Ночь в его объятиях
Шрифт:
— Да, конечно.
Наконец-то он хоть что-то мог сделать.
Брэм опустился на колени около задыхающейся девушки и осторожно обнял ее.
— Не бойтесь, держите ее как можно крепче, — сказала Сюзанна. — Она должна оставаться неподвижной. — Откинув голову Дианы Брэму на плечо, она вылила содержимое крышечки в посиневшие губы девушки. — Глотайте, дорогая. Я знаю, что это трудно, но вы сможете…
Мисс Хайвуд кивнула и сделала глоток. Затем опять начала задыхаться.
— Что теперь? — спросил Брэм.
— Теперь
Они молча ждали, напряженно прислушиваясь, как мисс Хайвуд борется с удушьем. Спустя несколько минут хрипы смягчились, и на щеках появился легкий румянец. Постепенно дыхание начало восстанавливаться, и Диане стало лучше.
— Вот и хорошо, — пробормотала Сюзанна. — Теперь, дорогая, дышите глубоко и медленно. Худшее позади.
Брэм отпустил молодую женщину, оставив ее заботам Сюзанны.
— Все в порядке, дорогая, — шептала она, поглаживая влажный лоб Дианы. — Все закончилось. Все хорошо.
В этот момент к ним приблизилась Минерва, прибежавшая из «Рубина королевы».
— Диана!.. Боже мой, что случилось?
Она взяла сестру за руку.
— У нее был приступ астмы, — ответила Сюзанна. — Но ей теперь лучше.
Минерва поцеловала сестру в бледный лоб.
— О, Диана, я не должна была оставлять тебя в этом месте. Я знала, что тебе не нужно танцевать.
— В этом нет вашей вины, Минерва.
Девушка вскинула голову.
— О, я очень хорошо знаю, кто виноват во всем этом! — Ее пристальный взгляд сосредоточился на человеке, стоявшем в некотором отдалении. — Это все из-за вас, сэр!
Вся толпа тотчас же уставилась на Колина. Но Брэм чувствовал, что это и его вина. Да, безусловно, его кузен также был виноват. Но он, Брэм, нес ответственность за него.
И Сюзанна тоже это знала. В то время как все остальные смотрели на Колина, она смотрела на него, Брэма. И в ее взгляде ясно читалось: «Не говори, что я тебя не предупреждала».
— Мы ни за что не останемся в этом ужасном месте! — завопила миссис Хайвуд, прижимая носовой платок ко рту. — Я знала, что курорт в Кенте был бы лучшим выбором.
— Мама, пожалуйста… Давайте обсудим это потом.
Минерва взяла мать под руку.
Сюзанна помогла Диане Хайвуд подняться, потом сказала:
— Дамы, давайте отведем ее в гостиницу, где она сможет отдохнуть.
— А я могу помочь? — спросил Брэм, взяв под локоть мисс Хайвуд.
— Нет, спасибо, милорд. — Сюзанна грустно улыбнулась ему. — Этим вечером вы и ваши друзья натворили уже достаточно.
— Я буду ждать тебя, — пробормотал он. — Увидимся позже, в Саммерфилде.
Сюзанна покачала головой:
— Нет, пожалуйста, не надо.
— Но я хочу помочь… Поручи мне хоть что-нибудь.
— Только одно. Оставь меня, — прошептала Сюзанна. Она отвела взгляд и добавила: — Пожалуйста, Брэм.
Он со вздохом поклонился и отступил в сторону. Молодые дамы тут же столпились вокруг Сюзанны, и вместе они
Брэм снова вздохнул. Итак, он подвел Сюзанну. Она попросила, чтобы он положил конец этому безумию, а он отказался. И теперь мисс Хайвуд заболела, а кондитерская в руинах. Да, он очень подвел Сюзанну. А ведь она отдала ему свою девственность… Проклятие!
Что ж, завтра он постарается все исправить. А сегодня вечером у его кузена будут большие неприятности.
— Идите все домой, — сказал он мужчинам, слонявшимся по переулку. — Выспитесь, избавьтесь от похмелья, а завтра приходите сюда на рассвете. Пока мы не приведем в порядок это место, не будет никаких тренировок.
Мужчины тут же разошлись, оставив Брэма наедине с Колином. Тот осмотрелся и с усмешкой покачал головой.
— Да, я, безусловно, оставил здесь свой след. Вряд ли где-нибудь в Англии после моего отъезда оставалась таверна в более неприглядном состоянии.
Брэм в гневе уставился на кузена.
— Ты думаешь, это забавно? Заведение Фосбери все в осколках, а одна молодая леди этим вечером чуть не умерла.
— Знаю-знаю, — кивнул Колин. Он провел рукой по волосам. — Вообще-то это совсем не забавно. Но откуда я мог знать, что так произойдет? Ты должен понять: я не собирался причинить кому-нибудь ущерб. Мы только хотели немного повеселиться.
— Повеселиться?.. А ты не подумал о том, что у дам есть причина для сохранения этой мирной деревушки? Или о том, что миссия, которую мы должны здесь выполнить, гораздо важнее развлечений? — Колин не ответил, и Брэм сказал: — Нет, конечно, ты об этом не думал. Ты никогда ни о чем другом не думаешь — только о том, как бы найти возможность повеселиться.
— О, пожалуйста, не надо… Ты тоже никогда не задумываешься о чувствах других людей. Все мы просто являемся препятствием на пути к твоей воинской славе. — Колин вскинул руки. — Я не хочу находиться в этой Богом забытой деревушке!
— Тогда уезжай. Найди кого-нибудь из своих развратных друзей и сиди у него на шее в течение следующих нескольких месяцев.
— Ты что, действительно думаешь, что эта идея не пришла мне в голову сразу же после нашего приезда сюда?! Господи, можно подумать, что я не смог бы найти лучшего жилья, чем этот ужасный замок.
— Тогда почему ты все еще здесь?
— Да потому что ты мой кузен, Брэм!
Это была лишь констатация факта, не более того. Но Колин, в гневе сжав кулаки, продолжал:
— Ты был моим самым близким родственником с тех пор, как мои родители… В общем, сам знаешь. Но мы с тобой едва разговаривали друг с другом последние десять лет. А ведь теперь, после смерти твоего отца, я твой единственный родственник.
— Да, конечно, — кивнул Брэм.
Колин же вновь заговорил:
— Так вот, кузен, я уеду завтра утром. Я избавил бы тебя от своего общества сейчас же, но я не путешествую по ночам.