Не дрогни
Шрифт:
«Если зашёл слишком далеко, чтобы повернуть назад, нечего себя обманывать», – думает он. Это говорит голос отца? Он не уверен. По крайней мере, в этом нет ничего сексуального. Они просто должны знать, что кровь невиновных на их руках. А если я хочу ускориться – это плохо? Всё же есть конец у всего. Настанет день, когда умрёт виновный – и всё закончится.
Он берёт планшет и заходит в блог Бакайского Брэндона. Под мигающим красным баннером с надписью СРОЧНЫЕ НОВОСТИ он читает следующее:
«Парк штата Джона Гленна стал местом ещё одного ЧУДОВИЩНОГО УБИЙСТВА! Тело Фреда Синклера (возраст
Связано ли это КРОВАВОЕ ПРЕСТУПЛЕНИЕ с убийствами подставных лиц присяжных?
Магический Шар Бакайского Брэндона говорит: ДА! Но следите за новостями. И не забывайте: СЛУШАЙТЕ МОЙ ПОДКАСТ И ПОДПИШИТЕСЬ НА МОЙ PATREON!»
Триг звонил на горячую линию Бакайского Брэндона, но не сообщил имя этого парня на записи – откуда бы? Великий ББ раздобыл его как-то иначе. И правда, тело нашёл двенадцатилетний мальчик? Что вообще делал ребёнок в муниципальном парке? За этим следует маловероятная, но почему-то убедительная мысль: мальчик видел убийство, и когда Трига поймают, он укажет на него и скажет: вот он, это он тащил тело в…
Вдруг раздаётся звонок домофона, и Триг чуть не вскрикивает. Он заставляет себя ответить, ожидая, что услышит озадаченный голос Мэйзи: «Здесь полиция, говорят, им нужно с вами поговорить».
Но вместо этого Мэйзи просто напоминает ему о визите к стоматологу в два часа дня. Триг благодарит её и отключается. Он обливается холодным потом – и вовсе не из-за предстоящей пломбы на три кариозных зуба. Есть столько способов, которыми его могут поймать! «Надо торопиться», – думает он. И с удивлением понимает, что ждёт этого с нетерпением.
Джон Акерли встречается с Джеромом за ланчем в «Рокет Динер». Оба заказывают мак-н-чиз с лобстером (сегодняшнее спецпредложение) и «Арнольдов Палмеры». Джон кивает в сторону окна, показывая большим пальцем на отель «Гарден-Сити-Плаза» через улицу:
– Королевская особа там остановилась, брат.
– Серьёзно?
– Сестра Бесси, королева рока и соула семидесятых–восьмидесятых. Жду не дождусь. Билеты на концерт 31-го были распроданы, но мне удалось урвать два на следующий день.
– Круто, – говорит Джером.
Он ждёт, пока принесут напитки, а затем показывает Джону фото – любезно предоставленное Иззи и Холли – с блокнотом Майкла Рафферти. Он постукивает по ячейке на 20 мая, где аккуратным печатным почерком написано «БРИГГС 7 вечера».
– Ты этого парня знаешь? Не переживай, что нарушишь обет анонимности, или как вы там это называете. Я скажу Холли, она передаст полиции, твоё имя упоминать не нужно.
– Полиция уже знает моё имя, – отвечает Джон. – Я ведь нашёл тело.
– А. Точно. Холли мне говорила.
Джером чувствует себя болваном.
– Ну что думаешь? Знакомое имя?
Ответ Джона разочаровывает своей скоростью:
– Нет. – Он указывает на квадрат 4 мая. Там аккуратным блоковым почерком написано: КЭТИ 2-Т.
– Её знаю. Видел на собраниях время
Джером качает головой.
– Я сказал твоей начальнице, что три десятка, но когда заглянул в книгу встреч, оказалось почти в три раза больше. Если добавить Анонимных обжор и ДДА – это Анонимные с двойным диагнозом – вместе с пригородами выходит больше четырёхсот групп.
– Холли мне не начальница, – говорит Джером. – Она мне друг.
– Мне тоже. Холли – скейт.
– Это как?
Джон улыбается и проводит рукой ладонью вниз над столом:
– Скользит по жизни, чувак. Плавная, как лёд.
– Вот уж не поспоришь. А давно ты её знаешь?
Джон прикидывает, пока официантка приносит еду:
– Давненько. Это было примерно тогда, когда умер её друг, бывший коп – Билл Ходжес.
– Раз ты говоришь, значит так. Кажется, они были близки.
– Очень.
– Она тогда пыталась агентство на плаву удержать, – говорит Джон. – И у неё получилось. Молодец.
Джером не рассказывает ему о наследстве, которое Холли получила после смерти матери. Это не его история, чтобы её пересказывать, да и потом, к моменту смерти Шарлотты Гибни агентство «Найдём и сохраним» уже работало в плюс.
– А как ты с ней познакомился? – спрашивает Джером. Ему никогда не приходило в голову, что Холли может бывать в питейных заведениях – тем более быть завсегдатаем.
Джон смеётся:
– Хорошая история, чувак. Хочешь услышать?
– Конечно.
– Она тогда искала одного типа, которого разыскивали за кучу долгов, включая случай, когда он взял пикап на тест-драйв и «забыл» вернуть. Я тогда только начал трезветь. Холли поговорила с мамой этого типа, а та сказала, что он собирался заскочить в Dusty’s Pawn & Loan за гитарой – это всего в трёх дверях от моего бара. И вот Холли паркуется напротив Dusty’s и видит, как этот тип, звали его Бенни как-то там, выходит оттуда с гитарным кофром в руках и направляется в сторону «Хэппи». Она идёт за ним. А Бенни уже у стойки, просит бурбон со льдом, а я ему наливать не хочу.
– Почему?
– Видел его на собраниях. Я ему говорю: «Ты точно этого хочешь? Трезвость – это дар, чувак».
Джером с нетерпением ждёт развязки.
– А Бенни был здоровенный, за шесть футов, весил под сто двадцать. Холли, наоборот, метр шестьдесят с кепкой. Сейчас она чуть прибавила в весе, но тогда весила от силы сорок восемь – как говорится, с учётом мокрой одежды. Бенни её замечает, понимаешь? Узнаёт её, потому что Холли уже поговорила с его знакомыми, а те потом настучали Бенни. И он давай дёру к выходу, а она как раз в дверях стоит. Я думаю: «Чёрт, сейчас как собьёт её, как грузовик». Но она даже шагу назад не сделала. Говорит: «Если ты не пойдёшь в Provident Loan, Бенни, не договоришься и не вернёшь тот пикап, я скажу твоей маме, что ты был в баре».