Найденыш
Шрифт:
– Ясно, - сказала Ромейн, - вы ждали, пока оформится знак.
– Верно. Нам нужно было убедиться в том, что ты принадлежишь нашей семье. Теперь мы в этом уверены. Я понимаю, тебе пришлось ждать слишком долго. Но в конечном итоге, это было оправдано.
Она кивнула.
– А Феррингеймы?
– Нет ни одного Феррингейма, я уже говорил.
– Вражда закончена, - добавил Реджин.
– Так что, обживайся в доме, Ромейн, знакомься с его обитателями. Теперь это и твой дом.
– Хорошо. Это будет нелишним, поскольку я весьма отдаленно
Реджин фыркнул. А Роннан спокойно сказал:
– Это понятно, ведь ты все эти годы жила с людьми. Не назову это лучшим выбором, но лучше такой, чем совсем никакого.
14 глава. В гости
Итак, Ромейн начала осваиваться на новом месте. Сперва трудно было привыкнуть к тому, что здесь не нужно было скрывать свои способности. Напротив, у нее каждый день почти требовали, чтобы она продемонстрировала то, чему научилась у Меора. Как выяснилось, научилась она очень немногому, что было неудивительно. Меор больше внимания уделял тому, чтобы уметь их скрывать.
Девушка обошла замок своих предков, выяснив, что он огромен. Со стороны реальные размеры было трудно определить. Ромейн потратила неделю, чтобы осмотреть все помещения, причем, бегло осмотреть. На более детальный осмотр понадобилось бы Бог знает, сколько времени.
С большим интересом Ромейн разглядывала фамильные портреты. До сих пор она не знала никого из своих родственников, кроме вновь приобретенных братьев, так что ее интерес был вполне понятен. Девушка долго изучала лица матери и отца, бабушек и дедушек, всевозможных дядей и теть, пытаясь определить, на кого же все-таки она похожа. Она понимала, что является Рэйвенхилл, но обнаружить сходство - это было нечто большее. Как будто, прямое доказательство родства.
Знакомые черты Ромейн заметила у своей троюродной прабабушки, не зная, радоваться этому или огорчаться. Все-таки, троюродная прабабушка - очень дальняя родственница. Конечно, у многих Рэйвенхиллов были черные волосы и зеленые глаза, но на этом сходство заканчивалось.
Реджин утешил ее, сказав, что портреты никогда не передают полного сходства с оригиналом. Когда людей рисуют несколько часов подряд и те сидят, не шевелясь и почти не дыша, их лица и выражения становятся совершенно одинаковы. Даже в том случае, когда их рисует хороший художник - портретист.
– Вот увидишь, когда твой портрет повесят на стенку, ты будешь очень похожа на наших предков, - заключил Реджин и хихикнул.
Собственно говоря, с младшим из братьев Ромейн проводила достаточно много времени. С ним ей было гораздо проще, чем с Роннаном. С последним было трудно общаться. Казалось, он подавлял все и вся своей властностью. Это и сам Реджин замечал, говоря:
– Я, конечно, люблю Рона, но он бука. Причем, законченный. Он редко ищет чье-либо общество, предпочитая проводить время в одиночестве. Наверное, именно поэтому он до сих пор не женат.
– А ты почему не женишься?
– спросила
Брат пожал плечами:
– Сам не знаю. Кругом столько хорошеньких девушек, трудно выбрать одну.
Она фыркнула:
– Понятно. Ты еще не готов к супружеству. Кстати, Рэд, скажи, а с кем вы общаетесь?
Он приподнял брови:
– С общением у нас негусто. Ближайшие соседи за много миль отсюда. Правда, расстояние несущественно.
– Вы часто ездите в гости?
– Реже, чем ты думаешь. Хотя, конечно, мы поддерживаем знакомство с Лэверли и с Малгорианами, это наши ближайшие соседи.
– Малгорианы?
– Что-то знакомое?
– развеселился Реджин, - это фамилия твоего бывшего учителя.
– Значит, вы - соседи?
– Мы - соседи. Включай в понятие "мы" и себя. Ты ведь теперь тоже живешь здесь.
– Да, конечно, - кивнула Ромейн, - я просто еще не совсем привыкла. Я не знала, что Меор - сосед. Он никогда не говорил об этом.
– Я смотрю, он вообще очень мало говорил. Наверное, из осторожности. В общем-то, это понятно. Он не знал, кто ты.
– А кем же я могла быть, по-вашему?
– приподняла брови девушка, - в магических семьях часто теряют детей?
– Всякое случается, - Реджин пожал плечами, - ты могла быть чьим-то незаконнорожденным отпрыском. Так сказать, плод любви, от которого предпочли избавиться.
Ромейн фыркнула.
– И часто такое случается?
– Бывает. Нечасто, но бывает. Зато теперь мы абсолютно уверены в твоем происхождении. Хочешь прокатиться верхом?
Она не возражала. Новое место всегда привлекательно, тем более, такое, как это, но рано или поздно начинаешь скучать. Сначала немного, потом - все сильнее. Тем более, если почти не с кем общаться.
В королевском замке было по-другому. Там у Ромейн не было подруг, но она каждый день видела много людей, разговаривала с ними и не чувствовала скуки. Здесь же она могла болтать только с Реджином, потому что Роннан редко снисходил до бесед, и вообще, редко появлялся. Иногда Ромейн пыталась поговорить со Станой. Но Стана слишком хорошо помнила о своем месте, куда лучше, чем сама Ромейн, будучи королевской наперсницей. И отвечала на вопросы с готовностью, но без излишней откровенности. Так, как и полагается служанке. Что это за общение!
Неудивительно, что Ромейн скучала. Реджин пытался развлекать ее, но у молодого человека всегда есть более интересные дела, которыми он хотел бы заняться, минуя общество сестры. Однако, он часто катался с ней верхом и даже пытался научить общению с соколами. Но здесь вышла неувязка.
У любого из Рэйвенхиллов появляется собственный сокол с самого рождения. И с этим соколом он общается, как с самым близким другом. При рождении у Ромейн был свой сокол, но когда ее спрятали, птица начала тосковать, потом и вовсе умерла. Другие же соколы девушку сторонились. Когда она приветливо к ним обращалась, они слушали ее издалека, не приближаясь и уж тем более, не садясь на плечо.