Не бойся

Шантарский А.

— Это не моя тайна, и раз дочка хотела, слушай. — Слово «тайна» произвело на Александра впечатление, он уселся поудобнее. — Я не знаю, что обозначает надпись с обратной стороны подковки, но цепочка была на тебе, когда ты попал в руки моей дочери.

— Что это означает? — не понял внук. — Я что, родился с ней на шее?

— Это означает, что родила тебя другая женщина и подкинула.

Вершков сидел, словно оглушенный громом невиданной силы. Он не мог поверить, в услышанное, поэтому осторожно, чтобы не обидеть

старушку, спросил:

— А ты не выдумала эту историю?

— Вот тебе крест. — И она перекрестилась.

— Дорого бы я заплатил, чтобы взглянуть в глаза настоящих родителей.

— Родители те, кто воспитывает, а того, кто родил да бросил, матерью не назовешь, — нравоучительно произнесла Агриппина Матвеевна. — На поиски такой и сил тратить не стоит, ее уже давно бог наказал.

Они еще долго разговаривали. Бабушка вспоминала его детство, а он рассказал о своей жизни после смерти приемных родителей, которых он очень любил.

За те две недели, которые Вершков провел в городе, он навещал ее чуть ли не ежедневно и просиживал с ней на скамейке по полдня. В последний раз обещал скоро вернуться.

Встреча с бывшим однокурсником у Александра не была запланирована заранее, они столкнулись на одной из центральных улиц лицом к лицу.

— Сашка! Какими судьбами? — воскликнул Крупенин, хлопая друга по плечу.

— Привет, Василь, — более сдержанно откликнулся Вершков. Он находился не в самом хорошем расположении духа: любимая девушка, можно сказать, пропала без вести, тут еще ошеломляющая новость про родителей.

— Ты когда обратно? — поинтересовался Василий.

— Через несколько дней. А что?

— Я тоже в Саратов собираюсь на пару дней. Тянет. Значит, вместе?

— Договорились, — кивнул Вершков. — Нужно билеты взять на один рейс.

— Какой рейс? На моей машине поедем. — И Василь в очередной раз хлопнул друга по плечу.

— Так ты уже машину купил?

— Родители подкинули, — признался Крупенин.

Через три дня Василий заехал за Вершковым в гостиницу, и они тронулись в путь. Миновав пост ГАИ, водитель свернул на пригородную автостоянку.

— Зачем ты свернул? — поинтересовался Александр.

— Здесь продается целебная минеральная вода из местных источников, — пояснил бывший однокурсник. — Запасемся на дорожку.

Пока Крупенин бегал за водой, к Вершкову подошел водитель КамАЗа и предложил:

— Плечевая нужна? Уступлю за литрушку.

— Какая плечевая? — сделал недоуменное лицо Александр.

— Ты что, серьезно не знаешь? Или прикидываешься?

— Первый раз слышу, — пожал он плечами.

— Женщину тебе предлагаю за литр водки. Возьмешь?

— Насовсем? — изумлению Вершкова не было предела. — А чья она?

— Во дает! — потешался водитель. — Когда надоест, передашь другому или высадишь на какой-нибудь

автостоянке. Это около города они дешевые, а в глуши можно подороже загнать. Ты куда едешь?

— В Саратов.

— Путь не близкий. Попользуешься и еще навар с литр иметь будешь.

— Как это — попользуюсь?

— Ну клоун! Я еще не встречал такого! Не знает, как бабой пользоваться!

— Послушай! — Александру уже порядком надоел весельчак. — Шел бы ты отсюда.

— Полегче на поворотах, мужик! Я тебе услугу предлагаю, а ты…

— Что я? — перебил его Вершков, вылезая из машины.

Водитель придирчиво оглядел высокую фигуру с широким размахом плеч и выделяющейся через тонкую ткань летней рубашки мускулатурой и решил не связываться.

— Да ну тебя, как будто с луны свалился, — и, развернувшись, отправился к своему КамАЗу. Вернулся Крупенин, и они выехали на автомагистраль.

— Ты знаешь, кто такая плечевая? — спросил Вершков.

— Безотказная женщина, — удивил своей осведомленностью Крупенин.

— Проститутка, значит.

— Нет, не проститутка, — возразил Василий. — Проститутка — это которая за деньги.

— А эта бесплатно, что ли?

— Это женщины, у которых нет ни дома, ни родственников, в основном выпускницы детских домов, не приспособленные к жизни. Они голосуют на дорогах и ни в чем не отказывают водителям, лишь бы те их накормили да подольше продержали в машине, особенно зимой. Водители жалеют опустившихся бедолаг и поэтому не выбрасывают на трассах, а передают их друг другу на автостоянках, — рассказал Василий все, что ему было известно о плечевых.

— Не передают, а продают за литр водки, — поправил Александр.

— Когда как и смотря где, — показал Крупенин более глубокие знания. — Подожди-подожди. Так ты все знаешь? А я тут перед ним распинаюсь.

— Пока ты за лечебной водичкой бегал, мне предложили такую женщину, — сказал Вершков.

— Вот, оказывается, в чем дело! Зря отказался, в дороге веселей, когда женщина под рукой.

— Только не такая, — не согласился друг.

— Что-то машину стало вправо заносить. — Василий свернул на обочину и остановился. — Пойду баллоны проверю. — Около правого переднего колеса он недовольно поморщился. — Так и знал! Пяти километров от автостоянки не проехали, а уже прокололи колесо.

— Я помогу поставить запаску.

Александр вылез из машины.

Когда они устанавливали запасное колесо, возле них притормозил КамАЗ, и уже знакомый Вершкову водитель поинтересовался:

— Не надумал?

— О чем это он? — спросил Крупенин.

— Это он мне предлагал плечевую.

— Она хорошенькая? — брал инициативу в свои руки Василий.

— Пальчики оближете, — самодовольно ухмыльнулся тот.

— Никого нам не нужно, — твердо сказал Вершков. — Проезжай давай!