Наследник 2
Шрифт:
— По одному подходите, — пришлось заорать, успокаивая мальчишек, так как мне показалось, еще мгновение — и драка вспыхнет между ними за право оказаться впереди.
Дождавшись, когда закончится целование креста, я вернулся к деду и другим ближникам.
— Деда, их всех определи на другое подворье. Нечего им пока здесь тереться. Пусть приглядывают за ними. Отроками пусть Карась займется и начинает учить их, а то глянь на них, дикие. Он справится, да и ты, дядя Олег, пару уроков им преподай, — выдал я.
— Сделаю. Сам
Так что, собрав людей, повели на другое подворье, расположенное в Белом городе, я же, оседлав Черныша и захватив Олега и Елисея с Василием, отправился к Одоевским. Договариваться насчет помощи. Все-таки не было у меня здесь подвод. Да и люди мне нужны были, чтобы перевезти серебро. Ведь с убытием Прокопа людей у меня стало меньше, а еще ведь на охране домов надо было кого-то держать. А двадцать тысяч серебра — это двадцать тысяч, и ради такого куша многие будут готовы рискнуть, и охрана нужна соответствующая.
У Одоевского я пробыл до самой вечерни, рассказывая о царской охоте и вообще о царе. Хованского тоже зазвали в гости, и он почти сразу приехал. О делах моих удалось легко договориться. Мне выделят четыре подводы, да и сами князья завтра ко мне присоединятся со своими людьми в охране.
Вернувшись к деду, я с удовольствием завалился в баню, отдыхая и расслабляясь, а после сразу спать.
С утра, как всегда, был поход в кремль, где я вместе с боярами и другими царскими приближенными дожидался Дмитрия Иоанновича возле крыльца.
Вот только на лестнице появился совсем не царь, а Ян вместе с Мацеем.
— Царь, отдыхать изволит, — произнес Ян и, развернувшись, ушел.
Мацей же остался на лестнице, прислонившись к перилам.
Вот только в этот момент все взоры бояр устремились на меня, и они были ожидающие.
«Да твою же душу», — промелькнуло у меня в голове.
Глава 17
Глава 17
«Я же старший по местничеству среди них, да и царев родич», — промелькнуло в мыслях.
— Чего скажешь, Андрей Володимирович? — Рядом нарисовался Милославский, хрен сотрешь.
— Нечего говорить, пойду на заутреню и помолюсь за царя-батюшку, — ответил я и тут же скорым шагом направился в собор, а следом за мной и остальные.
Ну еще бы, после моих слов всем надо помолиться за царя, дабы показать, как они о нем пекутся.
В соборе встал на прежнее свое место, позади меня справа тут же пристроился Мстиславский, а слева Воротынский. Где и как встали остальные, я не видел, но наверняка тоже старались поближе ко мне. В прошлые посещения заутреней такое внимание окружало царя.
Я прекрасно понимал, что это за ход с их стороны и чем это может аукнуться для меня. Нет, надо срочно валить из этого гадюшника.
Отстояв службу всей толпой, направились в терем, где проходили заседания боярской думы, и нет, это была
Зайдя в зал, все бояре начали занимать свои места в ожидании царя. Который, впрочем, мог и не явиться, да и, по словам Яна, царь отдыхает, это могло затянуться. Просто так ждать, да еще и с боярами, которые явно начнут меня втягивать в свои разговоры, я не хотел. Поэтому решил в царских палатах поспрошать, а потом и улизнуть, дел у меня хватало.
Выйдя из зала под взглядами бояр, я прошелся до царского дворца, где на подворье дежурили иностранные охранники, а у крыльца стояли стрельцы.
Мимо тех и других я спокойно прошел, а стрельцам еще и кивнул, они мне тут же отвесили поясной поклон.
Благо я знал, где находятся царские покои, и спокойно прошел к ним, по пути мне попался служка, но у них обычно спрашивать не стоит. Ведь царю прислуживали стольники благородных кровей.
Пара поворотов, и я выйду к коридору, который и приведет меня к царским покоям. Вот только когда я проходил мимо одной из комнат, оттуда, заметив меня, вынесся десяток иностранной стражи, они тут же наставили на меня свои алебарды, готовые атаковать.
Я мгновенно замер и, выгнув бровь, произнес:
— Вы что, совсем ополоумели? — В голос попытался добавить наглости и спеси.
Один из стражей что-то прорычал мне негромко. Вот только он говорил на своем языке, судя по всему, это смесь немецкого с чем-то, и, естественно, я его не понял, потому что знал английский и немного испанский. Да и местные варианты речи весьма сильно отличались от своих прототипов из двадцать первого века.
— Ты по-человечьи молви, — нагло усмехнулся я.
Страж тут же шагнул в мою сторону, положив одну руку на рукоять сабли, судя по всему, он был офицером и главным в этом десятке.
Он был не намного выше меня, но вот в плечах шире. Одет на европейский манер: темный камзол с манжетами и плащ на плечах. Аля мушкетер его величества из одноименного фильма, да еще и с усами.
Усач, подойдя, обрушил мне ладонь на плечо и прямо в лицо что-то произнес, дыхнув перегаром и луком. В общем, заставив поморщиться.
Вот только мне это не понравилось, да и коли станет известно, что князь Старицкий такое стерпел от какого-то наемника, моя репутация рухнет…
— Ну и воняет от тебя, как от пса. Ты на кого свою руку поднял, ишак плешивый? — прошипел я ему в лицо и дернул плечом, пытаясь сбросить руку усатого. Вот только он вцепился в меня весьма крепко и смотрел, ухмыляясь нагло в лицо.
— Ой, не туда ты смотришь, дурачок, — улыбнулся уже я и на секунду скосил глаза вниз, усач тут же посмотрел туда, где уже мой нож смотрел ему прямо в пах.
Тренировки с дядей Олегом я не бросал и кое-чему у него научился, да и не только у него.
Усач замер и что-то мне произнес.