Ночная
Шрифт:
– Прошу меня простить, — не скрывая досады, сказала она. — Кажется, настало время официальной части. Я должна поприветствовать Их Величеств. Надеюсь, вы уделите мне время после церемонии.
Я тоже на это очень надеялась, а потому заверила принцессу, что буду с нетерпением ждать. Леди Гвириль удовлетворилась обещанием и, неприлично высоко подобрав юбку, устремилась обратно в центр парка. Я осталась стоять — с необъяснимым облегчением наблюдая, как она удаляется.
Увы, полюбоваться на это умиротворяющее зрелище мне не дал Раинер.
– Пойдем скорее, — храмовник уверенно потянул меня следом за принцессой, словно
– Нужно предупредить охрану, что ты мог разрушить заклинание, — пересилив себя, кивнула я.
Раинер досадливо помотал головой, но промолчал: мы уже приближались к гостям, образовавшим правильный полукруг перед королем и королевой. Его Величество уверенно вещал что-то про многолетнее сотрудничество и доверие между странами, которое предстояло укрепить кровной связью, про новых друзей и неожиданные открытия. Натренированная тремя годами торжественных линеек в Иринейской школе, я пропустила речь мимо ушей и попыталась занять место где-нибудь позади высокопоставленных гостей (судя по лицам, натренированных не хуже меня) — и едва не клюнула носом ухоженную парковую травку, когда Раинер не позволил.
– Ты что? — возмущенным шепотом поинтересовалась я.
Рэвен, с каменной миной стоявший по правую руку от Его Величества, едва успел спрятать злорадную усмешку. А Раинер молча остановился среди приближенных Его Величества, невозмутимый и непоколебимый, словно всю ночь тренировал классическую придворную мину — и, надо признать, весьма преуспел. Я такой выдержкой похвастаться не могла — и, поняв, что стою в каком-то шаге от супруги третьего принца, нервно сглотнула и потупилась.
Зрелище моих голых ног на фоне изысканной темно-сапфировой юбки Ее Высочества тоже не слишком воодушевляло, но устраивать шумиху, утаскивая Раинера в арьергард, я не рискнула. От недовольства аристократии нас ограждала незыблемая стена ирейского этикета, а вмешиваться, отвлекая гостей от речи короля, было перебором даже для меня.
За душевными терзаниями и несвоевременными размышлениями о социальной пропасти я пропустила тот момент, когда Его Величество умолк, предоставляя слово внуку, и Рэвен принялся отрешенно озвучивать традиционные формулировки для заключения помолвки. Я встрепенулась только на последних словах, когда он плавно опустился на одно колено перед леди Шейли. Графиня смотрела на него с едва скрываемым скептицизмом, и Рэвен, на мгновение блеснув белозубой улыбкой, что-то сказал ей вполголоса — а она не сумела справиться с уголками губ, неумолимо поползшими вверх. Но в последний момент все же взглянула вправо.
На меня.
А я отчего-то забыла про все свои планы насчет Раинера — стояла в первом ряду, закрывая собой третью принцессу королевского дома, и, должно быть, казалась чертовски жалкой в своем платье не по размеру и с взъерошенной прической, попорченной острыми впечатлениями от леди Гвириль, но…
В том, как графиня ри Паовилл смотрела на меня, было что-то такое… завистливое. Темное.
Ревнивое.
Потому что, как бы я ни выглядела, с кем бы я ни стояла, какие бы чудовищные манеры ни демонстрировала — а меня Рэвен выбрал добровольно. Сам. Пусть никто не мог предсказать, как бы мятежный виконт
Я вдруг поняла, что тащить сюда еще и Раинера с его тяжелым и открытым вожделением было чертовски плохой идеей. Я и так навсегда останусь той ошибкой, которую леди Шейли своему мужу никогда не простит. Даже если он с этого мгновения ни разу не взглянет в мою сторону, она будет помнить, с чего начался этот брак.
«Что в тебе такого, чего нет во мне?» — с брезгливым недоумением спрашивал ее взгляд. И я не могла ответить ей ничего утешительного.
Зря я согласилась сюда прийти.
Кажется, единственным, кого все устраивало, был Рэвен. Получив неуверенное согласие невесты, он под услужливые аплодисменты надел ей на палец фамильное кольцо и впервые на законных правах мимолетно коснулся губами ее запястья, прежде чем подняться с колен. Он тоже отлично понимал, что только что пустил собственный брак под откос — соблюдя все требования и приличия.
– Осмелюсь заметить, Ваше Высочество, ваш совет слишком узнаваем, чтобы Его Величество выразил свое недовольство только внуку, — с точно выверенной пропорцией яда и скрытого уважения в интонациях произнес отлично поставленный женский голос у меня за спиной.
Я вздрогнула и украдкой обернулась, чтобы получить лишнее подтверждение тому факту, что над украдкой мне еще работать и работать.
Третья принцесса сдержанно улыбнулась мне и чуть склонила голову, будто здоровалась со старой знакомой. Ее супруг как ни в чем не бывало протянул мне руку в традиционном приветствии, и мне не оставалось ничего, кроме как вложить свои пальцы в его ладонь под бдительным взглядом Раинера.
Но Его Высочеству Дориану ди Ариэни, разумеется, и в голову не пришло позволять себе какие-либо вольности в отношении посторонней простолюдинки. Он всего лишь слышал обо мне — как и добрая половина обитателей этого высокородно-привилегированного гадючьего гнезда, по недоразумению называемого дворцом — и просто выполнил привычный ритуал.
А что у меня сердце в пятки ушло и все мысли вышибло далеко и надолго, когда сам принц склонился над моей рукой — так кто тут виноват, если я не привыкла к светским манерам?
– Вас ждут, госпожа Сабинн, — ровным голосом сказал Его Высочество, когда стало понятно, что в таком ступоре я могу стоять до утра.
– Кто?.. — растерялась я — и только потом догадалась обернуться.
Раинер. Меня ждал Раинер, без единого сомнения вышедший на пятачок свободного пространства перед королевской четой и теперь с тяжелым ядом во взгляде следил, как я бледнею и краснею, не решаясь шагнуть вперед.
– Улыбнитесь, госпожа Сабинн, — негромко посоветовала Ее Высочество Вега. — И запомните этот день. Теперь вы можете всем говорить, что однажды вашего шага ждал сам король.
Я вздрогнула. Конечно, король! Не просто же так он позволил Раинеру прогуляться перед собой…
«Леди Шейли меня убьет», — почему-то подумала я и шагнула вперед, позволив храмовнику взять себя за руку. А он сощурился и, так и не сумев скрыть усмешку, опустился на одно колено — отчетливо копируя увиденную ранее сцену.
Я судорожно втянула в себя воздух, не зная, как реагировать и что говорить, и зачем-то отыскала Рэвена глазами. Он уже стоял в стороне, церемонно отставив локоть, на который опиралась леди Шейли.