Ничей сын
Шрифт:
Он покачал головой.
– Я тебе не верю. Не могу.
– Почему?
Когда Кэйд посмотрел на неё переполненными страданием небесно-голубым глазами, Джо увидела каждую грань израненной души.
– Потому что тебе тоже придётся отказаться от меня. С меня довольно! Я устал от того, что все меня бросают.
Джо притянула его к себе и крепко обняла.
– Тогда я останусь с тобой.
– Ты не можешь. Тебе нужно вернуться к своей семье и жизни.
Она фыркнула.
– Моя жизнь разрушена, Кэдиган. Развод разорил меня. Я лишилась дома и
– Нет, Джозетта, я не знаю. В последний раз, когда женщина потчевала меня подобными байками, она вырезала моё сердце и скормила его мне, пока оно кровавым месивом не стало у меня поперёк горла.
– А мой бывший муж уверял меня, что я единственная женщина в мире, которую он когда-либо любил или желал. И через какое-то время я застукала его в кровати не с одной, а сразу двумя красотками. Заметь, я не равняю тебя по нему и не приписываю тебе грехи этого придурка.
– Мы не можем оставаться вместе, ласточка. Ты же знаешь.
– Я в это не верю. И здесь я оказалась не просто так. Верно?
– Да. Чтобы в стократ увеличить мои мучения.
Она легонько ткнула его в живот.
– Прекрати! Я не собираюсь отказываться от тебя, Кэдиган. И не сдамся без боя.
С потемневшими от боли глазами, он покачал головой.
– Я Кэдиган Мабоддамун… ничей сын. Никому не нужный. Зачатый со злым умыслом. Я пришёл в этот мир один, и именно в одиночестве мне суждено коротать свой век. Я не буду просить тебя жертвовать собой ради меня.
Он во многих отношениях разбивал Джо сердце. Какая бессмыслица! Они встретились совсем недавно, и всё же он завладел частичкой её души, на которую никто никогда не претендовал.
Единственное, чего ей хотелось, - это спасти его. Забрать в безопасное место и оберегать от всех тех, кто хотел причинить ему вред. Несправедливо, что такой порядочный мужчина заперт здесь, в то время как мир, в котором она живёт, полон конченных придурков.
– В этом и заключается суть любви, Кэйд. Тебе не нужно ни о чём просить.
Он горько рассмеялся над её словами.
– Ты не любишь меня, ласточка. Это невозможно.
Как бы ей хотелось, чтобы чувства можно было легко контролировать. Волшебным образом забрать боль, горе и самой сказать глупому сердцу, ради кого биться. И пусть оно прислушается к ней.
К сожалению, маленький ублюдочный орган поступает иначе. Сердце делает всё что пожелает, независимо от наших чувств, намерений, здравого смысла и пожеланий.
Она уткнулась носом в его плечо.
– Тогда я влюбляюсь по уши в кого-то ужасно похожего на тебя, приятель. Те же глаза. Губы. Раздражающая тенденция смотреть на меня как на сумасшедшую. У него даже фамилия звучит немного шепеляво, когда он её произносит.
Кэдиган рассмеялся.
– Ты выдумщица, ласточка. Признавайся, ты главная актриса труппы, верно?
–
Нахмурившись, он посмотрел на неё.
– Что?
– Ты не единственный, кто может подбирать случайные слова, не имеющие смысла, и строить из них замысловатые предложения.
Кэдиган громко рассмеялся над глупой бессмыслицей.
«Как ей удаётся вызвать у меня смех, когда чувствую себя полным дерьмом? Воспламенять кровь и жажду обладать ею, когда мне, по идее, нужно бежать от неё со всех ног?»
Не в силах разобраться в мириадах противоречивых эмоций, которые она пробуждала в нём, Кэйд запустил руку в тёмные локоны и сжал их в кулак. Затем исполнил своё заветное желание.
Поцеловал, пока голова не закружилась от сладкого запаха.
Джо была совершенно не готова к такому всепоглощающему поцелую, пробудившему в ней дикую страсть. Желая показать, как много он для неё значит, Джо потянулась к его облачению.
– Раздевайся, Кэдиган. Я хочу ощущать тебя своей кожей.
Она едва закончила предложение, как они оба оказались нагие, и он вошёл в неё.
Резко втянув воздух, Джо громко застонала, когда он обнял её и толкнул бёдра.
– Нам нужно поговорить о прелюдии, милый.
Отстранившись, он посмотрел на неё сверху вниз.
– Ты хочешь, чтобы мы этим занимались прилюдно?
– Нет!
– Она рассмеялась над его предположением.
– Прелюдия - это ласки, после которых идёт соитие. Я согласна, итог невероятный, но небольшая предварительная ласка не менее важна.
– Прости. Мне всегда казалось, что женщины хотят побыстрее покончить с этим.
– С чего ты решил?
– Они так всегда говорили: «Поторопись и заканчивай». Получив удовольствие, они уходили.
Она обхватила его щеку ладонью и заглянула в прекрасные глаза, которые выдавали безжалостно причинённую боль.
– Для меня нет ничего дороже тех ощущений, когда ты заполняешь меня, Кэдиган. Не торопись и позволь мне любить тебя, пока ты не ослепнешь от наслаждения.
Он вошёл глубоко до самого основания и замер, не двигаясь.
Поцеловав его в щеку, Джо обвила руками его шею. С прерывистым дыханием он смотрел на неё полуприкрытыми глазами, обжигавшими её душу. Кейд прошептал что-то на средневековом валлийском, прежде чем завладеть её губами и начал медленно, методично заниматься с ней любовью. При этом он смотрел на неё так, словно она была для него единственным лучиком света в кромешной тьме.
Никто никогда раньше так не смотрел на неё.
У Джо перехватило дыхание от яростных выпадов. Он без усилий удерживал её, наслаждаясь телом. Она провела рукой по рельефным мышцам спины и плеч. Ничто никогда не дарило ей такого наслаждения, как ощущение его внутри в объятиях крепкого тела.
В этот миг Джозетта как никогда не хотела возвращаться домой и расставаться с Кэдиганом.
Кэдиган прижался щекой к её щеке и вдохнул аромат волос. Он бы с радостью умер прямо здесь и сейчас, в это прекрасное мгновение блаженства. Счастья и тепла. Когда он чувствует себя любимым и желанным.