Ничей сын
Шрифт:
– Ты едва успел.
– Я бы сказал, что мне жаль разочаровывать вас. Но это не так.
Проигнорировав сарказм, Гвин сощурил глаза.
– Так где же коготь?
Кэдиган вытащил свёрток и осторожно развернул. Когда Гвин потянулся за металлическим дракончиком, Кэйд отступил и покачал головой.
– Мне его одолжили.
– Он махнул головой в сторону Иллариона.
– Я пообещал дракону вернуть его имущество, когда вы закончите с зельем.
Гвин побледнел, когда понял, кем являлся Илларион.
– Как это возможно?
Кэдиган улыбнулся
– Удивительно, на что способна укротительница драконов.
– Он вернул коготь Иллариону.
– А теперь, если не возражаете, нам нужно прийти в себя после нашего приключения, и мы не прочь посмотреть на опочивальни, которые вы нам обещали.
– Быть по сему.
– Гвин щёлкнул пальцами.
Один из его прихвостней отделился от стены. Не говоря ни слова, тень показала им комнаты. Но Кэдиган отказался от своей.
– Я буду спать у дверей твоей опочивальни, ласточка. Хочу убедиться, что тебя никто не потревожит.
Джо прикусила губу от такой невероятной заботы. Его честность и благородство грели душу.
– Ты мог бы разделить со мной спальню. Так будет легче меня защитить.
Его щеки очаровательно зарделись от смущения.
– Ты уверена?
Кивнув, она потянула его за собой в комнату.
Замешкавшись, Кэдиган оглянулся на Иллариона и вопросительно приподнял бровь.
«Э-э, да, я вернусь утром. Не уверен, что хочу спать в этом месте».
– Я разделяю твои чувства, брат. И будь у меня выбор, я бы пошёл вместе с тобой. И взял бы с собой Джо.
«Встретимся утром».
Кэдиган протянул руку Иллариону.
– Спасибо.
В глазах Иллариона была та же сдержанность, что и у Кэдигана, когда кто-то проявлял к нему сострадание или доброту. Как будто дракон ждал жестокого розыгрыша.
Наконец, он пожал руку Кэдигана, повернулся и исчез.
Кэдиган прищурился, глядя на провожатого.
– Мы закончили.
Тень мгновенно исчезла.
Кэдиган закрыл и запер дверь. Хотя это не станет преградой. Невозможно удержать теневых фейри, особенно, когда находишься в их вотчине.
Джо заметила беспокойство Кэдигана, когда тот запирал окна.
– Что случилось?
– У меня много врагов, Джозетта. Мне не верится, что они не найдут меня здесь.
– Почему они так яростно хотят тебя поймать?
– Моя мать - хранительница предмета огромной силы. Мой отец пойдёт на всё что угодно, чтобы завладеть им. Но даже в этом случае он не сможет воспользоваться щитом. Нужно родиться от крови моей матери, чтобы владеть им.
– Тогда почему охраной не занимается кто-то из твоих братьев и сестёр? Ты говорил, что у тебя их много, верно?
Кэдиган горько рассмеялся.
– Моя мать - богиня, ласточка. Следовательно, мои братья и сёстры тоже чистокровные боги. А я наполовину, поэтому единственный, кого мой отец может контролировать. Именно по этой причине он соблазнил её.
– А ты не можешь одолеть отца?
– Это не так просто. Мой отец не обычный демон. Он один
И это наихудший страх Кэдигана. Оказаться заточённым в ловушку для пыток, из которой нет выхода. Что ж, теперь всё обретало смысл.
– Мне жаль, Кэйд.
– Не вини себя. Так устроена жизнь. Родителей не выбирают.
– Он дважды проверил дверь и окна.
– Всё было бы не так плохо, если бы мой отец не назначил огромную цену за мою голову. Любой, кто доставит меня к нему, получит невообразимые богатства и личного демона в услужение.
– Ого.
Он кивнул.
– Воистину, ого.
– Взяв Джо за руку, он сел на кровать и усадил её рядом.
– Но я не хочу говорить о них. Расскажи мне о своих родителях, Джозетта. Околдуй весёлыми историями.
От его смиренной просьбы у неё к горлу подкатил ком. Прикусив губу, Джо восхитилась красотой своего демонического защитника.
– Не знаю, что сказать. Моя мать немного чокнутая. Она наполовину рома.
– Кто?
– Цыганка.
Очаровательно нахмурившись, он почесал за ухом.
– Мне это по-прежнему ни о чём не говорит.
Она рассмеялась.
– Не знаю, как ещё их описать. Выходцы из Восточной Европы, они прошли через Грецию и мигрировали во Францию и Англию, прежде чем отправились в Америку. Это совершенно особая самобытная культура, не похожая ни на что другое, с чем ты когда-либо сталкивался. Мой отец - типичный каджун-креол с корнями, уходящими глубоко в луизианские болота.
Кэйд с улыбкой вытянулся на кровати и стал слушать.
– Ты же не понял, о чём я толкую, верно?
Он посмотрел на неё с очаровательной и такой нежной улыбкой:
– Ни слова. Но я слышу, с какой любовью ты говоришь о них, и именно этого жажду. Расскажи мне ещё о своём смешанном семейном наследии.
Джо свернулась калачиком рядом с ним, желая, чтобы он снял свои доспехи и она могла прижаться к нему.
– Моя тётя Мари - она увлекается генеалогией - клянётся, что семья моего отца на самом деле валлийского происхождения, и что в нас течёт кровь друидов. Но это было много веков назад... Возможно, даже до твоего рождения.
Кэдиган рассмеялся над тем, как она высмеивала его возраст, а потом смеялся, слушая истории о том, как безумные кузины искали призраков и гоблинов, и с их готовности продать душу за ночь в замке фейри.
Она была такой нормальной, и он невольно задумался, каково иметь такую семью, как у неё.
В детстве он часто мечтал о том, каким будет мир за пределами монастырских стен. Брат Эйриг часто бранил его за праздные мысли.
«Молись, чтобы ты никогда не познал страданий и ужасов мирского мира, мальчик. Будь благодарен, что ты здесь, с нами, трудишься для Нашего Господа».