Наследник Ярости
Шрифт:
– Вот мерзость!
– выругался Ирвальд, отряхивая ладонь.
Птица лежала ни жива, ни мертва. Что было от неё толку? Скрутить голову да бросить в кусты - вот чего хотелось Ирвальду, но птица должна была что-то знать. Стало быть, нужно приводить её в чувства.
В это же время клубок снова подпрыгнул - высоко, чуть выше князя, и поскакал в чащу. Ирвальд сунул птицу под кафтан, вскочил на ядокрыла и продолжил путь.
На этот раз клубок бежал ещё быстрее, так что Ирвальду пришлось поднять Юрея в воздух и лететь. Маленькая точка клубка
Ирвальд сверкнул глазами, шепча ругательства, а в груди неторопливой волной поднималась ярость.
Клубок замедлил бег, и уже катился по земле. У самых ворот замка он остановился, поджидая владыку, затем покатился вдоль ворот, пока не достиг небольшого лаза и нырнул туда. Ирвальд велел Юрею спрятаться и полез следом за клубком.
Лаз был довольно узким и невысоким, так что Ирвальду пришлось пробираться, согнувшись в три погибели. Впереди показался свет - тусклый, как от пламени очага. Ирвальд затаил дыхание и осторожно, ступая на носках, двинулся дальше.
Лаз привёл его в просторную комнату, вырубленную прямо в скале. Высокие стены уходили далеко вверх, так что едва можно было разглядеть своды, увенчанные кривыми сосульками сталактитов. На каменных выступах стояло множество склянок и кувшинов с зельем, повсюду были развешаны связки трав, грибов, сухоцветов, на толстых нитях висели привязанные за хвосты мёртвые летучие мыши. По углам стояли клетки - большие и маленькие. Почти в каждой сидело какое-нибудь измученное существо - зайцы, псы, понурыши. Был даже каменный орёл, сжатый прутьями клетки настолько, что не мог повернуть ни одной из голов.
В центре комнаты горел огромный очаг, над которым висел такой большой котёл, что впрору было сварить целиком ядокрыла. Рядом с очагом колдовала ведьма. Клубок остановился возле её юбки, задрожал и медленно растаял в воздухе.
Ведьма стояла спиной к Ирвальду и не сразу заметила гостя. Он достал меч из ножен и тихонько подошёл сзади.
– Ну что, поговорим?
– грозно спросил Ирвальд.
Ведьма испуганно обернулась, и он сразу же её узнал. Это была последняя жена Калеша, Атилла. Верховный владыка славился сластолюбием, и в молодости часто менял жён, отвергая по весьма удобной для него причине - ни одна из них не могла зачать. Но сейчас Калеш был глубоко стар, и Атилла держалась в его замке довольно долго.
Клубок указал на неё. Неужели жена Калеша была причиной всех его бед? Ирвальд хмурил брови, не в силах поверить. Пока он раздумывал, Атилла отскочила в сторону и качнула огромный котёл. Тот зашатался, разбрызгивая кипящее зелье по сторонам. Брызги вмиг обернулись зудящими шершнями и, выставив вперёд острое жало, бросились на Ирвальда. Ему пришлось опустить меч и остановить их мороком.
Пока он возился с шершнями, Атилла успела взбежать по ступенькам неверх и скрыться в другой комнате. Ирвальд мигом вскарабкался по стене и прыгнул вслед за
– Чего ты так испугалась?
– спросил Ирвальд, наступая ей на юбку.
Глаза её побелели от ужаса, и она не смогла произнести ни слова. Небольшая грудь часто вздымалась, а стук сердца громко отдавался дробью в ушах владыки.
– Боишься, - насмешливо сказал Ирвальд, наклонился и погладил её по щеке, - может, расскажешь почему? Что за цветы ты посеяла в моём саду?
– Отпусти, - пискнула Атилла, - мне нужно отойти... по нужде.
– Правда?
– хмыкнул Ирвальд, - это ещё с кем-то работает?
– Я не лгу, - прохрипела она.
– Тогда представь, что меня здесь нет, Атилла. Потому что я не уйду без ответов на свои вопросы. А их много, ведьма.
Ирвальд убрал ногу с юбки, и Атилла поднялась - сначала на колени, потом во весь рост. Взгляд её был потухшим. Она отошла немного в сторону, подняла края юбки, и вдруг бросилась мимо Ирвальда с такой прытью, какой он совершенно не ожидал. Выскочив обратно на лестницу, Атилла лишь на миг оглянулась и прыгнула вниз.
Голова её ударилась о край котла, а ноги угодили в очаг. Когда Ирвальд спустился вниз, тело её пылало, а из потрескавшихся глазниц вытекали густые ручейки чёрной крови.
Ирвальд со злостью пнул ногой тело ведьмы и поспешил на воздух - вонь от горящей плоти сжимала горло, мешая дышать. Он лез обратно, проклиная себя за то, что позволил оставить в дураках какой-то ничтожной ведьме. Ком загадок рос со страшной силой, а единственная зацепка догорала в пламени, не оставив ни малейшего намёка, где искать правду.
– Как сладок аромат смерти, - раздался писклявый голос. Ирвальд посмотрел вниз - он совершенно позабыл про птицу, спрятанную в кафтане. Похоже, она уже отошла.
Ирвальд достал её и посадил на ладонь, сжав между пальцами крошечные лапки.
– Ведьма мертва!
– ликовала болтушка и хлопала крыльями.
– Чем она заслужила твою ненависть?
– спросил Ирвальд.
– Она откусывала нашим сёстрам головы и делала говорящие ожерелья.
– Зачем?
– Для пыток. Или наказаний. Атилла любила наказывать слуг, привязывая к дереву и надевая ожерелье.
Ирвальд подивился таким хитростям. Ведьма оказалась жестокой и изобретательной. Живи она в его владениях, он бы её приструнил, а то и отсёк голову. Но раз Калеш позволял такие выходки...
Видать, князь совсем одряхлел, хотя в их последнюю встречу Ирвальду так не показалось.
– Расскажи мне, почему клубок привёл меня к тебе?
– Что за клубок?
– спросила птица, невинно хлопая ресницами.
– Ты знаешь.
– Я расскажу, но ты должен кое-что мне пообещать.
– Ты ещё торгуешься?
– удивился Ирвальд, - я могу открутить голову за такую дерзость.
– Её мне открутит хозяин, так что выбор не велик.
– Кто твой хозяин?
– Калеш, - ответила птица.