Невеста рыцаря

Фетцер Эми

Рэймонд не стал бы заставлять дочь выходить замуж за человека, женой которого она не хочет быть, даже если бы Коннал был самой подходящей партией. Ибо однажды он уже сделал выбор и потом жестоко раскаивался. Но ни Рэймонд, ни любой другой вассал короля не был свободен в решениях, ибо Ричард держал бразды правления в своих руках, и то, что король был далеко отсюда, не мешало ему руководить жизнью подданных так, как он считал нужным.

Рэймонд поцеловал дочь, попрощался с ней и вскочил в седло. Он выехал за ворота замка

рядом с женой, а следом ехали его люди, и никто из них не знал, что очень скоро воля монарха принесет им боль. И боль эта придет с той стороны, откуда ее никто не ждал.

— Уэстберри заслуживает наказания, — заявил Монро. — И по английским законам, и по ирландским.

— Голод толкает людей на безумство, — вздохнула Шинид, напомнив о преступлении, совершенном в этих краях несколько лет назад из-за еды.

— Шинид, — спокойно заговорил Коннал, — ты же сама видела, что маршал весьма упитанный старик, да и люди его выглядят изможденными. Ни одного тощего солдата я не заметил. — Коннал задумчиво покачал головой. — С его стоны было весьма рискованно грабить эту деревню.

— Да, перемирие грубо нарушено, — пробормотала Шинид, откинувшись на спинку стула и держа в руке бокал с вином.

— Если бы не твое великодушие… — начал Коннал, и Шинид ответила ему улыбкой.

Брейнор вопросительно поднял бровь. Гейлерон коротко ввел его в курс дела.

— Никакого благородства с моей стороны и не было, — посмеиваясь, возразила Шинид. — Макгиннес вовсе не обрадуется, узнав, что Уэстберри хочет воспользоваться его запасами, и к тому же я уверена, что, задумай маршал напасть на любое из поселений моего соседа, ему не поздоровится.

— Согласен. Но зачем такие хлопоты? Еда у них есть. Это, во-первых. Во-вторых, люди маршала атаковали деревню, зная наверняка, что ты отреагируешь незамедлительно. И заметь, он вел себя так, будто был абсолютно уверен, что ты замнешь дело, даже если закон на твоей стороне. — Коннал покачал головой. — Он рисковал — ответные меры могли быть жестокими: ты могла приказать поджечь форт или уничтожить припасы. Его солдат могли убить. Он мог потерять все. Я знаю, что Уэстберри давно не был в Англии. Кто же отдает ему приказы?

— Послание из Англии доходит сюда по морю за три-четыре дня, — задумчиво произнесла Шинид. — И если ты знаешь, кто может его передать… — Шинид помолчала, давая присутствующим возможность подумать над ее словами. — Что, если эти приказы исходят от кого-то в Ирландии?

— Можно долго перечислять тех, кто мог бы отдать подобный приказ, миледи, — вставил свое слово Гейлерон. — Уэстберри знает, что навлекает на себя гнев короля и нарушает закон, совершая нападения на мирных жителей.

Коннал многозначительно взглянул на Шинид.

— Уэстберри — человек Ричарда. Ему отдает распоряжения непосредственно король. Я сам был свидетелем того, как Уэстберри получал это назначение. Было это несколько лет

назад, в Англии. — «Или его отправили в ссылку, в наказание», — добавил про себя Коннал. — И все же, если маршал исполняет чьи-то приказы, тогда Шинид права: эти приказы исходят от кого-то в Ирландии. Сдается мне, Уэстберри уверен в том, что принц Иоанн окажет ему покровительство.

— И он прав? — спросил Монро, хмуро взглянув на не Коннал пожал плечами.

— Закон хоть и можно поворачивать по-всякому, но есть вещи, которые запрещено творить даже принцу. Именно поэтому Ричард желает получить клятвы верности от де Курси и де Лейси не на словах, а на пергаменте, с подписями и печатями.

Коннал откинулся на спинку кресла, обдумывая ситуацию. Де Курси стал могущественнее, чем прежде, и заключил союз с Ричардом. Две армии объединились в одну. Если принцу Иоанну вздумается сокрушить де Курси, то сначала ему придется свергнуть короля. Интересно, насколько осведомлена местная знать о намерениях Иоанна?

— Де Курси, — проговорила Шинид, — пользуется доверием ирландцев, которое он заслужил своей честностью. И это при том, что он воевал против них. — Шинид метнула взгляд в сторону Коннала. — Он не убивал людей, а только разрушал их замки. О других такого не скажешь. Если они разойдутся — жди беды.

Коннал, увы, знал меньше, чем ему бы хотелось, о том, что происходило на этой земле в течение последних лет. Он решил поговорить об этом с Шинид, когда они останутся вдвоем.

— Мой отец, как и твой, подписал присягу, — напомнила Шинид. — Я предлагаю тебе завершить начатое ими дело. Когда документы будут оформлены по всем правилам, принцу Иоанну будет сложнее творить самосуд.

— Тогда нам надо как можно скорее отправляться в путь, — сделал вывод Коннал, решив не напоминать о том, что их брак должен был послужить той же цели — ограничить права принца.

Шинид кивнула. И вдруг по спине ее прокатился страх, нее перехватило дыхание. Она резко вскочила со стула, а цари тут же поднялись с мест, застыв в тревожном ожидании. Шинид махнула рукой, призывая их к спокойствию, и извинившись, направилась к лестнице. Коннал догнал ее и пошел рядом.

— Я проверю кладовые, позабочусь о припасах, чтобы хватило их на время пути.

— Шинид, посмотри на меня. — Она повиновалась, и он увидел страх в ее глазах. — Я могу задержаться, если надо.

Она вскинула голову.

— Я не нуждаюсь в том, чтобы ты тут задерживался, Пендрагон. Я жила без тебя и прекрасно справлялась. Так будет и впредь.

— Черт побери, ты слишком независима.

Шинид приподняла бровь.

— Слишком для женщины, но не для мужчины?

Он окинул Шинид взглядом, и на нее словно пахнуло жаром, и сердце учащенно забилось.

— На мужчину ты совсем не похожа, — ухмыльнулся он. Шинид упрямо поджала губы, взгляд ее синих глаз обжигал холодом.