Невинные
Шрифт:
Батори позволила Томми присоединиться к ним, хотя и крайне неохотно. Впрочем, ей тут ничего и не поделать. Хотя она и может разгуливать под этими затянутыми пеплом небесами, но рдеющее в них солнце — а может, святость под ногами — явственно истощило ее силы. Так или иначе, она наверняка понимает, что не способна противостоять сангвинистам, собравшимся тут, на святой земле, придающей им сил.
Батори разглядывала рисунки, идя вдоль вереницы панелей. Наконец, ее интерес привлек внимание Бернарда к тому же. Он очень внимательно рассмотрел каждую,
И обернулся к Арелле.
— Это и есть история, которую ты уничтожила в Иерусалиме. — Он стремительными шагами направился к последней панели и преклонил колено, чтобы коснуться изображенного там меча. Голос его был полон страдания. — Почему ты утаила ее от меня?
— Мир был не готов, — просто объяснила она.
— Да кто ты такая, чтобы судить, к чему готов мир? — Бернард встал, направившись к Арелле с рукой на рукоятке собственного меча.
Джордан взялся за автомат.
Рун преградил Бернарду путь.
— Отступись, старый друг. Предоставь прошлое прошлому. Теперь мы должны обратиться к настоящему и будущему.
— Если бы мы могли обладать таким оружием… — Бернард тряхнул головой. Таким сбитым с толку Джордан еще ни разу его не видел. — Вообрази, от скольких страданий мы могли бы избавить мир.
— И сколько всего вы могли погубить, — подхватила Арелла. — Я побывала в мечети, когда вы покинули Иерусалим. Я видела, что ваши войска творили во имя Божье. Вы были не готовы. Мир был не готов.
Рун коснулся своего наперсного креста.
— На это у нас нет времени, — напомнил он им. — Через час солнце зайдет.
Казалось, его слова наконец пробились сквозь гнев и замешательство Бернарда.
— Ты прав. — Кардинал добрался до своих доспехов, снова достав Кровавое Евангелие и протянув его. — Пожалуйста, дитя мое. Пока не поздно. Ты должен благословить эту книгу.
Томми с встревоженным видом взял ее. В его маленьких руках книга казалась огромной.
— В прошлый раз это не сработало. И не забывайте, я не Первый Ангел.
Бернард озадаченно оглядел их. Похоже, кардиналу выдался долгий денек сплошных сюрпризов, по большей части скверных. Джордан знал, каково это.
— Что он имеет в виду?
— Все равно попробуй, — проигнорировав кардинала, попросила Эрин мальчишку. — Вреда-то никакого.
— Ладно, — с сомнением в голосе согласился Томми, открыл книгу и положил ладонь на страницы. — Я, Томас Болар, благословляю эту книгу.
Все подались вперед, будто в ожидании чуда.
Опять ничего.
Ни золотого света, ни новых слов.
Словно это место исчерпало свой потенциал чудес.
16 часов 04 минуты
— Как Томми и сказал, — подала голос Эрин, ощутив, что сангвинисты пали духом, — он не Первый Ангел.
— Тогда кто же? — спросил Бернард.
Эрин понимала,
— Арелла сказала, что Томми носит в себе лучшее от Первого Ангела. Так что, по-моему, он все равно остается ключом к этой загадке.
Услышав это, Рун чуть развернул плечи. Наверное, думал обо всех жизнях, отданных за то, чтобы доставить Томми сюда.
Они не могли погибнуть зря.
И все же придется выбросить это из головы. Ковыряться в грехах и воздаяниях — дело сангвинистов. А у нее есть проблема, нуждающаяся в решении, и отвлекаться нельзя.
— Если Первый Ангел внутри Томми, — сказал Джордан, — как нам его извлечь?
— Может, его надо вырезать? — изрек Бернард.
— Думаю, прибережем это как крайнее средство, — нахмурилась на него Эрин. И посмотрела на Томми. — Может быть, освободить ангела может экзорцизм?
Томми сглотнул. Судя по виду, ее предложение вдохновило его ничуть не больше, чем предложение Бернарда.
— Экзорцизм — это изгнание демонов, а не ангелов, Эрин, — передернул плечами Рун.
— Может, и да. А может, и нет.
Они все ступили на новую для себя территорию.
Эрин поглядела на Ареллу.
— Вы не можете нам помочь?
— У вас есть все ответы, какие вам нужны.
Грейнджер насупилась, начиная понимать недовольство древних своими оракулами. Порой они бывают откровенно невразумительными. Но она понимала, что сивилла говорит ей правду. Ответ где-то внутри самой Эрин. Именно она как Женщина Знания должна разгадать, что дальше. И должна верить, что молчит Арелла не без причины, что сивилла играет в молчанку вовсе не затем, чтобы вывести их из себя.
Не несет ли и это какое-нибудь значение?
— Может, нужно все-таки отвезти Томми в Рим, — сказал Джордан, — раз ему стало лучше?
— Нет, — отрезала Эрин. — Что бы нас ни подстерегало, произойти это должно здесь.
Она медленно обернулась кругом, зная, что ответ лежит где-то в этом золотистом песчаном кратере. Взгляд ее перебегал от образов к неровным стеклянным краям, выглядящим, будто заледеневший всплеск воды.
— А ты уверена, что это должно произойти здесь? — не унимался Джордан.
Он явно искал любой благовидный предлог, чтобы убраться из этой пустыни в какое-нибудь местечко побезопаснее. Эрин понимала его озабоченность, но адские врата неуклонно открываются, так что безопасного местечка сейчас не сыщешь на всей земле.
Поддержка пришла к ней с самой неожиданной стороны.
— Эта женщина права, — прорычал Агмундр. — Мы должны остаться здесь.
— Почему? — обернулась к нему Эрин. — Что вам известно?
— Никакой мистики, — Агмундр указал на север. — Этот вертолет «Чинук», который вроде бы следовал за нами… — Он поглядел на Бернарда. — Боюсь, в конце концов мы не сумели его обставить.