НеКлон
Шрифт:
Запись №2:
“ – Вилма, я умоляю тебя позволить мне видеться с моим внуком, – голос Мортон звучал твёрдо, но действительно умоляюще.
– Не понимаю, на что ты надеешься. Ты действительно думаешь, что сможешь сломить мою непреклонность? После того, что ты сделала со мной?
– Это было необходимо.
– В этом не было никакой необходимости!
– Вилма…
– Ты без моего ведома слепила из моей личной клетки настоящего клона! Ты клонировала меня, сумасшедшая! Без моего спроса, без моего разрешения! А после продала моего клона –
– Не утрируй. Я бы никогда не продала тебя на органы. Клоны — не люди, они — бездушные существа. Твой клон не был исключением. Я растила тебя одна, моей целью было дать тебе приличное образование, которое обходилось так дорого…
– Приличное! В твоей жизни всё должно быть “приличным”, верно?! Почему же ты не клонировала себя, если для тебя это не представляется чем-то чудовищным?! Почему не захотела распродать органы, выращенные из твоей собственной плоти и крови?!
– Я родила тебя…
– ВО ИМЯ ЧЕГО ТЫ ПОДВЕРГЛА МЕНЯ ЭТОМУ?! Ответь!!! Почему я должна жить со знанием того, что из моего тела, не спросив у меня на то разрешения, слепили мою точную копию, чтобы в итоге порезать её на куски мяса для продажи?! Послушай меня внимательно, женщина: я не хочу… Нет, я не позволю! Не позволю твоим рукам дотянуться до моего сына! Я не дам тебе ни единой возможности сделать с ним то же, что ты сделала со мной! Ты ни на метр не приблизишься к Юхану и никогда не получишь даже малейшую возможность слепить себе его копию! Не приближайся к моей семье!
– У тебя всего лишь появился новый мужчина, а ты уже мнишь себе, будто у тебя есть “полноценная” семья? – тон Мортон и само построение вопроса прозвучали крайне цинично.
– Он не просто мой новый мужчина! Мы помолвлены, скоро состоится свадьба, мы уезжаем в Европу и хотим родить ещё как минимум одного ребёнка, о котором ты никогда ничего не узнаешь, даже имени…
– Вилма, нет, не поступай так со мной! – весь лёд Мортон внезапно, с режущим уши треском разломился напополам и продолжил трескаться. – У меня есть деньги! Много денег! Десять миллионов долларов! Всё это для Юхана…
– Ни мне, ни моему сыну не нужны деньги, омытые кровью существ, которых в природе не должно было существовать! Мы прекрасно справимся, живя на деньги, заработанные честным трудом…
– Ты всего лишь детский фотограф. Твой мужчина хотя и ведет прибыльный бизнес, но будет ли он любить Юхана?
– Откуда ты знаешь, что у него есть бизнес? Снова рылась в моей жизни за моей спиной?! Тогда ты должна была пронюхать и то, что он любит Юхана не меньше, чем Юхан любит его! Впредь не смей даже мыслей допускать, будто можешь себе позволять вбивать клинья раздора в мою семью, частью которой ты не являешься!
– Вилма, ты слишком жестока…
– Право есть в кого. Не звони мне больше. Никогда”.
Устройство в моих руках резко заглохло. Слушать больше было нечего. Взгляд зацепился за газету, лежащую на краю стола, но в следующую секунду моё внимание сконцентрировалось на неожиданном звонке, поступившем на телефон, установленный на противоположном краю стола. Снова ровно двенадцать трезвонов и снова запись голоса Мортон: “Вы звоните в дом Марисы Мортон. Оставьте своё сообщение после гудка”. Гудок, и сразу же звучание низкого мужского голоса с заметным акцентом:
– Мариса, добрый день,
Три коротких гудка. Тишина.
Даже я сейчас… Даже я в Миррор не была такой одинокой, какой себя собственноручно сделала Мариса Мортон, изначально имеющая в своем распоряжении все возможные для обратного расклада позиции: душу, оригинальность, свободу, дочь… Она ничего не уберегла. Всё потеряла. Сама себя наказала и приговорила. Надо же так не любить себя.
Обогнув рукой тонкий, маленький монитор, возле которого замерли клавиатура с мышкой, я взяла в руки газету и обратила внимание на две вещи: во-первых, она была за сегодняшнее число, во-вторых, она была изогнута на определённой странице. Открыв изогнутую страницу, я замерла от неожиданности. С цветного фото на меня смотрела улыбающаяся… 11110!
Глава 40
Название статьи было написано ярко-красными буквами: “Свидание со звездой”. Статья доносила следующую информацию: “Фанаты Перл По имеют шанс побороться за право свидания с принцессой шведского шоу-бизнеса. Билет только один и будет продан на аукционе, который уже стартовал на официальном сайте поп-дивы и закончится завтра в полдень. Все деньги за покупку билета будут переданы Стокгольмскому приюту бездомных животных. На сегодняшний день ставка выросла до девяти с половиной тысяч долларов”.
Вынув эту страницу из газеты и сложив её в квадрат, я засунула лицо 11110 во внутренний карман своей кофты, стараясь не думать об этом, хотя сердце моё и заколотилось. Не сейчас… Сегодня в моём списке первой стоит Мариса Мортон. Необходимо сосредоточиться…
Я продолжила искать документы по Миррор, но в этой комнате ничего значимого больше так и не нашла. Вернувшись за этот же стол спустя два часа беспрерывного блуждания по углам, полкам, шкафам, я случайно зацепила рукой компьютерную мышку, и маленький компьютерный экран, закрепленный на краю стола, вдруг засветился. На экране возникло лицо, которое я почти узнала ещё до того, как прочла его имя и фамилию: Йоэл Перссон. Не только по фамилии, но и по внешним чертам я с лёгкостью распознала в этом мужчине того самого незнакомца, который передал Мортон ту самую карточку с электронными деньгами, которую она так жаждала заполучить обратно. Помимо этого мужчины на фотографии были изображены и другие люди, подписанные цифрами: женщина – тридцать восемь, девушка – шестнадцать, девочка – тринадцать, девочка – десять, девочка – семь. Сам Перссон был подписан цифрой сорок. Свернув фотографию, я увидела словесную подпись под ней: “В сумме нашей семье сто двадцать четыре года. Любим тебя, наш единственный мужчина”. Страничка явно принадлежала жене мистера Перссона. Но стоило мне щелкнуть “не туда”, как вдруг появилось оповещение о том, что эта страница закрыта для тех, кто не является “другом” пользователя Линды Перссон. Я попробовала нажать ещё пару кнопок, но всё было тщетно: мне предложили добавить в друзья Линду Перссон, Монику Перссон или Сусанну Перссон (видимо, жена и старшие дочери семейства), но предложенные варианты мне не подходили. Да и не нужны были. Зачем мне знать, кто такой Йоэл Перссон и чем он живёт? Он был просто посыльным. Виновным был его работодатель, расчленивший клона ради спасения своей дочери. Попробовать найти его через Перссона?.. Я на несколько секунд задумалась. Вспомнила улыбающиеся лица дочерей и жены Перссона, вспомнила, что его заказчик также является чьим-то отцом… Нет, пожалуй пока что не буду пополнять ЧСБ. И так слишком много дел, справиться бы с теми, что уже запланированы…