Нэйт

Alex Kinsen

Мирна делала вид, что думает, но я видела по её глазам и ямочкам на щеках, она уже давно решила, что все мне расскажет.

— Он даже не подумал извиниться. Он просто напал на меня.

— Что? — я снова взвилась, уже который раз за ночь.

— …и поэтому сегодня он прошёл свой последний путь над водами Нарийского моря.

Я пыталась сложить два и два, понимая, что это будет четыре, но верить в очевидное не хотелось. Мирна была здесь передо мной, улыбалась, демонстрируя красивые ямочки на щеках, и при этом она только что, только что так запросто призналась в убийстве?

— Это… это… ты его?

Мирна смотрела без тени раскаяния.

— Это действительно была самооборона,

и мне не в чем себя винить. Я пришла за извинениями, просто поговорить и только. Вместо этого он вынул из-за пазухи молекулярно-лазерный клинок, словно боясь, что я подниму шум об изнасиловании. Такой клинок обычно всаживают в сердце и он его поджаривает, а затем, когда вынимают, кожа мгновенно затягивается, будто и не было ничего. Понять причину смерти без вскрытия невозможно, но его, конечно, не проводят в таких случаях, дело заминают. Я бы уже была мертва.

— Да, но как ты это сделала? Как раз вскрытие у Трагата было. Обширный инсульт без единого удара. Вообще ни одного удара на теле. Мне Кайн говорил. Все чисто, никаких намёков.

— Тлареки обучали меня. И я всего лишь парализовала его. Однако, с побочными последствиями.

— У тебя есть суперспособности?

— Нет, — она покачала головой. — я лишь овладела до некоторой степени силой звука и движения. Узнала, как воздействовать на нужные точки тела человека, сочетая их со звуком. Я не планировала его конца и не испытываю никакого злорадства. Но и сожаления тоже. У него был выбор, извиниться или просто выгнать меня, выбор попытаться меня убить или умереть самому. Он сделал каждый шаг навстречу своей судьбе сам. Я же выбрала в тот момент лишь не дать ему себя убить.

— Тогда это не было убийство, — уверенно сказала я.

— Я знаю, я об этом тебе и говорю. Это была самооборона. Зачем он вообще набросился на меня? Он мог просто сказать, что не будет извиняться и не испытывает угрызений совести. Я бы ушла, но за это не стала бы отправлять его к праотцам. Он мог подослать наемных убийц чуть позже, но сам бросился ко мне.

Я долго сидела и переваривала это в тишине. Это было серьезное признание, которого она спокойно могла не делать. Она видит меня впервые за столько лет, и кто знает, какой я стала на самом деле? Обычная дружеская болтовня не гарантирует того, что я не побегу докладывать обо всем местной полиции. Её признание было слишком, чрезмерно доверительным.

— Это ещё не всё, — продолжила она.

— Боюсь больше твоих новостей на сегодня я не выдержу, сестра.

Она достала инфокристалл и потрясла передо мной.

— Что здесь?

— Знаешь, я знаю несколько техник. Я парализовала его на пятнадцать минут. Он ведь даже не заметил поначалу.

— Как можно было этого не заметить?

— Я произнесла несколько звуков с определенной силой, его тело парализовало в той позе, в которой он стоял. Он даже ничего не осознавал, сознание покинуло его, передав управление тела, стоящего в полной тьме и тишине, его бессознательному.

— Гипноз?

— Да.

— И этим можно овладеть каждый?

— Да, — уверенно кивнула сестра, — это всего лишь техники. Правда, секретные. Но доступные при этом любому существу, обладающему даром речи.

— Что на кристалле и как он у тебя оказался?

— Так вот. В тот момент, когда я обездвижила его, на меня вдруг спустилось осознание всего того, что происходит: как я там оказалась, а главное, зачем я там оказалась. Это было что-то вроде озарения. С помощью биометрии его полуживого тела я открыла все сейфы в кабинете, где никто в этот момент за мной не следил. Скопировала все данные, всех кристаллов на этот, единственный. Вернее, конечно, сейчас он уже не единственный.

Копирование заняло целых пять минут, но мне хватило. Так что теперь у нас с тобой есть информация обо всех связях рода Джагаона в Межгалактическом Совете. Есть доказательства того, почему наш Совет Тринадцати под его воздействием принял именно такое решение относительно тебя. И не только тебя. Но и в отношении твоего мужчины. Гайла. А главное, его связи с заговором на Дахрариге, по свержению их номарха.

— Он замешан в заговоре против Тена?

— Тена? Ты на короткой ноге с номархом Кредесской техно-теократии?

У пропустила это замечание мимо ушей, у меня самой всё больше и больше отвисала челюсть от услышанного за сегодня. Она хихикнула и приложила указательный палец к подбородку, закрывая мой открытый рот.

— Муха залетит, сестренка. Привыкай. Это только вершина айсберга. Я уже целую неделю изучаю материалы, и поначалу у меня была такая же реакция, как у тебя. Но я адаптируюсь к масштабам. И теперь понимаю, что вполне готова с ними справиться и лететь с вами на Альцинирус-Вейра. Теперь у нас есть весь компромат на Джагаонов и членов МГС, которые голосовали против тебя.

— У Тайра тоже есть информация, надеюсь, он когда-нибудь соизволит ей поделиться.

— А кто у нас Тайр? — заинтересовалась Мирна, и я заметила, что при звуке этого именно по её телу словно прошёл электрический импульс. Ух ты. Я хитро улыбнулась. Хотя было и не до того, тем не менее коротко пересказала историю нашей странной «дружбы».

— А что произошло потом? — спросила я.

— Потом я дождалась, когда он начнет шевелится и спокойно вышла из кабинета. Когда пара братьев Кайннана провожали меня, он как раз полностью овладел способностью двигаться и вылетел вслед за мной из своего кабинета. Их присутствие меня и спасло, он не стал ничего говорить при всех. Потом, думаю, он решил, что я могла его ограбить, и влетел в кабинет обратно, чтобы проверить. Но я скопировала всё аккуратно, всё осталось на своих местах. Поэтому он, очевидно, успокоился и не поднял тревогу. А вот через час сосуды его мозга не выдержали. Это бывает, довольно часто при использовании приёма «Объятия тишины». Но у меня было слишком мало времени, чтобы подумать о последствиях.

— Ты спасала свою жизнь! — воскликнула я.

— Я знаю, но это не отменяет того факта, что я теперь убийца. И мне теперь с этим жить, — Мирна выглядела очень растерянной, и явно не могла свыкнуться с этой мыслью. Именно поэтому решила сейчас облегчить душу именно мне.

— Ты уже раньше делала это?

Она отрицательно помотала головой.

— У меня были схватки, но ещё никто не умирал от моих рук. Это впервые.

— Мирна, во-первых, ты сама сказала, это был побочный эффект, — я взяла её за руки и села перед ней на корточки, заглядывая снизу вверх, — а, во-вторых, и это самое главное, каждый твой шаг, в конечном итоге, привёл тебя ко мне. Свёл нас вместе, чтобы мы вместе могли что-то сделать друг для друга и для нашего общества. Что-то изменить, понимаешь?

Вместо этого Мирна продолжила совсем другую тему, не желая принимать мои увещевания:

— Инхира некоторое время подозревала меня, но после вскрытия и полного анализа на токсины любые обвинения отпали. Теперь она обвиняет меня в том, что я довела его до удара всего лишь тем, что напомнила об этом чертовом изнасиловании. Но за это не сажают в тюрьму.

Она же ещё и обвиняла мою сестру? Вот змея.

— Мирна, Инхира ещё захочет отомстить тебе! Простых подозрений в том, что твой визит и его смерть взаимосвязаны, вполне достаточны для неё, чтобы завершить то, что начал Трагат. Ты ведь не думаешь, что она оставит тебя в покое?