Некромант против тьмы
Шрифт:
Поднимаю руку, взывая ко Тьме и напитывая руны Силой, и резко опускаю её вниз, набрасывая сеть на упыриху.
– Стоять! – приказываю я.
Упыриха, и правда, останавливается. Выпрямляется – хотя должна была упасть и корчиться в муках от тяжести моей необъятной Силы, – и с удивлением смотрит на меня.
– Что-то должно было произойти? – уточняет она.
Вот Тьма! Опять источник Сил погас!
Да что ж он как трамблёр на копейке. То есть искра, то нет искры.
– Твою ж налево! – ругаюсь я, и понимаю,
От неё Силой так и прёт, пусть она и умеет вкладывать её только в физическую мощь. Так и у меня физическая сила осталась, а больше ничего. Оглядываюсь в поисках хоть какого-то оружия.
В шаге от меня стоит глава деревеньки. При полном параде: в мундире и с мечом.
– Меч! – требую я, протягивая руку.
– Х*й! – отвечает мужик и прячет оружие за спину.
«Спасибо» за помощь. Я тут вообще-то и твою шкуру спасти пытаюсь.
Оборачиваюсь к Лейле, а она уже стоит рядом.
Уворот от когтей. Прыжок в сторону от попытки захвата.
Ох, видит Тьма, я этого не хотел.
Тянусь к внутреннему источнику – мой последний запас. У него «отказал» доступ к управлению Силами Тьмы, но сам-то он у меня остался. А «сам-то» я кто? Пра-авильно! Высший демон!
Источник откликается по первому зову. Ты ж мой хороший! Никогда меня не подводишь. Ведь ты – это я.
Лопатки раздаются в стороны, хрустит, разрываясь в клочья, рубаха на груди. Я мигом становлюсь выше, ширше и в разы мощнее. С приятным хрустом встают на место родные шипастые позвонки. Кожистые крылья разворачиваются во всю ширь. С удовольствием хлопаю ими, разминаясь, и меня подбрасывает в воздух. Зависнув в метре от земли, распрямляю спину и издаю громогласный рёв.
Падите ниц, ибо прибыл ваш Хозяин!
Опускаю взгляд вниз. Оторопевшая упыриха застыла в шаге от меня.
Я смеюсь.
Кого она там собралась кромсать своими булавками? Кого хочет попытаться укусить белыми наглыми зубками?
Судя по выражению её лица, Лейла понимает, что с высшим демоном ей не тягаться. Пятится назад, чтобы сбежать.
А всё! Поздно!
Длины рук мне достаточно. Наклоняюсь и хватаю её за горло. Она совсем лёгонькая, как пушинка. Поднимаю упыриху в воздух и подношу к пасти.
– Кто твой папочка, тварь?
Перепуганная упыриха вновь становится похожа на простую человеческую девушку: пропадают когти и клыки, безобразная пасть снова становится аккуратным ротиком. Лейла что-то пищит, пытается барахтаться, но я встряхиваю её, заставляя висеть смирно, и спокойно заарканиваю ошейником из подчиняющих рун.
Хлопаю Лейлу по попке и опускаю на землю с напутствием:
– Веди себя хорошо, а не то выпорю!
– Да, го… Господин! – с придыханием шепчет она, падая на колени и опуская голову.
– Так-то лучше.
Я складываю крылья и опускаюсь на задние лапы. Ногами это назвать
Оглядываю поле боя. Лейла, согнувшись до самой земли, лопочет что-то о преданности и верности. Деревенские стоят, разинув рты, а глава застыл, словно лист бумаги перед шредером: весь белый и не шелохнётся.
Умею я впечатление производить. А ещё умею…
Я задираю нос выше и выдыхаю ноздрями пламя. Оно клубами перекатывается по широкой груди и, обращаясь едким чёрным дымом, рассеивается в воздухе.
Этот красочный спецэффект стоит мне неприятного першения в горле и зуда в носу, от которого адски хочется чихнуть, но оно того стоит: деревенские охают и разом делают шаг назад. Даже глава.
– Спокойствие! Только спокойствие! – громогласно возвещаю я, делая мирные жесты руками. – Сейчас я всё верну обратно.
Вообще, использовать источник Сил без наличия этих самых Сил – это как заряжать розетку от мобильника. Нет-нет, ты всё правильно расслышал: не мобильник от розетки, а наоборот.
Сейчас мой источник истощён настолько, что лучше бы к его помощи не прибегать следующие пару дней. Если я не хочу потратить НЗ до конца.
А всё эти внезапные отключения. Аварийные... Или, может, я какой счёт от Тьмы не оплатил?
Обращаюсь обратно в человека. Рубахи больше нет, а штаны повисают лохмотьями.
Наклонив голову к плечу, Лейла заинтересованно разглядывает ставшую видимой сквозь прорехи часть тела. Для этого и ракурс у неё удобный: снизу-вверх. Смотрит, и на мордашке отчётливо расцветает вся наша с ней счастливая семейная жизнь… Семеро детей, развод и алименты.
– Кому я сказал вести себя хорошо? – спрашиваю я, строго грозя упырихе пальцем.
– Мне, – с улыбкой отвечает та.
Её испуганный тон исчез вместе с моим истинным обликом. Она чисто по-женски прихорашивается: поправляет причёску и отряхивает разодранную, запылённую во время драки одежду. И всё смотрит и смотрит на меня с «тем самым» интересом, от которого потом дети рождаются. Игнорирую «интересный взгляд». Пока на ней подчиняющий ошейник, пусть хоть с гастрономическим смотрит – мне всё равно.
Поворачиваюсь к главе деревеньки и приветственно развожу руки в стороны.
– Дружище! Человечище! Вот и пришёл ваш спаситель! И готов принимать благодарности!
Я делаю шаг вперёд и натыкаюсь на острие меча. Горлом. Глава стоит прямо передо мной, держа меч на вытянутой руке, и вид у мужика решительный.
– И это твоя благодарность? – разочарованно спрашиваю я.
– Благодарность? – со смешком переспрашивает глава. – За что?
– Я спас вас от упыря, – начинаю перечислять я, а сам перебираю в голове пути отхода, – и пощадил от нападения нечисти…