Навь. Книга 3
Шрифт:
Глава 8
Самолеты-пароходы, а я маленький такой.
Иногда у Алексея Михайловича Драбицына возникало ощущение, что, в процессе общения с сыном, он набрался всякого разного из молодежного сленга и прилипчивых словечек, которые в ходу у пацанвы с пригородов столицы. Откуда их мог подцепить Александр — это другой вопрос, а вот как взрослому и умудренному опытом мужчине отвязаться от прилипших поговорок?
Послеобеденные размышления о контркультуре неожиданно прервал звонок. Обычно этот старый аппарат, стоявший сбоку от стола на отдельной тумбочке, использовался лишь для проверки запасной системы связи, проложенной
— Его Превосходительство! Дежурный по штабу Гражданской Обороны!
— Слушаю.
— Красный код, господин генерал-лейтенант! Вашу охрану должны сейчас уведомить. Две минуты назад атакованы казармы гвардии, а так же императорский дворец. Последняя информация будет доступна по линии «Кречет».
— Понял, спасибо за оперативность.
«Кречет». Система управления специальными службами на случай военных действий на территории государства и атомной войны. Похоже, сбылись самые паршивые прикидки аналитиков, которые еще вчера вечером шаманили над собранной информацией и чесали затылки. Мятежники все же решились на полномасштабную атаку, бросив в бойню все доступные силы. А мы, как всегда, чуток проминдальничали и теперь будем давить, пресекать и разгребать, умываясь кровью.
Вот тебе и пароходы-самолеты…
Непонятное шевеление рядом с прибывшими на усиление частями отслеживали сотрудники наружки, а так же воткнутые в казармы камеры. Было подозрение, что Батумские Особые горные части и тот же Хивинский полк могут устроить бузу, высказать неудовольствие будущими реформами. Но никто не ожидал, что бунтовщики не станут взламывать склады с оружием, бросят технику на закрытой стоянке и пойдут почти неорганизованной толпой в атаку, имея по два-три магазина к автоматам. Без гранат, без внятного управления, без подготовки. Массой. Которой и снесли спешно выставленные заслоны по пути к центру города.
Часть переброшенных для усиления столичного гарнизона солдат сумела добраться до гвардейских кварталов, где исклевала пулями фасады и переколотила окна на проходной. Дальше продвинуться они не сумели. В связи с особым положением гвардейцев держали в режиме полной боевой готовности и при первых же выстрелах отлично обученные бойцы ударили в ответ. Часть обошла штурмующих сбоку, в торцах зданий сквозь чердачные окна огрызнулись пулеметы, а из внутреннего двора подтянулись бронетранспортеры с КПВТ. После чего неудавшийся штурм превратился в избиение.
К счастью, у кого-то головастого хватило мозгов не задействовать на отражении все наличные силы, а перебросить по другим улицам роту со средствами усиления напрямую к императорскому дворцу. И когда его охрана сцепилась с обезумевшей толпой, рванувшей на приступ, именно гвардейцы первыми ударили с тыла, внося дезорганизацию в отлично продуманный вражеский план. Чуть позже подтянулись поднятые по тревоге батальоны гарнизона, а уже к девяти вечера разрозненные группы уносивших ноги бунтовщиков отлавливали по всей округе спецназ и приданные в помощь городовые, которые знали на своей территории любой закоулок.
Наиболее тяжелым оказалось сражение за центральное здание Службы Безопасности на Литейном. Туда сумели подтянуть несколько групп наемников из кланов Ропотова и Селезнева, разбавленных разномастно вооруженными оборванцами из гастарбайтеров. Правда, многие из смуглолицых бандитов вряд ли знали, с какой стороны держать
Драбицын уже четвертый час как продолжал работу из бункера, спустившись туда при первых же выстрелах. Потоком шла информация о беспорядках в Санкт-Петербурге, погромах на товарной станции и вещевых рынках. Особо отличились ремонтные мастерские, которых подрядили для замены старой узкоколейки, выкупленной после долгого бодания у компании-банкрота. Подрядчик под эгидой Савостиных привез несколько тысяч наемных работников с юга и теперь эти кадры вовсю отжигали на западе столицы. Причем отжигали в прямом смысле этого слова.
Но не смотря на ощущение «пожар в борделе», в целом ситуация выглядела относительно спокойно. Да, около пятнадцати тысяч боевиков в многомиллионном городе. Да, пытались атаковать несколько ключевых точек. Да, почти двадцать тысяч бузотеров с арматурой и «коктейлями Троцкого» по периферии, согласно первых первых оценок. Но вот только СБ успела подтянуть в город проверенные кадры, поставила в ружье и полицию, подняла по тревоге гарнизон. В итоге даже относительно неожиданная атака не стала фатальной, разбилась на продуманную давным-давно оборону от подобного рода форс-мажоров. И сейчас войска вместе с другими государственными службами активно добивают наиболее опасные группы, кого не перемолотили во время дневных боев. Скорее всего, львиную часть бунтовщиков задавят еще к утру, затем за три-четыре дня выловят всех, кто попытается разбежаться.
Вот в других городах ситуация существенно неприятнее. В Екатеринбурге погромщики смогли захватить мэрию, сейчас полиция пытается загнать беснующуюся толпу внутрь, чтобы не дать заразе распространиться по соседним кварталам. На югах пока невнятные сообщения о мобилизованном казачестве и толпах не идентифицированных бродяг по дорогам. А в Москве идут натуральные бои в северных районах. Там рядом с промышленной зоной затевали огромное строительство и теперь вся эта кодла фальшивых работяг пытается пробиться к центру. Хорошо еще, что две бригады ВДВ как раз готовили к переброске на Кубань и теперь бравые парни встали насмерть между гражданскими и наемниками прямо по границе промзоны.
Генерал-лейтенант вздохнул и прокрутил список последних сообщений. То, что мятеж задавят, он не сомневался. Но оставался вопрос — какой ценой. И что потом говорить монарху. Каким образом вся отлаженная и прекрасно подготовленная карательная машина Империи умудрилась проспать столь паршивую ситуацию? Вполне возможно, что по итогам разбирательств придется сложить полномочия. Но сейчас главное — свернуть предателям шею с минимальными потерями среди гражданского населения. А то будет как в поговорке: паны дерутся, у холопов чубы трещат…