Непреодолимо

Харлоу Мелани

— Да, — прошептала она. — Пожалуйста.

Я забыл о своем обещании отойти от окна и стянул с нее штаны, а затем и свои. Взяв в руку свой горячий, набухший член, я провел кончиком по ее попке, затем вошел в нее, заставив нас обоих застонать.

— Да, блядь, — пробормотал я сквозь стиснутые зубы, хватая ее за бедра и наблюдая, как вхожу в нее, глубоко.

Фрэнни подалась вперед, но держала ноги вместе, из — за этого она еще сильнее сжимала меня. Она хныкала и цеплялась за край столешницы, пока я трахал ее сильнее и быстрее,

чем собирался, но ее попка была такой идеальной, ее киска такой мокрой, ее звуки сводили меня с ума, ее вкус все еще был на моем языке, и в мгновение ока я извергся в нее с силой ядерного взрыва. Я чувствовал себя молодым, сильным, мужественным, блядь, непобедимым.

Когда спазмы стихли, я подался вперед, накрыв ее спину своей грудью. Мой пульс был громоподобным. Мое тело пульсировало от оргазма.

— О Боже! Фрэнни задрожала. — Это было… интенсивно.

— Да.

— И я не могу поверить, что мы сделали это у твоего окна, — прошептала она, наклоняясь вперед так, что ее щека упирлась в край раковины. — Кто-нибудь мог увидеть.

— Никто не видел, — заверил я ее.

— А как насчет миссис Гарднер?

Я рассмеялся. — Она, наверное, была бы в восторге. Она всегда грозилась свести меня с милой молодой леди, которая работает в ее салоне красоты.

— Правда?

— Да. Она все время рассказывает мне, что именно она свела Стеллу и Вудса. Она очень гордится этим.

Я попытался осторожно отстраниться от нее, не создавая беспорядка, но мне не очень повезло. — Извини. Давай я принесу тебе полотенце.

— Все в порядке, — сказала она, забирая свои брюки и торопясь в ванную. — Мне просто нужна минутка.

Пока она была в ванной, я натянул джинсы и выключил свет на кухне. Стоя там, в безмолвной темноте, я немного нервничал, из за того что был слишком груб и требователен с Фрэнни. Надеюсь, она не была травмирована. Я даже не был уверен, что заставило меня вообще сказать ей эти слова — я никогда не получал удовольствия от властных сексуальных игр. Но она пробудила это во мне. Может быть, это было из за разницы в возрасте или чего-то еще.

А может, я был просто засранцем. Черт.

Дверь в ванную открылась, и она на тихо вошла в затемненную кухню. — Привет.

Она выглядела такой невинной и милой, что мне стало еще хуже. — Ты в порядке?

— Конечно.

— Я был слишком груб?

— Груб? Она засмеялась. — Нет. Почему ты так думаешь?

— Я не знаю. Я потер затылок. — Потому что ты сказала остановиться, а я не сделал этого. Я не хочу быть таким парнем.

Она покачала головой. — Ты не такой парень, поверь мне.

— Хорошо. Я притянул ее в свои объятия, не желая, чтобы она уходила.

— На самом деле, мне понравилось, что ты был властным со мной. Это было горячо. Она сделала паузу. — Хотя ты задолжал довольно много денег вон тому банку ругательств.

Я закружил ее в своих объятиях, крепко прижав ее руки к телу, чтобы она не могла вырваться,

и прошептал ей на ухо. — Тише, малышка. Если ты хочешь быть со мной, тебе придется терпеть мои грязные слова.

Она хихикнула. — Ты же знаешь, что мне это нравится.

Я застонал. — Боже, как бы я хотел, чтобы ты осталась у меня. Я так много всего хочу с тобой сделать.

В следующий раз, — сказала она. Так что не забудь, что ты хочешь.

— Ни единого гребаного шанса, что я забуду — прошептал я ей на ухо.

* *

Я прогрел ее машину, пока она надевала сапоги и пальто, а затем провел ее по обледенелой дороге, держа ее руку в своей.

— Ты даже не надел пальто, — сказала она, дрожа, пока мы осторожно пробирались к улице. — Ты замерзнешь.

— Я в порядке, — сказал я ей, наблюдая, как наше дыхание ударяется о холодный воздух теплыми белыми струйками. — Но меня тошнит от этого холода.

— Меня тоже. Снег красивый и все такое, но хватит уже. Я бы хотела уехать в отпуск.

— Я тоже, — проворчал я ворчал, когда мы дошли до машины. — Куда-нибудь в жаркое и солнечное место.

— Да! Пляж с милями белого песка. Прозрачная голубая вода. Тропические напитки с маленькими зонтиками.

— Я ни за что не стану пить то, в чем есть гребаный зонтик. Но пляж звучит неплохо. Я открыл для нее дверь со стороны водителя.

— Правда? Она быстро чмокнула меня в губы. — Давай сделаем это. Давай сбежим.

Я рассмеялся. — Давай. Я думаю у меня получится где то между фортепиано по вторникам, балетом по четвергам и показом мод матери и дочери, в котором я согласился участвовать.

Она разразилась смехом. — Что? Я об этом не слышала.

— Милли. Я покачала головой. — Она спросила свою маму, а та отказала ей, поэтому мне стало стыдно, и я предложил поучаствовать в место ее матери.

— Когда это будет?

— В выходные после свадьбы, я думаю.

— Это так мило с твоей стороны. Она заколебалась. — Если ты действительно не хочешь, я не против сделать это с ней.

Я помрачнел. — Ты не представляешь, как меня тянет сказать "да". Но я обещал ей. Я хочу, чтобы она знала, что у нее есть один родитель, на которого она может положиться. Что не все, кого она любит, бросят ее.

Она поднялась на цыпочки и снова поцеловала меня, положив одну руку мне на щеку. — Ты хороший человек, Деклан Макаллистер.

— Я стараюсь.

— Завтра я уезжаю. Тебе что-нибудь нужно? Хочешь, я побуду с Уинни, пока ты сходишь за девочками? Так тебе не придется тащить ее по такому холоду.

Я покачал головой. — Ты так много сделала для меня на этой неделе. Ты заслужила хотя бы один выходной.

Она села за руль и улыбнулась мне. — Мой номер в блокноте у телефона. Дай мне знать если что.

— Спасибо. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи. Она захлопнула дверь, пристегнула ремень безопасности и отъехала, послав мне воздушный поцелуй через плечо.