Нищий миллионер
Шрифт:
В кафе становилось шумно и весело: кто-то фотографировался у пушистой ёлки, кто-то обнимался, кто-то обсуждал последние новости, кто-то травил анекдоты, а толпа вокруг смеялась над очередной шуткой. Потом нас позвали за столы. Юрка махнул мне рукой в знак приветствия. У них за столом было ещё три свободных места. Я подошёл к бывшему сокурснику и пожал руку:
– Привет! А тут прикольно. У вас занято?
– Привет! Для троих место найдется!
Юрка улыбнулся, глянув через плечо на моих девчонок. Ну, как моих?! Наших. Это же просто коллеги. Только мне на пять лет
– Миш, – перекрикивая музыку, позвала меня Машка, – мы вместе будем сидеть или мы идём дальше места искать?
– О, прекрасные девушки, эти стулья забронированы специально для вас! – расшаркался перед ними Юрка.
Девчонки расплылись в улыбках от комплимента, а Юрик с коллегой принялись усаживать их рядом с собой. Похоже, сегодня тут будет жарко. У него в отделе только одна девушка – рыжая, всё лицо в веснушках, но такая вредная язва, что свои коллеги строго соблюдают субординацию. Она сидела возле Юрика, и я уселся на следующий стул. Здесь прекрасно была видна сцена и вход в зал, откуда появлялись новые посетители.
– Михаил, – представился я.
– Вероника, – отозвалась моя соседка.
– Приятно познакомиться. Налить вина? – предложил я. Неловко было просто сидеть и молчать.
– А давай. Вон того, пожалуйста. Ты тут новенький?
Я приподнялся, чтобы достать бутылку и поухаживать за дамой. Не такая уж она и вредина, как Юрка о ней рассказывал.
– Ну, на корпоративе – да. А так испытательный срок уже закончен.
– Хочешь, я тебе буду рассказывать о тех, кто уже пришел, и про тех, кто будет приходить дальше? – у неё аж глаза загорелись.
– Конечно, хочу, – отозвался я, скорее из вежливости, предвкушая кучу сплетен от этой рыжей.
С бокалом вина в руках, Вероника назвала мне всех присутствующих, пробежав по их судьбам, как по струнам гитары, слегка касаясь тонкими девичьими пальчиками. Вроде и немного сообщила, зато сразу понятно стало: кто есть кто. И с кем.
На сцену вышел директор – высокий мужчина спортивного телосложения. На вид ему было не меньше пятидесяти. Но волосы – совершенно седые. Он поздравил всех собравшихся с юбилеем компании, рассказал об итогах года и о том, к чему будем стремиться в будущем. Воодушевленно так, я даже заслушался.
– Пффф, – фыркнула Вероника, – нам эту лапшу каждый год вешают. Лучше бы зарплату подняли.
– Сегодня обещали зарплату с премией прислать на карточки, – откликнулся Юрка, с трудом отведя взгляд от Машкиных голых колен и неприлично глубокого декольте.
Я посмотрел Веронике
– Долго такое платье искала, чтобы под цвет глаз подходило? – неожиданно даже для самого себя, спросил Веронику.
– Долго. И дорого. – Лукаво ответила она, оценив комплимент.
– Оно того стоит! – подмигнул я девушке.
Застолье началось с тоста за общее здоровье и процветание компании. Под лёгкую музыку все принялись есть и обсуждать итоги года. Я просто ел. Стыдно признаться, но большинство из угощений я последний раз пробовал ещё в средней школе, пока отец не начал прикладываться к бутылке и срываться на маме. Потом становилось всё хуже и хуже. Сейчас главное было контролировать себя, так как наемся с непривычки, и живот начнет болеть.
На сцене тем временем появилась Елена Петровна – наш главный бухгалтер. В дверь зала тихонечко просочилась незнакомая мне девушка. Она была такой хрупкой, что напоминала подростка. Длинные каштановые волосы, маленькое чёрное платье и босоножки на шпильке. Все заворожено слушали главного бухгалтера, а я смотрел на эту девушку, которая всё ещё стояла в дверях, выискивая взглядом свободное место.
– А это наша черная вдова Анастасия! Хоть бы платье новое купила! Уже третий раз в одном и том же на праздник приходит! – ошарашила меня Вероника, правильно оценив мой интерес к девушке.
– Почему "черная вдова"? – не понял я, с трудом переводя взгляд на собеседницу и пропустив мимо ушей колкость про устаревшее платье.
– Фамилия у неё была Вдовина. А как узнали, что дочка нуждается в дорогостоящем и сложном лечении, муж собрал вещи и ушел к другой. Она переехала куда-то на окраину города в маленькую квартирку, которая досталась по наследству от бабушки, и вернула себе девичью фамилию – Чернова. Так и приклеилось к ней это прозвище. Наши с ней не общаются: за чужого ребенка впрягаться не хотят.
Я промолчал. Мне было знакомо ощущение безысходности, когда ищешь помощи, а все вокруг от тебя только отмахиваются, как от назойливой мухи. Анастасия села за стол экономического отдела, а главбух расположилась за столом начальства. На сцене появился ведущий, и начались конкурсы. Я не участвовал. Не хотел привлекать к себе внимание.
Зато Вероника часто поднимала руку, чтобы ответить на вопрос, но либо не угадывала ответ, либо за соседними столами её опережали другие участники. Последний раз, когда ведущий подошёл с микрофоном, девушка ткнула меня в бок локтем и прошептала ответ, а потом схватила микрофон:
– Отвечать будет Михаил!
Я опешил от такой наглости и забыл, о чем спрашивали.
– Можно повторить вопрос? – неуверенно попросил я в микрофон.
Вокруг раздались смешки, но я сосредоточился на ведущем. Тот ещё раз зачитал с бумажки: "почему снег белый?".
– Потому что прозрачный! – выпалил я первое, что пришло на ум. Ведь я забыл не только вопрос, но и ответ, подсказанный вредной Вероникой.
– И это правильный ответ! – торжественно произнес ведущий, и протянул мне тысячную купюру.