Наследник Ярости
Шрифт:
Это название очень ему подходило...
***
В этот раз Ирвальд повёл её к самому подножью горы. Небольшой холм, усыпанный васильками и белыми шариками отцвёвших одуванчиков, был гораздо ниже остальных.
– Открывай, маковица!
– княжич топнул ногой, впечатав каблук глубоко в красноватую землю.
– Помни: ничего не брать!
– Рявкнул он притихшей Ярушке.
Ведьма-маковица была куда симпатичней Шаринки - высокая, розовощёкая, с довольно приятным лицом. Глаза её были абсолютно белыми, а ресницы напоминали маковые лепестки - чёрные от краешков век, с ярко красной опушкой, длинные, почти до бровей.
Крошечный
Ведьма склонила голову, подобострастно сложив руки на груди.
– Приветствую, владыка.
– Можешь сделать так, чтобы её никто не замечал?
– сквозь зубы процедил Ирвальд.
– Даже владыка?
– Нет. Обычные люди, зверье по ту сторону Гор.
– Могу, - ответила ведьма, уставившись на Ярушку немигающим взглядом, - чем ты заплатишь, дитя?
– Она даст монету, - ответил за неё Ирвальд, - и без глупостей, иначе твоя голова отлетит так далеко, что её не найдут даже твои псы.
Ведьма скривила губы в ухмылке. Подбородок опустился ещё ниже. Ярушка почувствовала напряжение, возникшее между владыкой и ведьмой. Должно быть, у них была своя, тёмная история. Тем не менее, Ирвальд почему-то привёл её к этой ведьме.
– Идём, дитя, - ведьма взяла Ярушку под локоть и повела за собой.
Земля у подножья расступилась, открывая ход, ведущий куда-то глубоко вниз. Каменные ступеньки были усыпаны песком, который противно скрипел под ногами. В этой пещере, как и в предыдущей, пахло сыростью и травами.
Они спустились вниз, и только тут Ярушка заметила, что Ирвальд не пошёл за ними.
– Ну что ты застыла, давай свою монету, - сказала ведьма.
Ярушка достала из-за пояса кошелек. Ведьма равнодушно сунула деньги в карман фартука и положила руки девушке на плечи.
– Присядь-ка, я погляжу на тебя.
Ярушка послушно опустилась на лавку, позволив ведьме рассмотреть себя.
– Не пойму, с чего он тебя отпускает, - пробормотала ведьма себе под нос.
Ярушка не ответила: ей и самой было невдомёк, почему он возится с ней, ведь это такие хлопоты. Проще было оставить её, послав на все четыре стороны.
– У тебя есть имя?
– спросила она ведьму.
– Мальва.
– Хорошее имя, - улыбнулась Ярушка, - а я...
– Мне незачем знать твоё, - неожиданно грубо оборвала её Мальва, - я к тебе в подруги не набиваюсь. Сиди и молчи, пока я буду шептать.
Ярушка обиженно замолчала. Возможно, Ирвальд был прав, постоянно сыпля угрозами. Должно быть, по-другому ведьмы не понимали - грубые, лукавые создания. Оставалось лишь надеяться, что колдовство ей поможет, а не навредит.
Но раз Ирвальд позволил им остаться наедине - стало быть, этой грубиянке он доверял.
– Мне нужна твоя кровь, - потребовала Мальва, протягивая ей небольшой нож - три капли на этот лист.
– Ирвальд не велел.
– Иначе не подействует, - белесые глаза Мальвы буравили её насквозь. Ярушка не могла понять, говорит ли она правду или опять хитрит, как та, предыдущая. И почему Ирвальд остался снаружи, когда так нужен здесь?
– Ну же!
– ведьма теряла терпение, - мне не стала твоя краса ценой собственной головы.
Девушка, наконец, решилась. Взяла из рук ведьмы нож и легонько уколола палец. Кровь брызнула во все стороны, и на зелёный лист
– Три дня, - сказал ведьма, - заклинание продержится ровно три дня и ни минутой больше. Так что поторопись, девица. Теперь ступай. И передай княжичу, что я рада была помочь.
– Такие слова обычно говорят в лицо, - заметила Ярушка, - если всё ладно...
– Тебе до того не должно быть никакого дела - фыркнула Мальва и, подхватив грязные юбки, демонстративно исчезла.
– Спасибо, - поблагодарила Ярушка пустоту и поднялась по ступенькам, ведущим к выходу из пещеры.
Ирвальд сидел на траве, уперевшись локтями о согнутые колени, и смотрел в небо. На темнеющем полотне сумерек в шумной драке схлестнулись десятки летучих мышей. Крылатые создания неистово вопили, вгрызаясь друг дружке в крылья и отхватывая на лету кончики ушей.
– Мальва просила передать, что рада была помочь.
Ирвальд равнодушно пожал плечами. Ярушку так и подмывало спросить, что у него приключилось с этой ведьмой, однако, поразмыслив, решила держать язык за зубами. Она ведь тоже не хотела раскрывать ему свои секреты. Да и любопытство могло обернуться грубостью, как это было с ведьмой.
– Она сказала, что заклинание действует три дня.
– Значит, ты едешь в Хорив.
– Выбор не богат, - улыбнулась Ярушка, - и времени не так уж много.
– Выедешь на рассвете, - сказал Ирвальд.
– Но я потеряю целую ночь!
– Ты едва стоишь на ногах.
– Я сильная!
Ярушка гордо вскинула подбородок и выпрямилась, расправив плечи. Ей уже очень долго приходилось быть сильной. Детство закончилось со смертью родителей, и жизнь потребовала собрать волю в кулак, чтобы не раскиснуть, как мякиш в ковше.
– Выедешь на рассвете, - повторил Ирвальд, не сводя с неё тяжёлого взгляда ярких сапфировых глаз.
Он поднялся с травы и повёл её прочь из поселения ведьм. Они пересекли поле и углубились в лес. Везде, где ступал Ирвальд, наступала тишина: зверьё и птицы умолкали, чтобы уже через несколько минут, как пройдёт владыка, зайтись в неистовой какофонии самых невероятных звуков.
– Что это за плоды?
– спросила Ярушка, указывая на дерево с огромными, как лопухи, листьями, среди которых красовались сочные бока фруктов, очень похожих на груши.
– Это коконы.
– То есть, они несъедобны, - разочарованно подытожила Ярушка.
– Морены пожирают их с удовольствием, особенно за пару часов до того, как они начнут лопаться. Потом это сложнее. Потом они начинают отбиваться.
– Должно быть, забавное зрелище.
Ирвальд улыбнулся, обнажив клыки. Улыбка вышла странной - искренней и зловещей одновременно. Ярушка поёжилась - не то от вечерней прохлады, не то от прокравшегося в сердце страха. Ведь она полностью в руках этого человека-зверя, которого знает всего лишь полдня, и который посреди всей той жестокости, с которой ей пришлось столкнуться, чувствует себя, как рыба в воде.