Ноа

Ди Кара

Я включил душ и отлил, пока нагревалась вода.

У меня была чувствительная кожа, очередной симптом вредных привычек, от которых мне нужно было отказаться. Всё болело. Моё настроение менялось слишком чертовски быстро. В одну секунду я был настроен решительно, а в следующую был готов выбросить полотенце. И пока принимал душ, я боролся с собой, потому что всё сводилось к чёртовому алкоголю. Мне нужно было избавиться от него полностью, хотя бы на время, и я должен был это сделать, пока позволяло настроение.

Это

было моим костылём уже месяц. Достаточно. Бросать уже будет болезненно, так что последнее, что мне было нужно, так это тянуть дальше.

Выключив воду, я вышел и обкрутил полотенце вокруг бёдер. Меня звала кровать, но я не покину пещеру так быстро. Должна была разразиться битва, так пусть будет так.

Я почистил зубы и надеялся, что большая часть вчерашней попойки исчезла. Я знал, как пахнет виски на следующий день. Нанеся немного дезодоранта и лосьона после бриться — хоть я и не брился — я вышел из ванной и пошёл по коридору, только чтобы остановиться, когда дошёл до гостиной.

Господи.

Я не узнавал это место. Должно быть, в этом помог Джулиан. Может, он попросил грузчиков помочь всё расставить. Несколько комодов и полок ещё стояли в коридоре, но как по мне, гостиная выглядела идеально.

— Доброе утро, — сначала я прошёл мимо зоны отдыха. Новый диван, два кресла, низкий кофейный столик. Даже ковёр. Я скучал по этому. Старое встречалось с новым, разнообразные цвета, которые всё равно сочетались. — Я не знал, что ты дизайнер интерьера.

Джулиан подскочил с пола, на котором собирал последний из стульев для столовой.

— Я не дизайнер. Это буквально взято прямо с двух страниц их онлайн-каталога.

Я тихо посмеялся и огляделся вокруг.

— Хорошо, но «Поттери Барн» не получат моей благодарности. Это всё ты, малой.

За диваном стоял древний на вид деревянный сундук. Крышка была открыта, и я видел, что Джулиан положил туда фотоальбомы из Питтсбурга. Хорошее место для воспоминаний.

Джулиан пожал плечами, опустил голову и придвинул стул к столу.

— Мы ведь тебя не разбудили? Грузчики уехали не так давно.

— Нет, — я не мог перестать всё разглядывать. Это немного переполняло, потому что… чёрт побери, он превратил мой лофт в дом. Я должен был вступить в игру. — Это чертовски невероятно, Джулиан.

На его лице мелькнула быстрая улыбка.

— Я рад, что тебе нравится, но ты должен сказать, если я переступил какие-то границы.

— Ничего ты не переступил, — у меня было желание его обнять, но пока я оттолкнул эту мысль в сторону. Я не хотел вызывать неловкость. — Дай мне одеться, и затем я закажу нам еды, — я проголодался, так как особо ничего вчера не ел, и у меня была идея, которую я хотел с ним обсудить.

Иногда было легче помогать другим, чем самому себе, и что-то внутри говорило мне, что он пойдёт мне на пользу.

Я хотел вернуть услугу, так что с чем бы ему ни нужна была сегодня моя помощь, я надеялся, что смогу его не подвести.

Глава 6

Чтобы помочь Джулиану, потребуется серьёзно приспособиться. На завтрак я заказал пончики, сливочный сыр и сок, и он тихо говорил о своих надеждах и планах, пока я сдерживал желание налить в свой апельсиновый сок водки.

Сразу после этого я пообещал, что буду стараться помогать ему изо всех сил, но даже сейчас, пару часов спустя, я не имею чёртового понятия.

Я стоял на кухне и неохотно выливал весь свой алкоголь в раковину. Джулиан разбирал столовые приборы, бокалы, тарелки, посуду и электроприборы, не особо скрытно глядя на меня искоса время от времени.

Конечно, я восхищался им за то, чего он хотел, но от этого мне не становилось легче. Он сказал, что хочет платить за аренду; я полагал, что об этом позаботиться было легко. Не обязательно, по моему мнению, но я знал, почему он так решил.

Затем он хотел найти работу. Он был ещё не совсем готов — это понятно — но надеялся, что скоро будет. А когда будет, мне не разрешалось использовать свои связи. Даже чтобы пристроить его в какое-нибудь агентство или пристроить разносить кофе в студии. И снова, я понимал, почему он так решил.

И последнее, ему нужна была машина, но он собирался сначала попробовать общественный транспорт…

В чёртовом ЛА.

Он быстро об этом пожалеет.

В общем и целом, моя так называемая помощь будет заключаться в том, чтобы сидеть и бить баклуши.

Не это я называл помощью.

Выливая в раковину бутылку лучшего ирландского виски, я добавил к характерным чертам Джулиана «упрямый» и «бесподобный».

— Ты алкоголик?

Хоть я отчасти ожидал его вопроса, его мягкий настороженный тон всё равно казался ударом под дых.

— Нет… — я схватил последнюю бутылку, аккуратно подбирая слова. — Думаю, ещё слишком рано. Но мой разум привык достаточно быстро, и это мой первый путь отступления. Как только что-то не так, малейшая перемена в настроении, или воспоминания приходит слишком тяжело, я открываю бутылку.

— Я понимаю, — он осторожно поставил стопку новых тарелок в шкафчик. — Я на лекарствах, но если бы не был, возможно, не перестал бы опустошать папин бар. Я не знаю.

Я нахмурился.

— На каких ты лекарствах?

— На антидепрессантах.

— Из-за авиакатастрофы?

Он покачал головой и перешёл к винным бокалам.

— Это уже около года, но я ходил к психотерапевту в Питтсбурге. Он сказал, что мне следует продолжать их принимать, и ещё выписал мне лёгкое снотворное.