Ночь иллюзий
Шрифт:
– Ван Ваук и все остальные, - спросил я, - что они думают об этом? Барделл резко взглянул на меня.
– Я вижу, вы становитесь самим собой. Они струсили. Посчитали, что с них довольно. Они рассуждали об условиях перемирия; вы даже и слышать об этом не хотели. Вы назвали их предателями и приказали покинуть станцию.
– А как настроены вы, Барделл? Он замешкался, прежде чем ответить, как человек, взвешивающий каждое слово.
– В тот раз я встал на вашу сторону, - сказал он.
– Сейчас я вижу,
Говоря это, он все больше приходил в волнение.
– Если мы вновь соединимся с энергосистемой, это будет означать смерть. Нет, хуже смерти - разрушение рассудка! И ради чего? Они одолеют нас, нам это известно; Дисс проникнет в Космос Человека - будем мы сражаться или нет. Если мы сейчас признаем этот факт и эвакуируем станцию до того, как будет поздно, мы еще можем спасти свой разум. И может быть, потом начать снова.
– Что произойдет с остальными людьми?
– Они не шевельнули пальцем, чтобы помочь нам, - решительно сказал Барделл.
– Они смеются над нашей битвой. Им все равно. Им в с е равно, Флорин!
– Почему вы считаете, что мы проиграем?
– Вам недостаточно последней атаки?
– он вскочил на ноги, глаза его стали дикими, речь не совсем отчетливой.
– Это была всего лишь обычная проба, попытка найти слабое звено в цепи станций, но получился почти прорыв! Вы знаете, что это означает! В данный момент они собирают все свои силы для тотального штурма нашей станции атаковать вас и меня. Флорин. Наши рассудки этого не выдержат. Мы обречены! Если только...
Он замолчал и искоса посмотрел на меня.
– Продолжайте, Барделл. Снимите камень с души.
Он вздохнул и высказался до конца.
– Если только мы не будем действовать быстро. Мы не знаем, как долго продлится передышка. Мы должны опередить их. В прошлый раз они застали меня врасплох.
– Он замолчал.
– То есть они напали на нас до того, как мы имели возможность обсудить этот вариант, но сейчас...
– Я думал, вы остались добровольно.
– Я мог бы уйти со всеми. Как видите, не ушел.
– Итак, вы остались, но не для того, чтобы сражаться, да? У вас были другие планы, но они напали раньше, чем вы подготовились. К чему подготовились, Барделл?
Он нервно засмеялся.
– Вижу, вы восстанавливаете свою былую проницательность, Флорин. Да, у меня была причина, чтобы остаться, и я не собирался кончать жизнь самоубийством. Ван Ваук, Иридани и все другие сейчас на пути в глубокий тыл. Но какая польза им будет от этого через пять или десять лет, за которые Дисс достигнет самых дальних рубежей? Они бегут в панике. Флорин, но не я. Не мы. У нас есть альтернатива.
– Назовите ее.
– Энергосистема.
Его глаза,
– Мы можем использовать мощь энергосистемы на кое-что более полезное, чем защита неблагодарных недоумков.
– Расскажите мне об этом.
– Я все изучил, - заговорил он, на этот раз быстро, как бы в ритме чечетки.
– Я экспериментировал во время передышек. Энергосистема - это фантастическое устройство, Флорин, способное на такие вещи, о которых и не мечтали ее изобретатели! Она может передавать материю - включая и людей мгновенно через всю Галактику!
– Не почувствуем ли мы там себя слегка одинокими?
– Не только нас. Флорин: все, что мы выберем, перенесется с нами. Мы можем, остановив выбор на определенных мирах, перенести на них все, что пожелаем, кого пожелаем, и даже поместить целую планету на стабильную орбиту вокруг подходящего солнца в сотне тысяч световых лет от угроз Дисса. Пройдут поколения, прежде чем враги проникнут так далеко, и, возможно, к тому времени мы подготовим новую и более эффективную защиту.
Он подбодрил меня улыбкой, но воздержался от того, чтобы погладить по голове.
– Я вижу, вы давно размышляете об этом, Барделл, но вы уверены, что энергосистема способна сделать столь многое?
– Абсолютно! Мы посылаем экстренный сигнал по линии Транс-L, когда все действующие связи входят в резонанс, - и дело сделано.
– Сколько звеньев связи все еще действует?
– Во всем секторе меньше полумиллиарда, - сказал он, скривив свои красиво очерченные губы.
– Тем не менее, для одной пульсации этого достаточно.
– Почему только для одной? На этот раз его улыбка сделалась слегка угрюмой.
– Во-первых, разовая пиковая потребность в энергии такова, что это полностью опустошит участвующие звенья, а во-вторых, высвобожденная энергия мгновенно превратит систему в груду обломков.
– Итак, все, что нам следует сделать, это довести до идиотизма полмиллиарда людей, верящих нам, и разрушить систему - их единственную защиту.
– Ну, вы высказались довольно эмоционально, но по существу правильно.
– Я не перестаю удивляться, почему вы не проделаете это без моего участия?
Он всплеснул руками и снисходительно произнес:
– В конце концов, мы друзья, коллеги; я всегда уважал вас... Уважал ваши таланты, хотя и не разделял все ваши взгляды.
– Помогите мне встать, - попросил я. Он подскочил и взял меня под локоть, я встал и нанес ему прямой правый прямо в солнечное сплетение, вложив в удар всю силу и весь свой вес. Он издал сдавленный хрип и, сложившись, как складной нож, упал лицом вниз.
– Мои взгляды не изменились, - сказал я.
– Я остаюсь.