Ночная
Шрифт:
Меня, разумеется, тут же потянуло на сомнительные действия, но усталый голос мастера Паншилла живо свел их к списку действий богоугодных:
– Нет, все-таки намордник. Вон отсюда!
Кажется, словосочетание «вон отсюда» Раинер все-таки выучил — не иначе, из-за частоты повторения — но спорить с целителем не стал. Только напоследок ласково коснулся губами лба — и вышел. А я прокляла все на свете.
Тумбочка с вожделенным блокнотом стояла слева от койки.
Глава 20 Принцесса и ответы
Следовало признать: свое дело мастер
Разумеется, теплых отношений на такой основе у нас не сложилось.
Он не пускал ко мне в палату ни Раинера, ни Оберона, ни Рэвена, а узнав про забытый храмовником блокнот, безо всяких сантиментов изъял потерю и самым возмутительным образом усыпил меня на полуслове. За те несколько дней, которые неумолимый мастер отвел на выздоровление, в отделение сумела прорваться только Юнити. Увы, поделиться новостями о покушении она не могла, но, по крайней мере, развеяла завесу тайны над болью под ключицей.
Неизвестный стрелок оказался куда более метким, чем я думала. Он попал именно туда, куда целился — но не учел, что среди гостей затесались две жрицы Равновесия, вполне способные заткнуть дырки в сердце тканями из руки. Спасти меня это не могло, но, по крайней мере, позволило дотянуть до храма и нормальной пентаграммы, где сердце заменили целиком. Юнити дисциплинированно отметилась у жертвенника и у главного целителя госпиталя, и на работу со мной отправили самых опытных и доверенных — не то в ответ на искреннюю просьбу сестры, не то в ужасе, что она наведается еще разок.
От таких новостей у меня немедленно заныло в груди. Теперь-то я отчетливо понимала, что боли — фантомные, на самом деле все давным-давно в порядке, а исцеляющий кокон был нужен, чтобы привыкание к восстановленным тканям происходило быстро и безболезненно. Но сообщение о том, что тебя вообще-то убили, редко кого оставляет равнодушным.
– Так вот почему Раинер так переживал, — пробормотала я и прикусила губу. Он-то не знал ни про храм Равновесия, ни про способности жриц и наверняка думал, что все кончено…
Юнити лукаво сощурилась, и я, поняв, что наводящих вопросов не избежать, обреченно вжалась в подушку.
– Он собирался сделать тебе предложение, — не смилостивилась сестра.
– Да не собирался он! — простонала я. — По тангаррским традициям положено порезать ладони и соединить их над чашей, а вытекшую кровь приносят в жертву в Собор, после чего храмовник должен связать руки жениха с невестой красной лентой, символизирующей связь. Ее потом положено привязать к специальному дереву хитрым узлом… в общем, поверь: то, что Раинер творил на королевском пикнике, ни о каких серьезных намерениях не говорит. — Я собралась было сообщить, что, скорее всего, Оберон попросту подкинул ему идею, как успокоить леди Шейли, убедить ее, что соперница не станет претендовать на Рэвена, — но вовремя прикусила язык.
Если бы Юнити узнала про Рэвена, она бы мне точно ноги вырвала.
– Ну да, конечно, он просто решил, что у него штаны слишком чистые, вот и встал на колени, — скептически хмыкнула сестра. — А кольцу в коробочке было душно, и его
Я озадаченно заткнулась.
Вообще-то он мог. Регулярные путешествия в принципе способствуют широте взглядов и уважительному отношению к традициям аборигенов — особенно если они, будучи в дурном настроении, сжигают чужаков на кострах. А таких аборигенов (и пострадавших чужаков) на Тангарре с избытком, и уж кто-кто, а Раинер с его цирковым прошлым наверняка набрался соответствующих впечатлений.
Но, справедливости ради, не следовало забывать, что Юнити не знала, зачем мне вообще понадобился храмовник на пикнике. Да и про обеты ее никто не просвещал, и про подписанный контракт с МагПро, по которому Раинер обязывался передать свой опыт по разрушению чужой магии с полуслова…
Нет, раскатывать губу было рановато.
– Подумаю об этом, когда он все-таки договорит, что собирался, — решила я.
– Ты же понимаешь, что это будет очень и очень нескоро? — уточнила Юнити. — Ты такими темпами так и останешься одна до глубокой старости.
Я подавилась воздухом.
– На себя посмотри!
Будто в ответ на мое возмущение, в дверях немедленно нарисовался мастер Паншилл с обязательным напоминанием:
– Госпожа Сабинн, вашей сестре противопоказано волноваться. Вам следует завершить визит или оставить столь животрепещущие темы.
Прозвучало это почему-то отнюдь не так категорично и требовательно, как я привыкла слышать. Да и выглядел мастер Паншилл изрядно выбитым из колеи: похоже, неповторимое обаяние моей сестрицы не оставило равнодушным даже непробиваемого целителя.
– Только не уходи! — тут же попросила я. Даже ужас перед матримониальными наставлениями Юнити проигрывал адской скуке, одолевающей меня второй день кряду.
– Как скажешь, — благосклонно кивнула Юнити, устраиваясь поудобнее на стуле для посетителей.
Под ее внимательным взглядом мастер Паншилл впервые на моей памяти едва не сбился с правильного плетения, но все же исхитрился вытянуть его на чистой силе и удалился, оставив меня с обновленным заклинанием на руке и саркастически заломленной бровью, которая никак не желала возвращаться на место.
– Не хочешь взять у него координаты сенсоров? — все-таки не удержалась я.
– Подумаю над этим, когда он тебя все-таки долечит, — передразнила меня Юнити и многомудро перевела тему. — Держу пари, ты хотела обсудить не своего целителя, а светскую хронику.
Я мигом проглотила все колкости, вертевшиеся на языке, и кивнула с мольбой во взгляде.
– Кроме тебя, никто не пострадал, — сообщила самое главное сестра. — После выстрела вокруг гостей немедленно возвели магический щит в несколько слоев, и крайний даже выдержал до того момента, как Раинер сообразил, что неплохо бы помолчать и не отвлекать жриц от работы. Короля с королевой увели во дворец, а поисками стрелка занимался лично лорд Вейланд ри Гейб, так что его поймали еще до того, как тебя увезли в храм Равновесия. Правда, в прессе указали только, что стрелок был гражданином Хеллы. Леди Гвириль сказала, что возьмет это дело под личный контроль.