Невинные
Шрифт:
— Сие означает… не теряй надежды, — растолковала Элисабета.
Джордану показалось странным, что графиня говорит о надежде, когда сам он не находил в своей душе ни капельки. И все же хорошо, что она пытается успокоить пацана.
Орда стригоев достигла края кратера первой, но вместо того, чтобы ринуться внутрь, рассыпалась и начала охватывать его по периметру, взяв их в окружение. А может, заодно ощутив святость этой чаши из песка и стекла.
Графиня издала гортанное шипение, отстраняя
Арелла заговорила у самого уха Джордана, приблизившись к нему настолько тихо, что он подскочил на месте.
— Слова графини полны мудрости, — шепнула Арелла. — Победа еще возможна.
Прежде чем Джордан успел поинтересоваться, что это означает, сивилла схватила Томми, стоявшего позади Батори, подтащила его к открытому колодцу — и столкнула туда. Вскрикнув, он неуклюже упал в воду.
Батори накинулась на Ареллу молнией, отшвырнув ее прочь. Но вода, плеснувшая из колодца, попала ей на ботинки. Она с криком отпрянула, словно это была кипящая лава.
Арелла же вернулась к краю колодца, где барахтался Томми.
— Осторожно, — предупредила она. — Касаться этих вод могут лишь те, кто проникнут ангельским духом. Все прочие будут уничтожены. Даже люди.
С этими зловещими словами она нырнула в воду, взяв Томми за руку и увлекая его вниз.
Графиня с потрясенным видом держалась осторонь.
Неудивительно, что колодец был так плотно запечатан и на века погребен в песках.
— Ну, хотя бы отрок избавлен от непосредственной угрозы, — утешил ее Рун.
Ага, а как насчет нас?
Джордан расставил ноги пошире, встав на изготовку для стрельбы. Посмотрел на собравшуюся вокруг орду. Стригои с шипением выхватили из ножен длинные изогнутые сабли. Анафемские звери, ростом доходившие им до бедер и до плеч, втиснулись в круг между стригоями. Ну, эти ублюдки хотя бы не захватили огнестрела… А затем он припомнил, почему они не пользуются подобным оружием.
Они предпочитают пожирать добычу живьем.
Глава 51
20 декабря, 16 часов 33 минуты
по центральноевропейскому времени
Сива, Египет
Какое-то движение привлекло внимание Эрин к краю кратера, где великан в коричневой коже шагнул вперед, ступив в чашу. Чернокожий стригой с чисто выбритой головой и пирсингом тащил за собой длинный палаш. Наклонился, чтобы поднять щепотку песка, и тут же с отвращением ее отшвырнул — вероятно, ощутив святую землю. Плюнул туда, куда упал песок, осклабился и поглядел на них сверху вниз.
На нее.
Эрин мороз продрал по коже.
Он сделал еще шаг в кратер, за ним другой.
И явился он
Пара беспощадных львов ступали по обе стороны, держась рядом с ним, настороженно поглядывая вокруг и хлеща хвостами по песку. Жаркие ветры пустыни ерошили их гривы — черные, а не рыжевато-коричневые. В этот пепельно-пасмурный день их глаза сияли ей кровавым кармином. Они рычали, показывая клыки, куда более подходящие саблезубым тиграм. Черные когти впивались в песок, отшвыривая его назад в чисто кошачьем выражении угрозы.
Великан небрежно взмахнул мечом, выписав им восьмерку в воздухе, словно длинный клинок был продолжением его мускулистых рук.
Внезапно Эрин пожалела, что настояла на отправке группы в Сиву. И все же загнала подобные мысли поглубже, крепче сжав в ладони рукоятку пистолета. К какому бы итогу ни привели ближайшие несколько минут, она знает, что была права, направляясь сюда. Чувство вины объяснялось не тем, что она привела всех сюда, а тем, что не сумела вовремя разгадать тайну этих песков — загадку, затаившуюся на дне безмятежных глаз Ареллы.
Вокруг нее сангвинисты уже обнажили свои мечи. Бернард был вооружен древним изогнутым клинком, мерцавшим, как вода, сделанным из дамасской стали, инкрустированным серебром, — наверное, освященным в высочайшей степени. Христиан тоже поигрывал изогнутым клинком, но современным — непальским кукри. Агмундр извлек из ножен на спине полуторный меч. Вингу вскинула два более коротких клинка, по одному в каждой руке, манипулируя ими грациозно и мощно.
Рун просто держал свой карамбит в ладони, и его крючковатый клинок выглядел не менее смертоносным, чем коготь любого анафемского зверя.
Стригой-великан сделал последний шаг вперед вместе со львами, не отстающими от него, и снова остановился.
Из-за его спины выступила на всеобщее обозрение знакомая фигура человека с серебристыми волосами. Искариот сменил свой традиционный серый костюм на отбеленные кожаные доспехи, элегантно скроенные и сшитые ему по фигуре.
Джордан тотчас же взял его на мушку.
Иуда заметил это движение, и на губах у него мелькнул намек на презрительную усмешку. Он явно оправился от ран, совсем недавно нанесенных ему Джорданом из этого же оружия.
Подняв руку, Искариот выпустил в воздух мотылька с изумрудными крылышками.
Сангвинисты настороженно зашевелились, следя за его порханием. Сколько еще этих ядовитых поделок привез он с собой? Если у него их достаточно, он может уложить всю группу сангвинистов, даже не тронув свое войско с места.
Но мотылек, пролетев всего пару футов над кратером, штопором спланировал на землю. При падении его радужные крылышки раскололись, рассыпавшись мерцающей пыльцой. То ли из-за воздуха, загрязненного пеплом, то ли от песка, поднятого ветром, но работать в этой неблагоприятной среде его деликатный механизм, очевидно, не способен.