Непреодолимо
Шрифт:
Засунув руки в карманы, я на мгновение замер в темноте и смотрел, как она уезжает, представляя, как мы вдвоем остаемся наедине в каком-нибудь тропическом раю. Лежим на песке. Целуемся в океане. Прогуливаясь по пляжу при свете луны. Бесконечные ночи в объятиях друг друга, наши тела, горячие, запутанные в прохладных простынях. Ни о чем не заботясь в мире.
Жаль, что это никогда, блядь, не произойдет.
Глава 17
Фрэнни
На следующие утро Мак позвонил мне еще до того, как я встала с
— Он был в моей машине, под водительским сиденьем.
— Хорошо. Как Уинни?
— Она в порядке, чертовски раздражительна, но это и понятно. Он вздохнул. — Мне неловко просить тебя об этом, но она не хочет садиться в машину, а я к полудню должен забрать Милли и Фелисити.
— Не нужно больше нечего говорить. Я перекинула ноги через край кровати. — Я быстро приму душ и приеду к тебе.
— Ты лучшая. Задняя дверь открыта.
Когда я пришла к Макку, мои волосы были еще влажными. Он встретил меня на кухне и взъерошил их. — Ты скучала по мне сегодня утром?
— Да. Мне пришлось самой расчесывать волосы, и это было не так приятно.
Он улыбнулся. — Извини за спешку. Она в гостиной смотрит мультфильмы. Примерно через час она должна принять еще одну дозу Мотрина. Он там, на столе.
— Хорошо.
— Если она голодна, она может пообедать, но утром ей было трудно есть. Он взял свое пальто из прихожей и надел его. — Я должен вернуться до двух. Позвони, если тебе что-нибудь понадобится.
— Хорошо. Не волнуйся, с ней все будет в порядке. Я заверила его с улыбкой. — Я приготовлю ей суп или что-нибудь еще.
— Спасибо. Он бросил на меня благодарный взгляд и вышел.
Остаток утра я провела, сидя на диване с Уинни, пытаясь отвлечь ее от мыслей о ее бедной травмированной губе. Мы смотрели диснеевскую "Спящую красавицу", и я рассказала ей, что знаю кое-кого, кто рос рядом с замком.
— Правда? Ее глаза расширились. — Это реальное место?
Я кивнул, тоже округлив глаза. — Да.
— А история реальна? — поинтересовалась она.
— Определенно, — сказала я.
— Я хочу выйти замуж за принца, а ты?
Я подмигнул ей. — Определенно
Через некоторое время я заставила ее принять мотрин, но она отказалась съесть больше, чем кусочек хлеба. Но она позволила мне заплести ей волосы. Она уже спала, положив голову мне на колени, когда я услышала, как Мак и две другие девочки вошли в заднюю дверь.
— Как она? спросил Мак, проходя за Милли и Фелисити в гостиную.
— Она в порядке, — прошептала я, приложив палец к губам, чтобы девочки замолчали.
Милли сразу же заметила косы сестры. — Ты обещала научить меня плести голландские косы, помнишь?
— Я тоже хочу косы, — сказала Фелисити.
Милли закатила глаза. — У тебя даже волосы не такие длинные. И спереди они все взлохмачены.
Фелисити начала плакать, и Уинни проснулась. Мак подошел и помог ей сесть, пощупав лоб.
— Я думаю, у тебя достаточно длинные волосы для косичек, Фелисити, — сказала я ей. —
— Это зависит от Фрэнни, — сказал он. — Если она хочет провести больше времени в этой психушке, я не собираюсь ее останавливать.
Я засмеялась. — Мне нравится эта психушка. Я могу остаться здесь еще не надолго.
После того как я заплела всем трем девочкам косички, я обняла их на прощание и пошла на кухню, где Мак наливал томатный суп в тарелку для Уинни.
— Эй, я собираюсь уходить, — сказала я ему. — Если тебе больше ничего не нужно.
— Я в порядке.
— А как насчет этой недели? Как обычно?
— Да. Не могу поверить, что выходные уже закончились. Накрыв тарелку сверху крышкой, он сунул ее в микроволновку. — Но я разговаривал с миссис Ингерсолл по дороге в Петоски, и оказалось, что перелом не так уж плох, как она думала. Она в гипсе, но ее дочь может помочь и привезти ее, и она сможет присмотреть за девочками на этой неделе.
— Это хорошие новости.
— Да, черт возьми, хорошие. Без нее на этой неделе мне было бы хреново. А без тебя на прошлой неделе.
Установив время приготовления на три минуты, он достал бумажник и положил на прилавок сорок долларов. — За дополнительную работу, хотя этого и недостаточно.
Я толкнула их обратно к нему. — Мне не нужны твои деньги, Мак.
— Пожалуйста, возьми их. Он встретил мой взгляд. — Ты тратишь так много своего времени, чтобы облегчить мне жизнь, а я не могу отдать тебе больше своего времени. Он убрал бумажник и снова подтолкнул купюры ко мне. — Возьми.
— Нет, — упрямо сказала я. — Мы друзья. А друзья не платят друг другу за помощь.
Я направилась в прихожую, где надела ботинки и застегнула куртку. Я уже собиралась надеть перчатки и шапку, когда у двери ко мне присоединился Мак.
— Эй, — прошептал он, схватив меня за руку.
— Что?
Бросив быстрый взгляд через плечо, он внезапно притянул меня к себе и прильнул своими губами к моим. Его язык прошелся между моими губами. Его руки обвились вокруг меня, его ладони блуждали по моему телу. В течение десяти полных секунд он целовал меня так глубоко, что когда он оторвался от меня у меня перехватило дыхание и закружилась голова.
— Мы не друзья, — сказал он твердо, его голос был низким. Он подмигнул, после чего вышел и позвал девочек к столу.
В оцепенении я направилась к машине, даже не чувствуя, как морозный воздух обжигает мои щеки.
Позже я нашла две двадцатки в кармане куртки и поняла, что Мак сделал там, у двери. Я расхохоталась и сунула их обратно.
***
Каждое воскресенье вечером моя мама готовила ужин и собирала всю семью. Мои родители все еще жили в так называемой "старой части дома", часть которой после того, как мы, дети, переехали, была переоборудована в комнаты для постояльцев. Но они оставили много комнат для себя, включая кухню, столовую, библиотеку и гостиную внизу, спальню и ванную, а также комнату для гостей на втором этаже.