Не бойся

Шантарский А.

В конце концов Вершков решил не делиться информацией с руководством ОВД, а самолично арестовать Казакова, скрывающегося под фамилией Кожевникова, переговорив предварительно с Ксюшей. Он был уверен, что сможет доказать правильность своего выбора, не допуская мысли, что дочери известно прошлое отца.

В общежитии Александр Ксюшу не застал и очень расстроился. Прождав более двух часов, он написал ей записку, в которой подробно изложил свои мысли и в конце приписал: «Извини, но поступить иначе я не имею нрава».

Вершков прошел через двор Кожевниковых

и нажал кнопку звонка, при этом сердце у него учащенно забилось. Уверенный в своих физических данных, он не прихватил с собой оружия. К тому же рассчитывал, что дело до рукопашной не дойдет. Александр думал, что ему удастся убедить преступника явиться с повинной ради счастья дочери. Разве мог предположить молодой следователь, что ради счастья жены и дочери Алексей Леонидович и совершал большинство своих преступлений. Дверь открыла сама хозяйка и поздоровалась.

— Могу я видеть Алексея Леонидовича? — официально спросил Вершков.

— Разумеется, он у себя в кабинете, — улыбнулась Светлана Олеговна, ей нравился этот молодой человек. — Можешь пройти к нему, только потом непременно зайди ко мне.

Она скрыла от него, что Ксюша в гостях у родителей, надеясь таким образом преподнести Александру сюрприз.

Атаман, потрясенный смертью друга, все еще сидел в кресле, уставившись в одну точку, когда к нему в кабинет вошел Вершков.

— Я предлагаю вам явиться в милицию и добровольно сдаться, — начал следователь без предисловий. — Обещаю оказать поддержку, зависящую от меня, в пределах законности.

Алексей не заметил, как вошел Вершков, и его сознание не уловило первых слов, но и того, что он услышал, оказалось достаточно, чтобы выбросить из головы переживания и сконцентрироваться на разговоре с непрошеным гостем.

— Я задумался и не расслышал твоих слов, — спокойно сказал Атаман, чтобы выиграть время. В момент опасности он умел мгновенно концентрировать волю, и теперь его мозг напряженно работал. Хотя внешне это не было заметно.

Так быстро выйти на него правоохранительные органы не могли, да и вряд ли уже нашли тело Марата. Марина незамедлительно позвонила бы ему в первую очередь. О гибели семьи Диксона он и не подозревал.

Он сговорился с Ниной, будто весь день и предшествующую ночь провел у нее, а тела Мирошниченко и Диксона, если допустить оперативность милиции, нашли в лесу и в другом конце города. Увязать его в преступную цепочку, разрушив алиби, нельзя, по крайней мере за такой короткий срок. Это означает, что следователь разнюхал его старые грехи, чего так опасался Диксон.

Атаман поднялся, прошелся по кабинету и сел в кресло за письменный стол.

— В каких таких смертных грехах меня обвиняет гражданин следователь? — поинтересовался он.

— В побеге из мест лишения свободы. — Представитель правоохранительных органов рассчитывал на фурор, но этого не произошло.

— Докопался все-таки, — произнес Алексей так, словно давно ожидал подобного исхода.

— Значит, вы согласны на явку с повинной? — обрадовался следователь,

который истолковал реакцию Алексея по-своему.

— Жених моей дочери решил, стало быть, выступить в роли благодетеля и не унижать меня шумным арестом? — усмехнулся хозяин кабинета.

— Это в ваших интересах, — кивнул Александр.

— И, наверное, думаешь, что я соглашусь с тобой ради будущего дочери?

— Надеюсь. — Вершков старался не обращать внимания на иронию собеседника, приписывая это его нервозности.

— Сама наивность. — Алексей выдвинул ящик письменного стола и положил руку на рукоятку самозарядного малогабаритного пистолета. — Даже оружия с собой не захватил, — сказал он, ощупав следователя взглядом. — А тебе никогда не приходило в голову, что Ксюша знает о моем преступном прошлом?

— Ты наговариваешь на нее! — перешел на «ты» Вершков. Это был удар ниже пояса. — Ведь она была совсем девочкой.

— Я раскрываю тебе глаза на правду.

— Не верю! Просто цепляешься за соломинку, рассчитываешь выпутаться и не отвечать за содеянное. Я должен тебя арестовать и сделаю это с чистой совестью. — Александр решительно двинулся к Атаману.

— Стоять! — Атаман направил на него ствол пистолета. — Я не для того сбежал из колонии, чтобы какой-то ухажер моей дочери отправил меня обратно.

Только теперь следователь понял, что совершил непростительную оплошность.

Вершков и не предполагал, что перед ним руководитель мощной, разветвленной, многочисленной преступной группировки, который забрал уже не одну человеческую жизнь, и, если его загнать в угол, не остановится перед очередным убийством. Но оба не догадывались, что противоборствуют два родных брата.

— Гражданин Казаков, предлагаю сдать оружие и следовать за мной. — Следователь был не из робкого десятка и приготовился к смертельной схватке.

Вершков сделал обманное движение вправо, но неожиданно кинулся влево. Атаман поддался на обман и выстрелил мимо. Александр прыгнул спиной на письменный стол и, выкинув резко вверх ноги, ударил по вооруженной руке.

Пистолет отлетел на середину кабинета. Следователь кинулся за ним. Но Алексей не хуже Александра владел своим телом. Он перемахнул через стол, подставил ногу сопернику и прыгнул на него сверху. Оказавшись в невыгодной позиции, Вершков встал в партер, подобрав под себя ноги и сильно ударив противника затылком в переносицу. Алексей отлетел, но на ноги вскочили оба одновременно.

Братья стоили друг друга. Следователь пытался несколько раз нанести удары: сначала по лицу, потом по корпусу, но безрезультатно. Соперник успевал уклоняться или ставить блок. Атаман уже понял, что по силе они равны, и как более опытный, не увлекался и не терял контроля, а больше оборонялся. В конце концов он подловил Александра на его же ошибке. Тот на какую-то долю секунды не прикрылся слева, и Атаман нанес мощный удар снизу в подбородок, отбросив следователя к стене. Он поднял с пола пистолет и направил его на противника.