Неделимый
Шрифт:
Застигнутая врасплох, она покраснела и застенчиво улыбнулась.
— Да, но я не хотела, чтобы ты чувствовал себя неуютно в собственном доме.
Джим покачал головой. Это никак не повлияло на его комфорт. На самом деле, наличие людей вокруг, вероятно, снова уравновесит его. Он был намного лучше, когда Трина была здесь, даже когда она игнорировала его. Было приятно снова жить в доме.
— Я рад, что здесь есть люди, — сказал он ей, глядя на верхушки деревьев и думая о большой семье коренных американцев, которые жили в резервации на другой стороне. — Здесь такой же твой дом как и мой.
— О чем ты говоришь? В смысле, я знаю, что мой отец здесь, и буду тратить время, заботясь о нем,
— Почему бы и нет?— спросил Джим, стараясь говорить небрежно, хотя внутри у него все дрожало. — После работы и учебы, ты будешь находиться здесь чаще, чем в своей квартире. Твоя квартира маленькая и уютная, но здесь гораздо больше места. Кроме того, я дам тебе собственный шкаф, чтобы ты складывала туда грязную одежду, когда не хочешь, чтобы я ее видел. — Она казалась униженной тем, что он заметил. — Я делал то же самое много раз, — усмехнулся он. — Серьезно, я бы не возражал, если бы ты спала в моей постели по ночам, и ты заставляешь это место выглядеть менее одиноким.
Сьюзен недоверчиво смотрела на него широко раскрытыми глазами. Наверное, она решила, что он шутил. Несмотря на все, что они создали вместе, Джим подозревал, что она все еще видела в нем одинокого человека. Как и большинство людей. Только немногие избранные, такие как Боксер, знали, каким зависимым он мог быть.
— Ты серьезно, да? — спросила она благоговейным голосом.
— Обычно я не говорю того, что не имею в виду, и не слишком спонтанно реагирую на серьезные ситуации. Я бы отнесся к сожительству довольно серьезно, не так ли? Имею в виду, если ты переезжаешь к кому-то, ты берешь на себя обязательство смотреть на зубную пасту, прилипшую к раковине в ванной каждое утро, и страдать от запаха их плохой кухни или невероятно опьяняющего запаха их геля для душа.
ГЛАВА 14
Сьюзен громко рассмеялась.
— Ты такой смешной! – сказала она, обнимая его за шею, поднимаясь на цыпочках, и крепко целуя. Она даже не рассматривала такую возможность, учитывая все остальное, о чем ей приходилось думать. В этом был смысл, но она не представляла себе Джима человеком, способным предложить такое, каким бы искренним и мягким он ни был внутри.
Мысль была немного пугающей. Она так долго жила одна, что не знала, как разделять с кем-то пространство. Поскольку у нее никогда не было таких отношений, как сейчас, она не была уверена, что сможет делить постель с кем-то на постоянной основе. Тем не менее, было еще много причин, чтобы попробовать — самое главное, что она была безумно, полностью и ужасно влюблена в Джима. Иметь отца в соседней комнате было только бонусом, а деньги, которые она сэкономит на продлении аренды, даже, если оплатит все счета за коммунальные услуги, дадут ей небольшой сберегательный счет, который она, в конечном итоге, сможет использовать, чтобы заплатить Джиму за все.
— Мне бы очень хотелось попробовать, — сказала она, наконец. — Я люблю тебя, Джим.
Он поцеловал ее в лоб и потушил сигарету.
— Я тоже тебя люблю. — Он попятился, и Сьюзен нахмурилась. Она подождала, пока Джим вздохнул и сказал: — Я должен убедиться в том, что остальные парни появятся, и мне нужно вытащить один из моих грузовиков и очистить для доставки. Есть еще кое-какие бумаги, о которых нужно позаботиться, прежде чем я уйду. — Он указал на дом. — И если ты чувствуешь себя комфортно, оставляя своего отца в умелых руках Бриджит, я бы хотел, чтобы ты, по крайней мере, принесла сюда несколько своих самых важных вещей, и осталась в доме на некоторое время.
Сьюзен боролась с мыслью
Сьюзен кивнула и отвернулась.
— Просто пообещай мне, что сделаешь все возможное, чтобы быть в безопасности.
— Конечно, буду. Черт, у меня есть стимул. Ты ждешь меня здесь, в моей постели, а мужчина в другой спальне называет меня сыном. Давно у меня был отец. Я не собираюсь выбрасывать это сейчас. — Он притянул ее к себе и прижал к груди. Сьюзен чувствовала биение его сердца, и на мгновение девушку охватило желание раздеть его догола и привязать к кровати на следующие семьдесят два часа.
Она быстро подавила желание и положила руки ему на плечи.
— Когда мы снова увидимся?
Он глубоко вздохнул.
— Если все пойдет по плану, мы сегодня уедем и вернемся завтра вечером. Будет поздно, но я разбужу тебя, когда приеду.
Сьюзен нравилось его предположение о том, что она будет в постели Джима ждать его. Это было именно то, что она собиралась сделать, возможно, в откровенном кружевном наряде.
Сьюзен провожала Джима взглядом, пока он не скрылся на мотоцикле за поворотом дороги. Затем она вернулась в дом, чтобы проведать отца и Бриджит, первый из которых крепко спал, а вторая улыбалась ей поверх книги, которую тихо читала в углу комнаты. Удовлетворенная, Сьюзен ушла, решив поехать в свою квартиру, чтобы захватить туалетные принадлежности и чемодан с одеждой и униформой.
ГЛАВА 15
Джим никогда не испытывал неприязни к «Стальным Когтям», но сегодня ему хотелось просто послать их куда подальше. Все в его личной жизни на этот раз выстроилось идеально, и хотя человек, которого он только что принял в своем доме, умирал, ему было намного лучше, и он сказал, что думает о Джиме как о сыне.
Слова ошеломили его, и теперь Джим хотел только того, чтобы мужчина гордился им и хотел подарить его дочери счастливую жизнь, которую та заслуживала. Вместо этого он убегал от федеральных агентов и банды разъяренных мексиканцев, спеша убрать все доказательства сделок клуба с фальшивыми деньгами. Они договорились с «Даймонд беками», но все еще ждали доставки оружия, и Джим не хотел быть вовлеченным в еще одну перестрелку, особенно такую, которая была словно битва.
Он никогда не покинет клуб, но должен быть способ создать более мирную атмосферу вокруг их клуба. Как только они будут в безопасности от ареста и подготовятся к надвигающейся войне, Джим собирался посмотреть, смогут ли они заключить договор или хотя бы перемирие с «Диабло» и создать лучшую систему защиты и отгрузки товаров. Они нуждались в прикрытии, чего у них сейчас не было, чтобы иметь немного больше душевного спокойствия в остальной части их повседневной жизни.
Он свернул на стоянку у клуба, улыбаясь при мысли о том, что вернется домой и прыгнет прямо в объятия Сьюзен — и в ее теплую, влажную киску — как только войдет в дверь. Он забыл, каково это — оказаться внутри теплого тела. Еще до того, как Трина покинула страну живых, она большую часть времени после таких пробежек выгоняла его из постели. Он знал, что со Сьюзен может случиться нечто подобное, но это было далеко, и Джим рассчитывал на то, что она не будет такой холодной и грубой.