Не бойся
Шрифт:
— Подумай не только о себе, но и о ребенке. Я могу ему обеспечить будущее.
— Пожалуйста, Витя…
— Выслушай до конца, — настаивал Виктор. — У меня есть возможность раздобыть деньги, которые тебе и не снились. Все это достанется ему, — кивнул он на живот женщины. — Будем вместе воспитывать малыша, как брат с сестрой. Клянусь. Пальцем до тебя не дотронусь, если сама этого не пожелаешь. Ну что его ждет с матерью-одиночкой. Меня ты не любишь, но и другого у тебя нет. Решайся! Все бросим и сегодня же уедем, начнем новую жизнь. Встретишь достойного мужчину — препятствий чинить не стану. Готов пойти на все твои условия. — Нина больше не перебивала его
— Действительно. Что ждет меня в этом городе, где все напоминает только о нем, — задумчиво произнесла она.
— Вот именно! — поторопился поддержать Виктор. — Ты еще молода, красива и не все потеряно.
— Не получится у меня резко сорваться с насиженного места. — Сомнения явно одолевали ее. — Нужно подготовиться.
— Бери только документы и самое необходимое. С работы увольняться тебе не надо, ты не работаешь.
— Нет! Может быть, я и самая настоящая дура. Но все равно — нет!
— Жаль. — Тюлень поднялся. — Но ты всегда рассчитывай на меня. Правда…
— Что правда? — спросила Нина уже в прихожей.
— Не каждый день подворачивается возможность разом приобрести крупную сумму.
— Но ты воспользуйся деньгами один.
— Я бы пошел за ними только в случае твоего согласия. Одному они мне ни к чему.
— Насколько я понимаю, манна небесная в руки сама не падает. Где ты собирался добыть состояние?
— Лучше тебе об этом не знать, — ответил Виктор мягко. И добавил: — Рискнул бы малость.
Он вышел из квартиры. Нина несколько раз прошлась по комнате. Правильно ли она поступила? Может, и правильно, но не благоразумно. Зачем лишать ребенка обеспеченного будущего? У нее жизнь не сложилась, так пусть малыш растет беззаботно и счастливо. Она решительно направилась на балкон и окликнула Тюленя. Тот поднял голову с полными надежды глазами.
— Я согласна!
— Собирайся. Заеду за тобой через пару часов.
Он помахал ей рукой и пошел к своей машине.
В опечатанной квартире Диксона хранилась общаковая касса. Виктор знал, где находится тайник, и именно туда направлялся. Он оставил машину за квартал от дома Марата и пошел пешком. Быстро и тихо взломать железную дверь ему было одному не под силу, к тому же не имело смысла срывать печать. Милиция вряд ли производила в квартире обыск, а оставлять следы он не хотел. Единственный способ проникнуть в квартиру — через крышу девятиэтажки. Балкон находился с торца дома, и прохожие редко ходили здесь. Сложность заключалась в том, что квартира располагалась на восьмом этаже, и, чтобы попасть туда, нельзя миновать балкон девятого этажа. В расчете на то, что хозяева были на работе, приходилось рисковать. Виктор зацепился за железный крюк, торчащий из бетонной стены, повис и, раскачавшись, спрыгнул удачно на нужный балкон и заглянул сквозь занавешенные прозрачные шторы в квартиру.
Двое мужчин, похожие на воров, поспешно передвигались по комнате, кидая вещи, которые собирались прихватить с собой, на диван. Все что угодно ожидал Тюлень, но только не этого. Он выбрал момент, когда воры повернулись к нему спиной, и ловко перемахнул через перегородку балкона. Руки его держались за верхний край перегородки балкона девятого этажа, а ноги нащупали край перегородки восьмого этажа.
Тюлень разжал пальцы рук и, соблюдая равновесие, осторожно присел. Дальнейшее проникновение в квартиру не заняло более минуты. Виктор задержался на несколько секунд возле меловых силуэтов на полу в прихожей и прошел в спальню. Он отодвинул от стены шкаф для белья и перевернул его.
Гущин вдавил пальцами гвозди, вернул шкаф в первоначальное положение и задвинул его на место. То, что дипломат далеко не пустой, можно было определить по весу, поэтому Тюлень не стал проверять его содержимое, а вновь отправился на балкон. Он закинул дорогостоящую ношу на следующий этаж и, без усилий подтянувшись, перелез туда сам.
Воры еще не закончили свою грязную работу, как услышали шлепок дипломата. Один из них как раз вышел на балкон, когда на него неожиданно налетел Гущин.
— Вы еще не убрались из моей квартиры? — поинтересовался он у оторопевшего мужика, который буквально проглотил язык. — Я, кажется, с тобой разговариваю! — повысил голос Тюлень и ударил молчаливого собеседника в челюсть. Тот улетел через балконную дверь в комнату и упал на руки подельника. Следом вошел Тюлень и ударил еще раз по двум противникам сразу. Действовал Виктор левой рукой, в правой он держал ценный дипломат. В нем сохранилось еще столько бычьей силы, что испытавшие на себе эту силу не спешили подниматься для продолжения неравной борьбы.
— Чтоб к моему возвращению был полный порядок! — приказал Тюлень, открывая запоры на входной двери и надеясь, что надолго отбил случайным знакомым охоту воровать. Что они его не заложат, он не сомневался.
Гущин не исключал возможности, что ему удастся убедить Нину, поэтому подготовился заранее: продал квартиру и привел в порядок все документы, даже автомобиль снял с учета в ГАИ. Теперь он лишь заскочил на временно снимаемую квартиру и, прихватив единственный чемодан с вещами первой необходимости, отправился за Ниной. Та собиралась более основательно. Несмотря на то, что Виктор категорически отказался брать с собой больше половины, машина под завязку была забита ее вещами.
— А как же мое жилье? — поинтересовалась Нина, когда они уже выехали на загородную трассу.
— Через какое-то время уладишь этот вопрос, но сейчас здесь оставаться опасно, — ответил Гущин.
Они зарегистрировали брак и обосновались в небольшом городке Краснодарского края. В целях безопасности супруги взяли фамилию Нины, ведь никто не знал, что они сбежали вместе, а о кассе общака было известно не только Тюленю. Рано или поздно, но ее исчезновение должны обнаружить другие члены группировки, которые, похоже, дожидались, когда милиция снимет печати с дверей квартиры Диксона.
Крутояровы приобрели огромный и просторный коттедж. А к рождению сына, которого назвали в честь настоящего отца, обставили детскую комнату.
Гущин открыл собственное дело и занимался теперь официальным бизнесом. За два года построил кирпичный завод, закупив современное оборудование.
Город получил несколько сот рабочих мест и высококачественный строительный материал. Деньги у Гущина еще не иссякли, и он строил планы на будущее. К тому же кирпичный завод уже давал приличную прибыль.
Но с Ниной они жили, как брат с сестрой, что было оговорено с самого начала. Виктор смотрел на жену такими влюбленными глазами, что той порой становилось очень жаль его. Внешне он, конечно, был очень некрасивым, особое отвращение вызывал крупный, мясистый нос. Но к уродству, как и к красоте, постепенно привыкают. А его неиссякаемая доброта к ней и ее ребенку сводила на нет изъяны во внешности.
И супруга постоянно чувствовала себя в чем-то должником перед мужем, понимая, что в конце концов допустит его в свою постель.