Наследник Ярости
Шрифт:
– Мы все наслышаны о твоих делах - сухо сказал Мораш, - каждая тварь Межгорья ведает, что ты устроил.
– И что мне до тварей?
– глаза Ирвальда недобро вспыхнули, на скулах заиграли желваки.
– Спеси в тебе больше, чем здравого смысла. Однако это дало результат.
Мораш вдруг улыбнулся, в глазах плясали задорные огоньки. Он встал с кресла и обошёл вокруг сына, разглядывая его с головы до ног. Лицо его светилось от удовольствия.
– Небесные не против твоего союза с Отрадой.
Брови
– Э-э-э... С чего вдруг?
– Ты пытался убить ящера. Один! Это безрассудно. Орвилл уже поплатился за это!
– Да, ящер. Эта скотина спряталась в пещере. Мне не удалось его выманить.
– Ты здорово испугал его!
– похвалил сына Мораш.
– Я и не подозревал, что ярость в тебе так сильна.
– Ты только что упрекал меня в безрассудстве!
– Это так! Но ты нашёл смелость бросить вызов. Теперь мы объединимся, чтобы убить ящера!
– О да, - язвительно протянул Ирвальд. Три стареющих владыки и несостоявшийся жених будут рубить ящера в мясо - то еще зрелище. Отец словно прочитал его мысли и нахмурился.
– Еще рано сбрасывать нас со счетов, сын мой. Тебе понадобится наша помощь. Особенно теперь.
– Ты так странно говоришь! Что вы задумали?
– Ничего, - Мораш лукаво отвёл взгляд в сторону, - все в твоих руках. Этот замок мал для тебя, не находишь?
- В подземелье поместится войско.
– Но это не замок князя. Обитель Орвилла ждёт нового хозяина.
– Вы все так решили?
– Ирвальд заметно напрягся. Он любил свой замок, и пока не готов был его покидать.
– Пока нет. Но Калеш уже объявил, что замок Орвилла теперь твой. К тому же, там тебя ждут.
– Кто?
– Отрада.
– Ха!
От изумления Ирвальд потерял дар речи. Он не мог себе даже представить, что девушка небес будет ждать его возвращения здесь, на земле. С чего бы это вдруг? Предполагалось, что он падёт ниц к светлейшим ногам и приползёт на Небеса, до смерти очарованный. Он подозрительно посмотрел на отца, чувствуя, как в груди закипает злость. Неужто они всё за него решили? Ну уж нет!
– А с чего вдруг она осталась, отец? Что вы затеяли за моей спиной?
– Мы обсуждаем союз с хранителями. Нам показалось, что девушка тебя заинтересовала. Это не так?
– Значит, ей приказали ждать меня в замке?
– рявкнул Ирвальд.
Мораш, чувствуя, что ещё чуть-чуть и гнев сына выплеснется наружу, примирительно поднял ладони вверх.
– Никто ей не приказывал, Ирвальд. Она сама так решила. И нечему тут удивляться: голос твоей ярости слышали все в долине. Женщины любят силу больше, чем ты думаешь. Это хороший союз для князя, сынок. Подумай!
– Непременно, - язвительно пообещал Ирвальд.
– И смой с себя запах ведьмы. Он тошнотворен.
Ирвальд не ответил.
Никто в долине не знал про Ярушку, как будто её и вовсе не было. Да славятся Синие Горы!
– А чем это ещё пахнет?
– внезапно спросил Мораш и приблизился вплотную к Ирвальду, потягивая носом, будто ищейка, - славный запах!
– Это дурман, - нашёлся Ирвальд. Но Мораш продолжал обнюхивать его одежду, прикрыв веки.
– Такой молодой запах... Твой плащ пропитан им насквозь.
– Я спал на нём в лесу.
– Ты был за Горами?
– Мораш открыл глаза. Лицо его потемнело от негодования, - это запах человека!
– Я купил этот плащ у торговцев. Он совсем новый, - солгал Ирвальд. Он не знал, что сказать отцу. Все, что угодно, только не правду. Отец не поймёт, почему он отпустил девушку. Ирвальд и сам не понимал...
– Я предпочитаю верить тебе, сын мой, - сухо ответил Мораш и взмахнул пальцами, указывая Ирвальду на выход, - ступай спать, а то едва держишься на ногах.
Глава 10
Над Горами бушевали молнии. Град сыпался с небес, разбиваясь о твёрдые скалы, и вот уже весь склон был усыпан ледяной крошкой, мерцавшей, словно бисер, при каждом всплеске молний.
Ирвальд не замечал, как бежит время. Час, два, три... он неподвижно сидел верхом на ядокрыле, выставив вперёд острие меча, и терпеливо ждал, когда ящер устанет.
Огромная тварь спряталась среди скал, слившись с ними цветом, как хамелеон...
Гроза началась как нельзя вовремя. Мокрые камни стали скользкими, мешая ящеру уворачиваться от меча владыки.
Ящер был огромен. Толстая кожа, покрытая чешуйками, словно кольчугой, надёжно защищала рептилию от ударов меча. Однако глаза, шея и перепонки между массивными когтистыми пальцами были уязвимы. У ящера был внушительных размеров хвост, увенчанный шипами. Им он обычно сбивал противника с ног и затаптывал насмерть. Но против ядокрыла ящер был слишком неповоротлив.
Юрей камнем обрушивался на ящера и улепётывал прежде, чем тот успевал развернуть хвост для ответного удара. Ядовитые перья скакуна не могли причинить ему вред, пока одно из них не застряло в правом веке рептилии.
Ящер взвыл, ощутив, как глаз сводит судорогой от боли. Яда было недостаточно, чтобы убить, однако голова стала дёргаться и неметь. Ящер с трудом поворачивал шею.
Княжичу удалось отрубить несколько пальцев на передней лапе рептилии. Стон боли заглушил яростный клич владыки, разнесшийся далеко по Горам.