Не скрыть
Шрифт:
— Точно уверена, что желаешь подсобить мне в хищении маски? — Стеф оглядел нерешительную шатенку, что легонька подрагивала и перебирала пальчиками, устремив свой взгляд в пол. Её состояние так и кричало о том, что она колебалась.
— Д-д-да. — немного затрудняясь проговорила камеристка.
Парень смотрел на неё с подозрением, в такой ответ верилось с трудом. Но есть ли смысл урезонить юную служанку и отказываться от её помощи? Вдвоём им будет намного проще: один крадёт и подменивает мраморный лик, вторая стоит на стреме. Его дело уточнить точно ли хочет шатенка пойти в оружейную вместе с ним, а дальше уже проблемы исключительно
— Пути назад закроются, Илинка…
— Я готова идти, Стефан. — сказала она твёрдо, перебив молодого человека. Горничная собралась с мыслями, чудом нашла в себе силы и сумела отогнать страх, что переполнял весь девичий разум.
— Хорошо, — кивнул ей брюнет, — Тогда больше не задерживаемся. — и поманил ладонью за собой, взойдя вверх по ступеням.
Но стоило им только подняться на второй этаж, как путь перегородила изумлённая Камелия, возвращавшаяся откуда-то с левой стороны коридора.
— Куда это вы? — удивлённо, вскинув брови, поинтересовалась она.
Шатенка даже дёрнулась от неожиданности, завидев, будто из-под земли возникшую главную камеристку.
— Мы…
— По комнатам. — не растерявшись продолжил за смутившейся молодой служанкой Стеф.
Илинка облегчённо вздохнула и подтвердила его слова лёгким кивком.
— Так рано? — Камелия продолжила задавать вопросы, озадаченная странным, никогда не контактирующем между собой, дуэтом стоявшем напротив неё, и забегала глазами по стенам, в попытке найти часы.
— Работы больше нет, почему бы и не отдохнуть.
Брюнет, словно бросая вызов, прожигал главную горничную голубым испытующим взглядом, заставляя её сконфузиться и перестать совать нос в не своё дело. Но, не смотря на лёгкое замешательство, Камелия оставалась непоколебимой и покидать их, пока всё не разузнает, не собиралась.
— Так я могу выдать. — она уперла кулаки в бока и нахмурилась, заметив, как смотрит в её сторону Стефан. Недовольная поза оставалась неизменной. — Время до сна ещё ранее, а в замке всегда найдётся то, что можно помыть, протереть, переставить и поправить. Если уж настолько стало скучно.
— Лия…пожалуйста, не нужно. Я-я передала дел больше, чем мы с тобой обычно выполняем вместе. Сил нет даже на ногах стоять! — слезливо промолвила Илинка, зашмыгав носом.
— Не ной, — хладно бросила главная служанка, серьёзно посмотрев на плаксивую девушку, что готова была вот-вот горько разреветься, — Ох. Пресвятая Матерь Миранда, за что мне это? — но она тут же сменилась в лице, не устояв перед печальным выражением на мордочке своей юной подопечной и махнула рукой, давая понять, что сдаётся. — Хорошо, иди отдыхай. А для тебя, Стефан, работёнка ещё найдётся. Не расслабляйся.
Камелия, быстро перевела взгляд с горевавшей Илины на чрезвычайно спокойного Стефана, стоявшего с гордо вздёрнутым подбородком и смелым, яростным взором, уставившегося прямо на неё. Молодой человек никогда не позволял себе подобную демонстрацию бесстрашия, неповиновения и уверенности, но первая камеристка своими приказами и командным тоном попросту вынуждала.
— Я тоже справился со всеми сегодняшними обязанностями, что выдала для меня конкретно Госпожа, — его непривычно барственный тон заставил русую горничную слегка замяться. Как он смеет так с ней разговаривать? Она старше, она выше по званию, она
Главная камеристка скривила рот. Ей совершенно не нравилось то, как брюнет позволял себе беседовать с ней, как поимел совести перечить её наказам. Неужели подумал, что, заимев расположение младшей дочери Леди Димитреску, можно считать себя частью семьи и пренебрежительно относится к прислуге?
— Как пожелаешь. — ядовито прыснула она, сморщив нос. — Будешь объясняться перед Госпожой, если она застанет тебя блуждающего по замку без дела.
— Не сомневайся. А теперь прошу простить.
Стеф, пропуская вперёд молодую служанку, попрощался, склонив голову пред Камелией и неспешным шагом двинулся в правую сторону. Первая горничная подозрительно прищурилась, увидев, как парень и девушка направляются в одно направления, хотя их комнаты расположены по разные части коридора.
— Кабы вы глупостей не наделали! Не хватало нам ещё маленьких недоразумений. — порицательно крикнула им в след Камелия и прежде, чем пойти туда, куда изначально планировала, немного задержалась, провожая пару недоверчивым взором.
Илина и Стефан недоумевающе посмотрели друг на друга, реагируя на последние слова главной камеристки, но не придали этому больше никакого значения, лишь юная служанка немного залилась краской, поймав себя на мысли о том, как двусмысленно звучала эта фраза.
Долго до оружейной идти не пришлось. Единственная дверь в конце коридора угрожающе предстала пред молодыми людьми, не позволяя перейти порог своего загадочного помещения, давая понять, что внутри им рады не будут.
— Откроешь? — попросил парень, дёрнув за круглую ручку, удостоверившись в том, что Кассандра рассеянностью не отличается и свою собственность не забывает держать запертой.
Илинка утвердительно кивнула, достала из кармана белого фартука связку ключей и дрожащей рукой начала подбирать к замочной скважине подходящий. Стеф внимательно наблюдал за обеспокоенной камеристкой и ровно дышал, ни капли не волнуясь. Предчувствие никак не давало о себе знать; ни дурное, ни хорошее, вообще никакое, будто здравый смысл покинул его ещё тогда, когда в руки попала вторая маска. И как только послышался заветный щелчок отпирающегося замка, шатенка невольно вздрогнула, а молодой человек победоносно улыбнулся. Он снова уступил девушке, позволяя пройти в открывшуюся тёмную дверцу, но в этот раз она оробела и замерла, не решаясь сделать и шагу вперёд. Стефан, в ответ на реакцию Илины, лишь понимающе махнул головой и, не раздумывая, вошёл в “игровую” черноволосой ведьмы первым. Увиденное не совсем воодушевило парня: жуткая комната с трофеями в виде черепов животных, висящих на стенах, стойками для брони, стоящих возле разваливающегося деревянного стола, похожего на верстак, валяющимися по углам раскрытыми коробками, небольшой трещине в стене, из которого подувал слабый сквозняк, и ни намёка на мраморную скульптуру с маской. Освещения также отсутствовало, но пробоина пропускала в помещение хоть какие-то мерцания заходящего солнца, посему глаза ломать, в попытках разглядеть во мраке всё убранства, не приходилось. Обстановка зловеще вопила о том, кто же является хозяйкой этой оружейной и это заставляло мурашки безумно метаться по спине.