Немир-3
Шрифт:
Мы с детьми и Эленой переехали туда, когда Кирочке исполнилось три месяца. Мы быстро наладили свой быт, упорядочили связь с внешним Миром. Мои родные приезжали к нам почти каждый день. Уже через два месяца я попросила Всеволода подсоединить мой коннект к ВсеЗнаниям, которые хранятся в серверной Священного города. Еще через три месяца я уговорила родителей привлечь меня к аналитической работе их Рода. Я занималась детьми, домом, распределением информационных потоков, которыми все-таки стали обмениваться оба Рода при моем непредвзятом посредничестве. Я стала вести вполне обычную жизнь, но вот только ощущение, что я проживаю
Я с трудом вспоминала свою жизнь в периоде до знакомства с Рэдом, я с трудом вспоминала те события своей жизни, которые происходили со мной после его смерти. Вообще-то, мое однообразное существование в последние четыре года и жизнью-то назвать нельзя. Да ведь я с трудом помню то, что делала вчера, не говоря уже о том, что делала неделю назад. Зато, я отчетливо помню каждое мгновение с Рэдом - мне даже не надо переключаться, или напрягаться для того, чтобы восстановить в своих мыслях наше каждое сказанное друг другу слово, наше каждое сделанное в присутствии друг друга движение, наш каждый взгляд...
– Вил, спасибо.
– Ты как, терпимо?
– Вполне. И... я побуду здесь одна, ОК?
– Когда мне за тобой вернуться?
– Я сама найду дорогу к дому.
"Мысо" - это мысленный обман. Как по мне, так это - довольно странное определение для этого прибора, учитывая тот факт, что "мысо" не только обманывает все органы чувств, но и создает вокруг себя ментальное поле Кошнера. Именно гигантское Мысо закрывает собой целое Обетованное Королевство.
Склеп, защищенный Мысом...
Здесь нашел свой вечный покой мой любимый. Мне потребовалось четыре года для того, чтобы заставить себя вернуться сюда после его похорон...
Все люди, которые знали о его смерти, были подвержены вмешательству соРодичей, направленному на удаление этих знаний из их памяти. Все жители Единого Королевства были извещены Первым Настоятелем о том, что Прим со своей женой были призваны к престолу Отца Небесного (без подробных причин и временных сроков данного призыва), а также о том, что во время их отсутствия руководить Королевством будет вице-Прим Вилен.
На склепе - табличка с одним-единственным знаком "бесконечность".
Ни имени, ни дат рождения-смерти, ни описаний чувств...
Лишь только
... "Ариночка, что ты хочешь, чтобы мы написали на склепе?" Я беру в руки листок и рисую этот знак, который для меня символизирует то, что Рэд - моя бесконечность... который символизирует мою бесконечную Любовь к нему... который символизирует мою бесконечную благодарность ему за все наши совместные мгновения...
Это место... Здесь так тихо, и так неестественно опрятно. Травинка к травинке, цветочек
Это место... Оно для меня ничего не значит, и поэтому никак меня не трогает. Мне не удается нащупать даже малюсенькую эмоцию, соответствующую пониманию того, что я нахожусь там, где покоится мой любимый.
Кто-то приходит к могилам своих родных, чтобы почтить их память. Кто-то - для того, чтобы на время отвлечься и отрешиться от повседневной суеты и полностью посвятить эти минуты возрождению покойных близких в своей памяти, чтобы еще раз отметить то, что они когда-то были частью их жизни, и чтобы осознать всю бренность и срочность жизни своей...
Мне же не надо для этого приходить сюда, потому что мой Рэд постоянно живет в моих мыслях.
Наша комната... наша кровать... наше окно...
Оборачиваюсь на звук двери. Вилен подходит ко мне, и тихо спрашивает:
– Останешься на ужин?
– Спасибо, нет.
Мой деверь приезжает на остров несколько раз в месяц. Он обожает своих племянников, возится с ними, балует их. Он - один из самых желанных и долгожданных наших гостей.
– Останешься навсегда?
– Что, прости?
Он стремительно обнимает меня, и начинает покрывать мое лицо поцелуями:
– Бэмби, пожалуйста, пожалуйста, останься... пожалуйста, войди в мою жизнь... пожалуйста, стань ее частью...
– Вил, не надо... что ты делаешь? Перестань.
Мой деверь держит мою голову так, чтобы видеть мои глаза:
– Хорошо, тогда скажи мне, что тебе надо время, и что мне надо подождать. Я - готов, я буду ждать тебя столько, сколько тебе понадобиться, чтобы принять меня.
– Нет, этого я тебе никогда не скажу.
– Почему?
– Потому что с моей стороны это будет нечестно по отношению к тебе. Вил, скажи, сколько раз мы с тобой обсуждали эту тему, сколько нужных и не очень слов уже было сказано? Почему ты заставляешь меня снова и снова проходить через это? Пойми, Вил, ты - уже часть моей жизни. Но ты не заслуживаешь на бесчувственную спутницу своей жизни.
– Подумай о детях...
Я начинаю кричать в голос:
– Не смей! Никогда, слышишь, никогда не спекулируй моими чувствами к детям в своих интересах! Никогда, если хочешь и дальше оставаться близким и родным мне человеком!
Беру себя под контроль, мысленно настраиваю свой голос на другую тональность, и почти спокойно говорю:
– Разговор окончен. Мне пора. Увидимся. До свидания.
Я прохожу мимо него, не оборачиваясь, и не останавливаясь ни на миг вплоть до самого Транспорта...