Неделимый
Шрифт:
Сьюзен кивнула. Она по-особенному все осознавала с тех пор, как ее отец заболел.
— Что ж, я рада, что у него все хорошо. Вообще-то, это часть того, о чем я хотела с тобой поговорить. Моему отцу сегодня намного лучше, и есть некоторые обстоятельства, которые кажутся немного странными, так как мы только вчера перевезли его из Сент-Пита.
— Что ты имеешь в виду? — спросил Эрик, нахмурившись так, что на лбу появились глубокие морщины. Он открыл дверь на балкон и придержал ее, пропуская Сьюзен вперед.
Выйдя на свежий воздух, который не был таким уж холодным, но ветер дул гораздо сильнее на балконе,
Скрестив руки на груди, Сьюзен рассказала ему все — от того, как Джим провел тринадцать дней в запое, до того, как она перевезла отца и переехала к Джиму. Закончив, девушка вернулась к состоянию отца.
— Говорю тебе, Эрик, если бы я не знала всего лучше, я бы назвала это чудесным выздоровлением. Два дня назад я думала, что на этой неделе буду заниматься организацией похорон. Сегодня отец сидел и ел овсянку. Медсестра прямо сказала мне, что, по ее профессиональному мнению, его капельницы не меняли неделю. У меня были подозрения, но она их подтвердила. И пролежни... — она замолчала, содрогаясь.
Сьюзен взглянула на Эрика, лицо которого было отстраненным и задумчивым.
— Итак, ты говоришь о том, что они игнорировали его, что само по себе достаточно плохо, и теперь у тебя могут быть доказательства жестокого обращения, которые могут быть истолкованы как покушение на убийство.
Сердце Сьюзен сжалось. Она даже не думала об этом.
— Зачем кому-то нарочно убивать папу? И если да, то почему бы просто не дать ему достаточно «Гидроморфона» (прим.пер.: болеутоляющее средство класса опиоидов, производное морфина), чтобы принять его один раз?
— Потому что это выглядело бы более подозрительно. — Эрик потер лицо своими руками. — Когда он накапливается в организме, с течением времени, его печень начинает неправильно работать, а огромное количество лекарства сразу будет видно в токсикологических показателях. — Он покачал головой и уставился себе под ноги. — Господи, Сьюзен, эти обвинения серьезны и ужасны, и они попытаются растоптать тебя, но это обоснованные обвинения. Даже без лишних лекарств твой отец был явно заброшен. Его не кормили должным образом, он не был надлежащим образом обработан, и его даже не мыли.
Сьюзен кивнула, и у нее перехватило горло.
— Вопрос в том, как мне начать и как я могу позволить себе адвоката, который может обвинить всю больницу?
Эрик ничего не сказал, но его лицо исказила ярость.
— Первое, что мы собираемся сделать - получить записи, в которых указаны имена всех людей, которым было поручено заботиться о твоем отце с того дня, как ты его привезла.
Сьюзен подняла брови.
— Мы?
Он кивнул.
— Я поддерживаю тебя в этом деле, и у меня есть связи, чтобы получить информацию, необходимую для моего знакомого адвоката. Как только он увидит доказательства, которые у тебя уже есть, он начнет принимать меры, чтобы получить остальную информацию, и у него будет такой большой иск, что тебе не придется платить ни копейки. Даже если «Сент-Пит» уладит дело во внесудебном порядке
Это звучало намного значительнее, чем она сначала подумала. Сьюзен не рассчитывала на большую сумму денег. На самом деле, она хотела, чтобы дом был в порядке и чтобы у нее было достаточно средств, чтобы закончить колледж и продолжить карьеру. Однако, если Эрик был прав и если в деле будет какое-либо обвинение в покушении на убийство, которое можно было бы выиграть, в иске также будут указаны конкретные лица. Тогда больница будет нести ответственность за непомерную оплату, просто за заключение контракта с тем, кто будет лечить пациента так плохо или намеренно причинять им вред.
В голове Сьюзен мысли пролетели со скоростью миллион миль в час, и она не могла даже четко сформулировать слова. Прошло несколько долгих минут, чтобы собраться, и спросить у Эрика:
— Кто этот юрист?
— Парень, которого я знал в средней школе, абсолютный гений. Он уже выиграл два таких дела, и его послужной список не запятнан. Как только я сообщу ему хотя бы малейшую деталь того, что мы узнаем, он сразу возьмется за дело. — Эрик повернулся к ней. — Как скоро будут результаты анализов?
— Бриджит сказала, завтра утром.
— Окей. Я получу записи из больницы неофициально. Дональд, адвокат, должен будет официально запросить их, как только приступит к делу и подаст иск, но это также даст нам что-то для сравнения — в случае, если записи будут подделаны. Я позвоню тебе утром, как только получу документы.
Сьюзен обняла его.
— Ты лучший друг, какой только может быть у девушки, Эрик. Спасибо за все. Ты всегда поддерживал меня, кто бы что ни сказал или сделал, и это много значит для меня.
— Ну, ты и сама чертовски хороший напарник и друг. А теперь убирайся отсюда. Иди, проведи день с отцом и наслаждайся своим новым домом. — Он усмехнулся и оттолкнул ее, поворачивая к двери. Сьюзен помахала ему, и ей стало интересно, о чем Эрик сейчас думал, раз не последовал за ней внутрь. Она знала, что только что стряхнула с плеч тяжелый груз, и Эрик поможет ей, что было несправедливо, а Сьюзен не хотела втягивать в это напарника, но Эрик был хорошим парнем.
Как Джим.
Она вздохнула, посмотрела на часы, села в машину и завела мотор. Был еще только полдень. Судя по ее расчетам и по тому, когда гроза обрушится на горный перевал, она ожидала, что Джим вернется домой где-то около полуночи или часа — в зависимости от того, заедет ли он сначала в клуб или в офис. Время тянулось так медленно.
Сьюзен остановилась в магазине, купила немного лосося на ужин и все ингредиенты для салата. Она приготовит хороший ужин, чтобы разделить его с Бриджит, прежде чем медсестра отправится домой, и, возможно, Сьюзен перестанет беспокоиться о том, что ей придется просто ждать.
ГЛАВА 17
— Семья, черт возьми, — раздраженно пробормотал Боксер, стоя рядом с Джимом возле сарая. По эту сторону гор было жарче, чем на седьмом уровне ада, и Джиму хотелось вскарабкаться на байк и прокатиться, главным образом, чтобы остыть, но и вернуться к Сьюзен. Поездка была безупречной, и они без особых хлопот отнесли бумаги и бланки в сарай.