Нэйт
Шрифт:
— Ты знаешь, кто такая Инхира! — вскрикнула обычно спокойная Мирна, встречая меня на пороге, когда я только пришла.
— Мы же договорились начать вместе, — пожурила я.
— Я не вытерпела, эта гадина интересовала меня больше всего.
— Ладно, выкладывай. Только сделай мне схиву.
— Подождет твоя схива. Она — наполовину эхи!
— Эхи — это в смысле рептилоид? — я снова забыла закрыть рот. — Но как она… она ведь похожа на человека.
— Эта инфа — особенно секретная, была гибридно зашифрована, но я взломала! —
— Как раз что-то неуловимое в ней совершенно не похоже на человека.
— Да. Но это не самое интересное. Она таки племянница Рах Рахира.
— Председателя Межгалактического Совета? — пискнула я. Картинка, наконец, сложилась. Вот откуда у нашего Совета Тринадцати связь с МГС.
— Да, и внебрачная дочь их верховного Архэйя, — плечи непроизвольно передёрнулись от этой информации. — Она не числится ни в каких официальных хрониках, а значит, не несёт никаких должностных обязанностей. Очень удобно, именно внебрачных детей такие ящеры и готовят для тайных миссий.
Теперь всё сложилось: её холодность; то, как удалось ей запустить свои лапы в наш Совет, бывший до этого эталоном нравственности и благородства. Как гласили рассказы дедушки, конечно.
Но именно при Инхире закрутились все события: поставки оружия по межгалактическим каналам, круговая порука, незаконные сделки, шантаж, и как финальная точка — приведение к власти в МГС рептилоида с абсолютно не соответствующими этой должности моральными качествами.
И даже безумие Кайннана стало ещё одним ключиком к тому, чтобы сложить полную карту моего подкопа под МГС. Иначе я бы не и подумала посетить доктора Моара.
Всю следующую неделю до возвращения на Альцинирус-Вейра, мы с Мирной работали, не покладая рук, чтобы составить стройный и полный доклад для МГС, со всеми неопровержимыми связями и незаконными сделками Джагаонов, составляли родословные древа и структуры их мафиозных кланов. Мы сняли целый трехчасовой фильм и были довольны собой, как никогда. Это информация была на вес не золота, она была бесценна, и чтобы она была в безопасности, в нашей домашней медицинской капсуле, я вшила довольно увесистый инфокристалл себе под правое ребро. Тоже проделала Мирна с резервной копией. Весь исходный материал мы зашифровали заново и оставили в тайнике поместья Ар-Раор.
— Ллири Ар-Раор? — я сидела на мраморной скамье в Центральном городском парке и кормила маленьких смешных водоплавающих зверьков — швашей. Я приходила сюда всё детство с бабушкой с большими пакетами угощений, тискала их в руках и давала всем имена. Сейчас поколения швашей уже сменились, но они всё-также радостно и резво вылезали из центрального пруда как только понимали, что пришёл человек с бесплатной едой. Они нетерпеливо отряхнули непромокаемую шерсть, встали на задние лапы и суетливо прибежали
Я поняла, что кто-то подошёл сзади ещё до того, как доктор Моар обратился ко мне. Шваши на секунду испуганно замерли и посмотрели мне за спину. Быстро оценив человека без еды, они решили, что опасности он не представляет, и я успокоилась.
Доктор подсел ко мне, и его наряд говорил о том, что для городских камер он желает оставить свой визит инкогнито. Обычно он носил медицинскую мантию, а сейчас был одет в спортивный костюм обитателей района Шагри, с кепкой с длинным козырьком и огромным капюшоном. Я даже засмеялась.
— Что, так комично? — растерянно спросил он.
— Да, пожалуй. Хотите? — я протянула ему орехи, припасенный для швашей.
— Нет, спасибо.
— Ну, как хотите, — сама я тоже угощалась под укоризненными взорами зверьков: как я только смела точить их орехи? Ведь теперь им достанется меньше!
— Ллири Ар-Раор, вы не воспользовались моим приглашением? Я удивлен. Я не достаточно ясно намекнул? Или есть другая причина?
— Ну, как же, доктор Моар. Воспользовалась и очень вам благодарна.
Неужели наш взлом остался настолько незамеченным? Я всё ждала, когда же поднимется суматоха, но её всё не было и не было. И тогда подумала, что военные просто боятся поднимать шум, чтобы их халатность стала достоянием общественности. Доктор Моар невозмутимо приподнял одну бровь.
— Я впечатлен, — он лениво вытянул ноги вперед и засунул руки в карманы. — Ничего не зафиксировано. Вообще ничего. Спасибо, вы избавили меня этим от многих проблем. Я уже даже подготовил план побега на случай, если что-то откроется.
— Рада, что это не пригодилось.
— Любопытства ради, как вы это провернули?
— Дроны. Ахрагитские.
— Не плохо, — он одобрительно поджал губы. — Вам помогло то, что вы там обнаружили?
— Вы даже не представляете, насколько, Доктор. Примите мою искреннюю благодарность.
— Я сделал это ради Гайла. Это поможет ему?
Я зачем-то взяла его за руку:
— Это поможет не только ему. Я думаю, это поможет всей нашей системе. Я добьюсь его помилования, и верну ему всё уважение, которое он заслужил.
— Кстати, ваш муж уже связался со мной.
Я улыбнулась. Надо же. Только вчера ночью, когда Кайн в очередной раз был разочарован собственной физиологией, я посоветовала ему обратиться к доктору Моару пока мы здесь, и уже утром он побежал ему звонить.
— Я бы предпочла, чтобы вы его так не называли. И как он? Есть шансы сделать из него нормального гараида?
Он кивнул:
— Как вы понимаете, частично его жестокость и вспыльчивость обусловлена некоторым процентом чужеродной ДНК в геноме, если вам об этом уже известно, — я кивнула, подтверждая. — Но, думаю, он действительно хочет и может измениться. Конечно, не только в плане сексуальной силы.