Найти и сохранить

Адамс Кэндис

Виктор заметил, что в ее глазах запылал огонь. Ясно, что отчаяние и напряжение довели ее до состояния наэлектризованности. Проснувшаяся злость добавила огня и раздула пожар негодования в ее душе. Рассматривая ее, он невольно подумал, так ли потемнели бы ее глаза во время дикого прилива любовной страсти.

Маделин закусила губу и, отвернувшись, стала смотреть в окно. Теперь она точно уловила искру желания в глазах Виктора. Щеки ее запылали, как будто он прямо сказал ей, что хочет заняться любовью. Подсознательно она почувствовала, как затрепетала ее грудь и ослабели ноги.

Нельзя

позволять себе так расслабляться, предупредила она себя. В этом не должно быть одно физическое притяжение. Оно должно сопутствовать чувствам и желаниям. А как только найдется Дэви, они с Виктором расстанутся. Она отправится в скучную Альберту, а он останется в этом бешеном городе. Понимание этого, однако, не утихомирило чувств, бушевавших в ней.

Виктор заставлял себя не думать о Маделин. Раньше, до встречи с ней, его жизнь была гораздо проще, раздумывал он, борясь со своими инстинктами. У нее ангельское лицо и притягательное тело. Ему повезло бы больше, если бы она была родом из Нью-Йорка или из какого-нибудь другого большого города. Но удача отвернулась от него: надо же было ему встретить эту трепетную и хрупкую южную красавицу! Не будучи сам щепетильным мужчиной, он тем не менее никоим образом не собирался обидеть ее. Но желание билось в его жилах, и этому трудно было противиться.

Молчание затянулось до тех пор, пока перед ними не стала вырисовываться стройная линия аккуратных домов.

– Я никогда не была в этой части города, – сказала она, чтобы прервать долгую паузу.

Он посмотрел на фешенебельные дома, тянувшиеся вдоль дороги.

– Да, красивый район города. – И, небрежно добавил: – Но он все равно не так хорош, как Пасадена.

В его голосе она почувствовала мягкие нотки, и это ее порадовало, а то она уж было начала волноваться, не разозлился ли он часом.

– И я здесь не бывал.

Она удивленно взглянула на него.

– Неужели? А в Беверли-Хилз бывали?

– Нет. Только где-то рядом крутился. Надо выбрать возможность и вместе все посмотреть.

Она кивнула. Знает ли он, в какой чувственной манере иногда говорит? Как проводит рукой по волосам? Он особенно не кичился своей мужественной красотой, но, несомненно, знал об этом. Ей это нравилось. Это придавало ему дополнительное очарование.

– Как насчет завтра? – спросил он. – Посмотрим город. – Эта мысль уже давно созрела в его голове, но он не отваживался заговорить об этом, да и просто не хотел завязывать тесных отношений. Но теперь, когда они стали проводить вместе столько времени, идея оказалась весьма кстати.

Она согласно кивнула.

– Меня ваше предложение вполне устраивает. – И с улыбкой добавила: – Вы выбрали самое что ни на есть подходящее время. Я как раз свободна. «Впрочем, как и в оставшееся время», – тихо добавила про себя.

– Тогда я заеду за вами к часу.

– Прекрасно, – удобно и раскованно устроившись на сиденье, она подумала, что это будет чудесная возможность сменить обстановку и посмотреть богатый район города. А еще приятнее, что Виктор сделал такое предложение. Правда, тут же возникло сомнение: может, это не слишком умно – проводить столько времени с мужчиной?

На

следующий день она поджидала его, стоя на улице перед домом. Виктор чуть опоздал. Жестом он пригласил ее в машину. Устраиваясь рядом с ним, она заметила, что у него мокрые волосы. И одет он как-то необычно: в тенниску и шорты цвета хаки.

– Извините, что опоздал, – поздоровавшись, сказал он. – Задержался с вашим знакомым, Форрестером.

Она не видела лейтенанта с того самого дня, когда он порекомендовал ей обратиться к Виктору.

– Как он поживает?

– Обычно. Мы играли в теннис. Мне повезло: я вел в счете, – он нажал на газ, и они поехали.

– Вы выиграли?

Он улыбнулся.

– Когда мне удается вести в счете, я всегда выигрываю.

Стекла были опущены, и ветерок, проникая в салон, трепал ее кудри. Смахнув волосы со щеки, она весело спросила:

– А когда Форрестер ведет, кто побеждает?

– Он.

Повернувшись, чтобы посмотреть на него, она спросила:

– Так с чего же мы начнем?

– С бульвара Сансет.

Маделин удивленно заморгала. С того самого бульвара, где они начинали поиски Дэви?

Виктор усмехнулся. Ее невинные удивленные взгляды дразнили его. Ее фиалковые глаза расширялись, а рот складывался в форму буквы О.

– Мы заедем туда по пути, – пояснил он.

– А-а, понятно.

Когда машина проезжала по бульвару, она смотрела в окно, пока длинная цепочка разного рода рекламных щитов не оборвалась и они не въехали в знаменитый Беверли-Хиллз.

Несколько раз Виктор сворачивал, и вскоре они оказались в фешенебельном районе модных особняков и вилл. Каждый искусно построенный дом с колоннами или портиком стоял несколько вдалеке от дороги, и обычно ко входу вела кольцевая дорога, спрятанная за изящно подстриженными кустами невиданных для этих мест растений.

Виктор еще немного покружился, пока не остановил машину на одной из стоянок.

– Пожалуй, ближе нам не подъехать. Начнем отсюда.

Маделин вылезла из машины и, пока он закрывал двери, привела костюм в порядок.

– Сюда, пожалуйста.

Они прошли мимо антикварных и ювелирных магазинов и наконец вышли на главную улицу.

– Это Родео-Драйв, – пояснил он.

Маделин оценивающе огляделась вокруг. Перед каждым магазином стояли удобные скамьи. Кое-где она заметила привратников. За зеркальными витринами виднелись вышколенные продавцы в отличных фирменных костюмах. Машины, останавливающиеся вдоль улицы, были, как правило, длинными и сверкающими.

На одном конце улицы возвышался «Беверли-Хиллз-Хотел», на другом, как бы замыкая улицу, – «Беверли-Уайлшая-Хотел». И хотя улица тянулась всего-то на несколько сот метров, на Маделин она произвела неизгладимое впечатление. Стараясь впитать каждую деталь и каждый нюанс этой роскоши, Маделин медленно двигалась, пристально всматриваясь буквально во все. Виктор шел рядом, всем своим видом изображая вежливый интерес, но она готова была поспорить, что, не окажись он в таком престижном и стильном месте, как обычно, засунул бы руки в карманы и ходил бы с небрежным видом. Изредка он выказывал почтительный интерес.