мерсьер.
— Его довольно трудно застать. Почти всегда не отвечает на звонки или попытки попасть к нему на прием в офисе.
— Подумаю о том, как найти его, — уверенно произнес Мерсьер. — Спасибо за помощь.
— Не стоит, — сказал Клейн. — Удачи. Чувствую, что она тебе понадобится.
22
Каждый день точно без пяти минут четыре адмирал Джеймс Сандекер, генеральный директор Государственного агентства подводных и морских исследований, выходил из своего офиса и спускался на лифте в отдел коммуникаций на десятом этаже.
Это был крепкий невысокий человек, рост пять футов и несколько дюймов, аккуратная рыжая борода очень подходила к густой шевелюре, в которой только начинала пробиваться седина. В шестьдесят один год он был настоящим крепким орешком. Для поддержки тела ежедневно проглатывал необходимые дозы витаминов и чесночные пилюли, дополняя это утренней пробежкой от своей квартиры до высокого застекленного здания штаба агентства подводных и морских научных исследований, находящегося на расстоянии шести миль.
Он вошел в огромное помещение отдела коммуникаций площадью пятнадцать тысяч квадратных метров, уставленное аппаратурой, которую обслуживали сорок пять инженеров и техников. Шесть спутников на орбитах вокруг земли соединяли агентство с метеостанциями, океанографическими научно-исследовательскими экспедициями и сотнями морских проектов, действующих во всём мире.
Директор
— Адмирал, пройдите, пожалуйста, в проекторскую «В».
Сандекер кивнул в знак благодарности и вошел в помещение, казавшееся небольшим кинотеатром. Опустился в мягкое кресло и терпеливо ждал, когда на экране появится изображение.
Высокий худой человек, находящийся за три тысячи миль, смотрел с экрана проницательным взором. Волосы черные, широкая улыбка на лице, похожем на скалу, на которую обрушивалась океанская волна.
Дирк Питт сидел, откинувшись на спинку стула, ноги неуважительно подняты на электронную панель. Он поднял надкушенный сэндвич и сделал им приветственный жест.
— Простите, адмирал, вы застали меня в тот момент, когда я решил подкрепиться.
— Ты никогда не придерживался формальностей, — добродушно проворчал Сандекер. — Зачем же начинать сейчас?
— Внутри этого плавающего недоноска холоднее, чем в прямой кишке медведя. Мы сжигаем тонны калорий, пытаясь согреться.
— «Дудлбаг» не круизный корабль.
Питт отложил сэндвич в сторону.
— Конечно, но для следующего путешествия нужно лучше продумать систему обогрева.
— На какой глубине вы находитесь?
Питт посмотрел на показания прибора.
— Семьсот тридцать футов. Температура воды — двадцать девять градусов. Условия совсем не подходят для игры в водное поло.
— Есть проблемы?
— Нет, — ответил Питт, продолжая широко улыбаться. — «Дудлбаг» ведет себя как воспитанная дама.
— У нас кончается время, — сказал Сандекер спокойно. — Я жду телефонного звонка от нового президента в любой момент. Он хочет узнать, как продвигаются у нас дела.
— Мы с экипажем останемся здесь, пока не кончится топливо, адмирал. Больше ничего не обещаю.
— Нашли какие-нибудь минералы?
— Мы прошли над огромными залежами железа, над месторождениями урана, тория и марганца, возможна добыча в промышленном масштабе. Встретились почти все минералы, кроме того, который мы хотим найти.
— Геология и сейчас перспективна?
— Показания усиливаются, но нет ничего, что указывало на структурное поднятие, антеклизу или соляной купол.
— Надеюсь на стратиграфическую ловушку. У нее самый высокий потенциал.
— «Дудлбаг» не может создать доходный песчаный остров, адмирал. Он может только найти его.
— Не меняй темы, но внимательно смотри в свое зеркало заднего вида. Я не смогу помочь, если вас поймают за нарушение границ на чужой стороне улицы.
— Хотел спросить вас, что можно сделать, чтобы аудитория не производила триангуляцию моих видеопередач?
— Один шанс к сорока.
— Что вы имеете в виду?