Ночной рейд
Шрифт:
Автор романов-бестселлеров, уроженка Канады, Нэнси жила в Ирландии, чтобы избежать ошеломляющих налогов, вызванных инфляцией. Она редко навещала родственников и друзей в Ванкувере и уже более двадцати лет не появлялась в Квебеке.
Как только официальная машина привезла Даниэлу в городскую квартиру и у ворот на посту появился полицейский, она начала ходить из комнаты в комнату, хлопая дверями, спустила воду в туалете, включила радио.
Утвердив
Поспешила вниз по ступеням во внутренний гараж для одной машины, который выходил на задний проезд. Анри Вийон пунктуально ждал ее в своем «мерседесе». Он протянул руки и обнял ее, когда она наклонилась, чтобы сесть на переднее сиденье.
Даниэла расслабилась, чтобы автоматически ответить на поцелуй. Но проявление чувств было слишком мимолетным. Он отодвинулся от нее, принимая деловой вид.
— Думаю, что это важно, — сказал он. — Становится всё труднее оторваться.
— Это говорит человек, который так безответственно занимался со мной любовью в особняке премьер-министра?
— В то время я не готовился к выборам на пост президента Квебека.
Она отодвинулась на своем сиденье в машине и вздохнула. Даниэла почувствовала, что исчезало волнение, угасала страсть их тайных встреч. Иллюзия, которую можно было бы разрушить, отсутствовала. Она никогда не обманывала себя надеждой на то, что эти особые отношения могут продолжаться бесконечно. Сейчас оставалось лишь поглубже спрятать боль и остаться добрыми, если не близкими, друзьями.
— Пойдем куда-нибудь? — сказал он, нарушая ее задумчивость.
— Нет, просто покатаемся вокруг.
Он нажал на кнопку электрического замка двери гаража и задом выехал в проезд. Движение на дороге к реке не было оживленным. Он встал в небольшую очередь машин, ожидающих погрузки на борт парома, направляющегося на восточный берег.
Пока он въезжал на сходни и ставил автомобиль на носу парома, откуда можно любоваться огнями, отражающимися в реке, они не проронили ни слова.
— Приближается кризис, — наконец сказала она.
— Это касается тебя и меня или Квебека?
— Всех вместе.
— Ты рисуешь довольно мрачную картину.
— Это я и имела в виду, — сказала она и сделала паузу. — Шарль собирается уйти в отставку с поста премьер-министра Канады и баллотироваться на пост президента Квебека.
Он повернулся и пристально посмотрел на нее.
— Повтори это еще раз.
— Мой муж собирается выставить свою кандидатуру на пост президента Квебека.
От раздражения Вийон отрицательно
— Не могу поверить, что он пойдет на это. Это самая нелепейшая вещь из всех, о которых мне когда-либо приходилось слышать. Зачем? Нет никакой причины или повода для такого глупейшего решения.
— Полагаю, что это вызвано злостью.
— Он ненавидит меня до такой степени?
Она опустила глаза.
— Думаю, что он подозревает о нашей связи. Возможно, даже знает. Наверно, хочет отомстить.
— Шарль? Вряд ли. Он не подвержен детским реакциям.
— Я всегда была так осторожна. Вероятно, он следил за мной. Как еще он мог что-либо понять?
Вийон наклонил голову назад и рассмеялся.
— Потому что я был настолько добр, что рассказал ему.
— Ты не мог! — вырвалось у нее.
— К черту эту привередливую гадину. Пусть он мучается от жалости к самому себе, меня это ни капли не беспокоит. Этот гнусавый негодяй не может выиграть на выборах, как бы ему этого ни хотелось. У Шарля Сарве мало друзей среди жителей Квебека. Основная поддержка будет оказана мне.
Паромный док находился уже всего в сотне метров от них, когда из пятой машины за седаном Вийона вышел мужчина и присоединился к пассажирам, возвращающимся на парковочную палубу после того, как они ходили полюбоваться открывшимися видами.
Через заднее окно он увидел два профиля, приглушенные голоса были слышны через поднятые окна.
Он небрежно прошел вдоль «мерседеса», открыл заднюю дверь, словно машина принадлежала ему, и сел на заднее сиденье.
— Мадам Сарве, месье Вийон, добрый вечер.
Даниэла и Вийон пришли в полное замешательство, плавно переходящее в неверие, а затем в страх, когда они увидели револьвер сорок четвертого калибра, медленно приставляемый то к одной, то к другой голове.
Причина для удивления была весомой.
У Вийона возникло ощущение, что он смотрит в зеркало.
Человек на заднем сиденье был его точной копией, двойником, клоном. Он четко видел все особенности лица в свете прожекторов причального дока, лучи которого проходили через лобовое стекло.
Даниэла лишь слабо застонала, но могла бы истерически закричать, если бы рядом с ее щекой не размахивали револьвером.
Кровь прихлынула к ее обычно безупречной коже, Даниэла судорожно дышала, хватая воздух ртом.
— Легко могу ударить женщину, не испытывая никаких угрызений совести, поэтому, пожалуйста, пожалейте себя и не оказывайте сопротивления.
Голос был точной имитацией голоса Вийона.
— Кто ты? — требовательно спросил Анри. — Чего ты хочешь?