Немир-3

Гоба Ирина

Найт... точно, вечером придет мой "жених", и я попрошу его организовать мне встречу с Эленой. Женщин ведь должны пускать на территорию женского монастыря, не так ли? Или сюда вход заказан всем, кроме послушниц, монашек и невест?

Целый день прошел в коленопреклоненных молитвах и в выслушивании бредовых проповедей.

Вечером нам выдали по кувшину воды и по куску пресной лепешки. Я не выдержала, и вспылила:

– И это все? Я кушать хочу!

Хлоп...

моя голова дергается от пощечины.

Что за... Нет, я это так не оставлю:

– Да по какому праву? Да что Вы себе позволяете?

Начальница смотрит на меня, и произносит со зловещим шипением:

– Еще одно слово, и эту ночь ты проведешь в карцере.

Нет, у меня на эту ночь другие планы... Глотаю свое возмущение, сажусь за стол, и стараюсь унять закипевшую во мне злость. Как же меня угораздило позволить ей загнать себя в угол? Пусть она только посмеет еще раз меня хоть пальцем тронуть, и я ей все патлы за это повыдергиваю. Но это - после, а сейчас мне надо показать, что я испугалась ее угрозы. Молча кушаю свою лепешку, демонстрируя всем свое напускное смирение.

Только не закрывайте на ночь келью, только не закрывайте... ведь мы, невесты, можем захотеть ночью в туалет, и где же нам справлять свою нужду, если вы закроете дверь? Фух, никакого звука наружного засова. Ура, ура, ура. Теперь надо выждать немного времени, и выбираться в сад. Я совсем скоро увижу Найта!

Ох... Арина, не нравится мне это твое взвинченное состояние от предвкушения вашей встречи... ох не нравится! Неужели ты к нему неравнодушна? Неужели ты успела соскучиться по нему за один только день? Да... дела...

Звуки щебечущих птичек разлились по саду, как только я выскользнула за двери, и встала на первую ступеньку лестницы. Мои ноги уже не слушаются моих мысленных увещеваний: "Тише, не спеши, иди медленно, тебя могут услышать". Я не подчиняюсь этим своим разумным предупреждениям, и срываюсь в бег. Мешковина больно ощущается при этом на моих ногах, но мне уже все равно.

Мужской силуэт... Я на месте. И, не сбавляя скорости, прыгаю в объятия Найта... Ох... мне так хорошо в его руках, потому что в них я могу позволить чувствовать себя маленькой и беззащитной - эти руки не дадут меня в обиду, и эти руки накажут любого, кто посмеет причинить мне боль... кстати, о боли.

Тихонько шепчу ему прямо в ухо:

– Найт, ой... аккуратно.

Он осторожно опускает мои пятки на землю, и пытается найти на моем лице пояснения моему "ой". Арина, у него же на руках его неизменные перчатки, и он попросту не может почувствовать жесткую текстуру камизы, в которую тебя заставили облачиться.

Я опускаю к себе его лицо, чтобы не повышать свой голос из состояния шепота, и капризно хныкаю (капризно хныкаешь? ты что, с ума сошла? да когда это ты позволяла себе подобное?):

– Эта мешковина больно царапается.

Блин, да ты же еще и губки при этом надула, как маленькая девочка... да что с тобой не так?

Найт

в ужасе (настоящий мужчина!) переводит свой взгляд с моей камизы на мое лицо, и при этом двигает губами:

"Мне жаль, маленькая моя, мне очень жаль"

Потом резко разворачивает меня к себе спиной и... показывает мне перед лицом свой указательный палец: "стой так!".

Стоять-то я стою, но мне очень хочется повернуть голову, и хоть краешком глаза увидеть то, что он там делает за моей спиной. Арина, прояви благоразумие и терпение. Ну, пожалуйста... одним глазком. Замри, я сказала.

Найт сам обходит меня, и становится передо мной, как лист перед травой. Он протягивает мне в руках свою рубашку?! Ура, я спасена! Какой сообразительный "жених" мне попался. Я смотрю на его грудь слегка разочаровано. Нет, Арина, это уже ни в какие ворота не лезет. Ты что думала, что он снимет и свой гольф тоже? И что ты хотела там увидеть?

Я жестом показываю ему отвернуться, и быстро переодеваюсь. Трогаю Найта за плечо, и... тут же опять оказываюсь зажатой в кольце его рук. Хорошо, что мне уже ничего не мешает наслаждаться его объятьями:

– Так намного лучше.

Он отвечает на мой шепот судорожным вздохом. Я пытаюсь его успокоить:

– Ш-ш-ш, все хорошо, не волнуйся.

Он не выпускает меня из своих рук, но слегка отстраняется, чтобы дать мне возможность "прочитать" его вопрос:

"Как прошел день?"

– Терпимо.

У меня так сильно чешется язык рассказать ему про мою незаслуженную оплеуху, что я прикусываю его со всей силы: "не надо, не говори ему, ты же видишь, что ему и так не по себе... не усугубляй его чувство вины"

"Это был долгий день для меня. Я скучал... Я очень скучал по тебе"

И как ты отреагируешь на мое встречное признание о том, что я тоже скучала? Зубы, держите мой язык - не давайте ему подать Найту надежду, не давайте ему возможность дать Найту знать о том, что он для меня... И кто же он для тебя на самом деле? Что он значит для тебя? Почему тебе так легко и хорошо с ним? Почему тебя не покидает ощущение, что вы с ним знакомы сто лет в обед? Почему вы с ним так хорошо друг друга понимаете? А-А-А... заткнись... не доставай меня... не знаю... на все вопросы у меня один ответ - "не знаю, и знать не хочу"!!!

– Найт, мне надо, чтобы ты организовал мне встречу с Эленой.

"Я сделаю все возможное"

– Мне пора возвращаться... если они заметят мое отсутствие, то...

"Ты придешь завтра?"

– Да. Найт...

Просить-не-просить?

"Что, моя хорошая"

– Принесешь мне покушать?

Опять судорожный вздох, опять...

– Не волнуйся, все не так уж плохо, как кажется на первый взгляд. Мне действительно пора. До завтра.