Ноа
Шрифт:
— Ага. Я застукал её с каким-то парнем, которого она подцепила в магазине, — я потянулся за своим пивом и выпил сразу половину. — Это было за день до падения самолёта.
— Боже, — Джулиан поморщился. — Мне жаль.
Всё было так, как было. Думать об Эмме было не так больно, как несколько недель назад. На фоне всего происходящего её предательство побледнело, и так стало легче двигаться дальше.
В ту ночь было сложно уснуть.
Нахлынула скука, что я считал хорошим знаком,
Я купил Джулиану плоский телевизор, но себе в комнату такой не хотел.
Сценарий по-прежнему лежал на кофейном столике.
«К чёрту его».
Я поднялся, чтобы сварить кофе и почитать сценарий, но как только дошёл до кухни, услышал в коридоре сдавленный крик. Джулиан говорил мне, что время от времени ему снятся кошмары.
Сменив направление, я прошёл по коридору и прислушался к звукам за его дверью.
— Прекрати смеяться, Лин, — услышал я его бормотание. — Я серьёзно. Не садись на этот рейс.
— Чёрт, — прошептал я. Ему снилась его сестра, и он… что, пытался её предупредить? Это не могло закончиться хорошо.
Джулиан злобно ругался, и из его комнаты послышался глухой стук, который заставил меня потянуться к дверной ручке. Затем я стал ждать. Некоторое время было тихо, но, в конце концов, я услышал, как он ходит.
Я пару раз стукнул в дверь, прежде чем открыть её. Меня охватило беспокойство, когда я понял, что он плачет, но вместо того, чтобы его успокоить, это заглушило и обездвижило меня. Я полагал, что моё впечатление о Джулиане не полное. Я знал, что он отчасти робкий и осторожный. Но когда на нём были только пижамные штаны, открывались татуировки вдоль его грудной клетки, один проколотый сосок, и этот маленький засранец курил в окно сигарету.
Но пока курение я проигнорировал.
Глядя на него, было легко увидеть его борьбу. Он пытался держать боль в себе, но у него не получалось. Он настороженно смотрел в ответ, но затем вроде как сдался. Он опустил голову и потёр глаза, слёзы потекли свободно.
— Ненавижу терять их снова и снова, — прохрипел он. — Почти каждую ночь одно и то же.
Я закрыл за собой дверь и подошёл к окну. Было темно, но уличные фонари обеспечивали достаточно света, чтобы видеть, что он в чёртовом беспорядке.
Когда я прислонился к стене и скрестил руки на груди, он сделал затяжку, а затем выбросил сигарету.
— Прости за это, — пробормотал он.
— Всё в порядке, — меня беспокоил не запах. Беспокоил соблазн. Несмотря на то, что я бросил эту привычку двадцать лет назад, в тяжёлые времена мне хотелось позволить себе слабости. — Расскажи мне про свой сон.
Он вздрогнул и вытер щёки.
— Они всегда в порядке. Смеются и шутят. Я подвожу их до аэропорта, зная, что произойдёт, а они меня не слушают. Наверное, у меня во сне самолёт падает по пути из Германии.
Чёрт, должно быть, это был ад. Мои сны обычно крутились вокруг детских воспоминаний, и были случайные кошмары, где я переживал тот
Какие бы мысли ни крутились в голове Джулиана, для него этого становилось слишком много. Он закрыл лицо руками, его плечи дрожали от молчаливых слёз.
— Это слишком чертовски больно, Ноа.
Я рывком притянул его в объятия, действуя инстинктивно. От боли в его хриплом голосе я тоже начал задыхаться.
— Я знаю, что этого не много, но я с тобой, Джулиан, — я думал, что ему становится лучше. Может и становилось, но я был дураком, раз поверил, что ему больше не больно. — Ты не обязан это от меня скрывать. Помнишь, мы говорили не притворяться?
Он порывисто кивнул, обнимая меня в ответ, и я сжал его крепче. Это было чёртово облегчение. Человеческий контакт. Я неописуемо скучал по этому. Прикосновения дарили мне энергию. Я был любителем физических контактов, и без нежности мир становился бледнее.
— Мы справимся с этим вместе, да? — я гладил его по спине, мой разум пытался придумать способы помочь. Меня всегда спасала активность. Тренировки, здоровое питание, занятость.
Джулиан вздрогнул и снова кивнул.
— Спасибо тебе.
— Я тоже благодарен, — пробормотал я. — Когда ты здесь, малой, легче найти цель.
И, чёрт возьми, мы начнём с завтрашнего дня. Мне надоело прятаться дома.
Глава 7
Две недели спустя
— Проснись и пой, маленький ты засранец! — я постучал в дверь Джулиана, а затем пошёл на кухню. Куча фруктов, немного протеинового порошка и имбиря отправились в блендер, и как обычно, он не проснулся от шума. Или, скорее, малой это проигнорировал.
Так было уже неделю, так что я уже привыкал.
Джулиан Хартли не был жаворонком.
Поставив наши утренние коктейли в холодильник, я пошёл обратно его будить. Я затянул туже завязки на своих штанах и пролистал телефон, чтобы найти сегодняшний плей-лист.
— Джулиан! — я открыл дверь и пошёл прямиком к его шкафу.
— Проваливай, — сонно произнёс он в подушку. — Хватит этого ада.
— Ты вообще поспал? — я нашёл футболку и шорты и бросил их в него.
— Немного. Кошмаров не было.
— Это потому что ты остаёшься активным, — сказал я ему.
Тренировки не могли вылечить депрессию самостоятельно, и за последние две недели ему снилась куча плохих снов, но это было хорошее начало.
— Как будто у меня есть чёртов выбор, — он сел, с сонными глазами и как никогда взъерошенными волосами, и неохотно натянул майку. — Ещё даже солнце не встало, Ноа.
— Хватит ныть, — я усмехнулся, подсоединяя телефон к эластичному ремешку вокруг своей руки. — Думаешь, я этим наслаждаюсь? Я страдаю, чёрт возьми. Но я знаю, что нам это полезно, и как только это станет рутиной, мы будем разваливаться, если не побегаем первым делом с утра.