Незнакомка
Шрифт:
Рано или поздно он поймет, что она собой представляет, и будет страдать.
В комнату влетели близнецы.
— Кто эта жирная леди?! — выпалил Алекс.
— Алекс, — строго сказала Николь, — нельзя называть людей жирными. Даже если они действительно жирные.
Дженни разразилась громовым хохотом. Николь решила воздержаться от обсуждения внешности Бианки.
— Это гостья дяди Клея.
Близнецы обменялись многозначительными взглядами, выбежали из дома и устремились вниз по тропинке.
— Куда это
— Наверное, хотят представиться. С тех пор как Эллен Бейкс научила их этому, они не упускают случая поклониться и сделать реверанс.
Дженни и Николь переглянулись и молча вышли на крыльцо. Что-то подсказывало им, что нельзя оставлять близнецов с Бианкой наедине.
Они подоспели как раз вовремя, чтобы увидеть, как Алекс отвешивает поклон Бианке, которая стояла на краю пристани. Казалось, она осталась довольна манерами близнецов, несмотря на их чумазые лица и запачканную одежду. Мэнди стояла за спиной брата, гордо улыбаясь.
Вдруг Алекс потерял равновесие и, чтобы не упасть, схватился за то, что было к нему ближе всего — за платье Бианки. Тонкий хлопок разъехался от груди до подола.
— Ах ты, дрянь! — вскрикнула Бианка и, прежде чем кто-либо успел вымолвить хоть слово, сильно ударила Алекса по лицу.
Мальчик несколько секунд балансировал на краю причала, размахивая руками, а потом опрокинулся в реку. Когда он вынырнул, Николь уже стояла по колено в воде. Он ухмыльнулся, увидев ее испуганное лицо, и поплыл к берегу.
— Дядя Клей говорит, что купаться в одежде нехорошо, — сказал он, сидя на скамейке и выливая воду из башмаков. Он бодро кивнул Николь, которая все еще стояла в воде.
Николь улыбнулась ему и выбралась на берег. Ее сердце все еще колотилось от испуга.
Покуда все внимание Дженни и Николь было обращено на Алекса, Мэнди изучала стоявшую перед ней толстуху. Ей пришлось не по нраву, что кто-то бьет ее брата. Подкравшись к Бианке, она крепко уперлась пятками в дощатый настил и сильно толкнула ее, тут же отскочив назад.
Все обернулись, когда раздался вопль Бианки. Она падала медленно, как огромная глыба. Слабая и неловкая, она оказалась совершенно беспомощной. В воздухе мелькнули ее пухлые белые ручки.
Когда она рухнула в воду, на берег накатилась волна, грозившая смыть пристань. Мэнди вымокла с головы до пят. Вода капала с ее ресниц и носа. Она обернулась и торжествующе улыбалась брату. Дженни опять расхохоталась.
— Да прекратите же вы, — попыталась было утихомирить их Николь, но ее голос дрожал от еле сдерживаемого смеха. Бианка действительно выглядела очень смешно, когда упала.
Николь перешла на другую сторону пристани, все остальные последовали за ней. Бианка медленно поднималась из воды. Глубина в том месте была по колено, но, упав, она окунулась с головой. Ее белокурые локоны превратились в тощие прямые сосульки. Промокшее платье
— Она действительно жирная! — в восторге закричал Алекс.
— Да не стойте же вы там! — вопила Бианка. — Я увязла в иле.
— Я думаю, надо кликнуть мужчин, — предложила Дженни. — Вдвоем мы такую тушу не вытащим.
— Ш-ш-ш! Тихо! — приказала Николь, доставая из лодки весло. — Она не любит мужчин. Вот, Бианка, хватайтесь за конец, а мы с Дженни будем тащить.
Дженни послушно взялась за конец весла.
— А кого она любит, кроме себя? Впрочем, кажется, она и себя не очень-то любит.
Наконец они вытащила Бианку из воды. Это было нелегко, потому что она, несмотря на свои размеры, была слишком слабой. Когда она уже стояла на берегу, из-за деревьев появился Роджер, который, по-видимому, наблюдал за происходящим. Его глаза сияли от удовольствия, когда он подсаживал Бианку в лодку и отчаливал от берега.
Глава 9
Склонившись над старым пнем, Клей обматывал цепями толстые корни, уходившие глубоко в землю, и не заметил, как рядом остановился всадник. Еще час — и солнце сядет, а взялся за дело он еще до рассвета. Он устал, и все тело ныло от боли. Сказывались несколько дней безостановочной работы.
Когда цепи были наконец надежно закреплены, он прицепил их крючьями к хомуту на шее могучего першерона. Массивные ноги лошади зарывались в землю, в воздух летели пучки травы и комья глины, когда она, повинуясь приказу Клея, двинулась вперед. Мало-помалу пень стал вылезать из земли.
Длинным топором Клей принялся обрубать тонкие корешки, все еще державшие пень. Освободив его, Клей взял лошадь под уздцы и оттащил пень на край нового, расчищенного поля. Он снял цепи, чтобы смотать их, и услышал мужской голос:
— Славная работа! В последний раз я получил такое же удовольствие, когда смотрел представление в Филадельфии. Правда, ножки у танцовщиц были получше, чем у тебя.
Клей резко вскинул голову, и его губы растянулись в улыбке.
— Уэсли! Сто лет тебя не видел. Вы с Тревисом уже убрали табак?
Уэсли Стэнфорд встал и потянулся. Ростом он заметно уступал Клею, но обладал крупным телосложением с широкой грудью и сильными мускулистыми ногами. У него были густые темные волосы и почти черные, всегда смеющиеся глаза. Он пожал плечами.
— Ты же знаешь Тревиса. Он считает, что во всем разбирается лучше всех. Иногда я думаю, что было бы разумнее предоставить его самому себе.
— Опять поссорились? Уэсли усмехнулся.
— Он и дьявола взялся бы поучать, как управлять адом.
— И, пожалуй, небезуспешно.