Найти и сохранить
Шрифт:
– Куда мы направимся сегодня?
– Попробуем пройтись по улицам еще разок.
Может, это была пустая трата времени, но такое времяпровождение позволяло ей отвлечься от дурных мыслей и рождало чувство занятости.
В этот момент она не думала о Дэви. Она размышляла о Викторе и время от времени бросала на него быстрые взгляды.
– Мы с Франсин говорили о вас весь день, – небрежно заметила она.
Засмеявшись, он проговорил:
– Не верьте ни одному ее слову.
– Поэтому я и заговорила с вами на эту тему. Похоже, что она не хочет
– С чего вы взяли? Ничего такого я и не скрываю, – все так же глядя на дорогу, ответил он.
Она поняла, что он многое скрывает от нее. Его лицо не выражало никаких эмоций, ну прямо как профиль на монете.
– Здесь мы и припаркуемся, – сказал он.
Ясно, что просто так выяснить ничего толком не удастся. Да и какое ее дело в конце концов, успокаивала она сама себя, решив больше не касаться этой темы и наблюдая, как он пытается втиснуть машину на крошечный, едва ли больше, чем сама машина, пятачок. Улыбка заиграла на ее губах, когда она увидела, как ловко он добился цели. Наверное, это неплохо – иметь такой маленький и компактный автомобиль.
Он выключил зажигание:
– Можно трогаться.
Улыбка исчезла с ее лица, как только она перевела взгляд на шумную, бурлящую улицу.
– Не перестаю думать, как все эти улицы отличаются от тихих улочек Альберты.
– Именно поэтому ваш брат и предпочел им улицы Лос-Анджелеса, – подметил он.
Отвечать ей не хотелось. Вероятно, он и не мог представить себе что-либо более скучное, чем размеренное течение жизни в Джорджии. Но она-то знала, как хороша и приятна жизнь в Альберте, да и Дэви это знал. Она совершенно не понимала, что толкнуло брата на этот глупый побег.
Виктор засунул руки в карманы, посмотрел по сторонам. Пульсирующее возбуждение улиц этого города, которое увлекло ее брата, не трогало Маделин. А было ли в этом городе что-то такое, чем она могла восхищаться?
Но эти мысли сразу же отошли на второй план, как только Виктор заметил какое-то необычное оживление впереди. Худощавый подросток, с взлохмаченной голо вой, прогуливался вдоль тротуара, рядом с припаркованными машинами. Насторожившись, Виктор заметил, что парень внимательно осматривает каждую машину, мимо которой проходил. Внезапно он открыл дверцу одной из них, забрался внутрь и через мгновение уже запустил двигатель. Сомнений не оставалось – он собирался угнать машину.
– Франсин сказала…
Виктор прервал ее:
– Дайте мне листок бумаги.
Смущенная, она порылась в сумочке и достала клочок бумаги.
Виктор что-то быстро на нем нацарапал, когда машина с юным угонщиком пронеслась мимо. Оглядевшись и не заметив ни одной патрульной машины, он устремился к видневшемуся невдалеке бару.
– Я воспользуюсь вашим телефоном! – крикнул он бармену.
Бармен, заполнявший билет на скачки, поднял голову.
– Извините, но тут вам
Не слушая его, Виктор стал быстро набирать номер.
– Я по служебным делам.
– Послушай, приятель, – возмутился бармен. – Иди звонить на улицу и пользуйся платным телефоном! – Он уже собирался выхватить трубку из рук Виктора, но застыл на месте, услышав слова Виктора.
– Да я хотел сообщить об угоне автомобиля. Темно-зеленый «мерседес». Регистрационный номер…
Маделин около стойки недоверчиво слушала. Она абсолютно ничего не заметила, хотя находилась рядом с ним все время.
– Хорошо, – повесив трубку, он кивнул бармену и взял ее за руку. – Пойдемте.
Она неотрывно смотрела на него.
– Как вы могли заметить, что кто-то угнал машину? Я ведь находилась рядом, но ничего такого не приметила.
– Это потому, что у вас не натренированный глаз.
Фактически это была его вторая натура. Будучи невольно вовлеченным в историю с угоном, он как бы получил дополнительную порцию адреналина и теперь чувствовал себя хорошо, как никогда за последние месяцы. Странно, как будто он снова патрулировал улицы, его тело и голова опять были начеку, готовые в любой миг включиться в дело.
– Подождем патрульную машину, – сказал он.
Девушка согласно кивнула, пораженная переменой, происшедшей с ним. Решимость, звучавшая в его тоне, и упрямо сдвинутые брови открывали для нее его новые, незнакомые черты и несколько пугали ее. Прежде Виктор никогда не обращался с ней подчеркнуто вежливо, а теперь он и вовсе показался ей опасным. Что-то подсказывало ей, что он может быть жестким и грубым, если того потребует ситуация. Эти новые качества завораживали и одновременно беспокоили ее.
Очень скоро около бара остановилась патрульная машина. Виктор не знал никого из офицеров и при разговоре не стал упоминать, что служил в полиции. Он не видел ничего хорошего в постоянном напоминании всем и каждому о своем прошлом. Вместо этого он сосредоточился на описании подростка.
– У вас зоркий глаз, – похвалил его молодой офицер.
– Спасибо.
Офицер продолжал писать что-то в свою книжку, а тем временем его напарник разговаривал по рации.
Конечно, можно было остаться возле них, но Виктор пришел к заключению, что в этом нет смысла. Информацию он сообщил, а мозолить глаза считал недостойным делом. Он ведь не какой-нибудь зевака, шатающийся поблизости и дающий советы.
– Я еще нужен?
– Нет, спасибо вам. Если возникнет необходимость, мы вам позвоним.
Маделин пошла рядом с ним.
– Вы не сказали, что были полицейским? – в ее голосе звучал интерес.
– Никого не интересуют старые истории, – коротко ответил он. Первое волнение от участия в помощи полиции улеглось, и он стал успокаиваться. Только сейчас он понял, как сильно тосковал по былой напряженной службе. Нынешняя не шла ни в какое сравнение с удовлетворением, которое он получал от решения проблем и активного участия в раскрытии преступлений.