Наследницы
Шрифт:
— Я знаю, что вы были расстроены, но вы еще и злились. Почему? — настаивал Блэз.
Кейт уклонилась от прямого ответа.
— Ну, — сказала она, — разве я вас просила приезжать? Я ведь могу продержаться сама, если даже вы в этом сомневаетесь.
— Это моя бабушка беспокоилась о вас, а не я. Я считаю, что вы справляетесь сами, но бабка уже стара, а к тому же привыкла встревать во все.
— Нет, — запротестовала Кейт. — Это не так.
— Тогда в чем же дело?
«Вот что значит юрист», — со злостью
Он что, и дальше собирается устраивать ей допросы, пока не будет доволен результатами?
— Мне казалось, вы влезаете не в свое дело, — солгала она. — Я устала, и мысли путались. Мне очень жаль, если я показалась вам неблагодарной.
— Я знаю Гонконг, Кейт, знаю, куда здесь можно пойти и что можно сделать, а вы не знаете. Тем не менее, если вы не хотите, чтобы я…
— Хочу, — быстро произнесла Кейт. — Но я и сама хочу выяснить все, что можно. — Она вдруг умолкла, внутренне ужаснувшись тому, что, если Ролло был прав, могло ей открыться. Она чувствовала себя в западне, выхода не было.
Блэз видел по ее лицу — она все еще не говорит ему всей правды. К тому же она явно испугана. Что, черт побери, здесь происходит? Почему она что-то от него скрывает? Одному Богу известно, что этот прохвост Беллами здесь делал. Что бы это ни было, Кейт не хочет ничего об этом рассказывать. И почему в Гонконге? Ведь это территория его жены. Доминик. Ее имя словно осветило все вокруг. Ну, разумеется… Это что-то, связанное с ее проклятым аукционом. Почему Беллами приехал неофициально, если Джеймс Грив официально представлял здесь «Деспардс»?
Конечно, Беллами что-то вынюхивал и попался на этом.
Но как разузнать, в чем дело?
— Прекрасно. Я сделаю все возможное, чтобы выяснить, кому помешал Беллами. В этом городе полно всяческого рода преступников, да еще аукцион моей жены, конечно, привлек многих.
Блэз следил за выражением лица Кейт и, подбросив приманку, увидел, как она прикрыла глаза и отвела взгляд в сторону, словно вид из окна целиком поглощал ее внимание.
«Бог мой, — подумал он, — что же такое сделала Доминик?»
Блэз отправился в гонконгский «Деспардс», оставив Кейт спать в гостинице.
— Значит, ты уже знаешь о моем успехе, — вместо приветствия сказала Доминик.
— Думаю, о нем не знает только мертвый. — Блэзу было интересно, это известно его жене про Ролло, и он воспользовался возможностью. — Кстати, Ролло Беллами чуть не умер.
На мгновение в ее синих глазах появилось замешательство.
— Ты говоришь об этом гее — приятеле Кейт Деспард? Он болен?
— Он в Чандлеровской клинике, находится в коме, — на него напали и страшно избили несколько дней назад.
Глаза и рот Доминик округлились от удивления.
— Так он в Гонконге? Но его не было на аукционе…
— Как я слышал, там были толпы народу, ты могла его не заметить, — усмехнулся
— Если он должен был составлять отчет для Кейт Деспард, он бы нашел возможность поговорить со мной.
— Я и не знал, что ты с ним знакома.
— Да мы виделись всего один-два раза, к тому же он знал отца.
— И не любил его.
— Папа его тоже терпеть не мог, — сказала Доминик, сморщив носик. — Всегда шпионил за людьми… Да, он наверняка приехал сюда вынюхивать. У него всегда вид человека, который подслушивает под дверью.
— Что тут можно вынюхивать?
— Кто присутствует, кто покупает, каковы цены, как ведется аукцион — все! Может быть, они собираются воспользоваться моими идеями для своего аукциона в Кортланд Парке. — Доминик невесело рассмеялась. — Интересно, что она сделала, чтобы склонить Николаса Чивли на свою сторону? Насколько я слышала, он принадлежит к тем людям, что требуют платы за свои услуги. — И, заметив удивление мужа, Доминик спросила:
— А ты ничего не знал? Где же ты был?
— Конечно, не знал. Я был в Южной Африке. Я слышал, что лондонский филиал претендует на этот аукцион, но не знал, что они его все-таки получили.
— Да, это, конечно, распродажа, о которой можно только мечтать. Я бы с удовольствием занялась этим сама, но Нью-Йорк, к сожалению, не годится. Однако… — Теперь в смехе Доминик звучало самодовольство. — Ей еще придется поработать, чтобы догнать меня. Мне удалось здорово взвинтить цены. Кортланд Парк или что другое, думаю, мне бояться нечего. Теперь скажи, ты сюда надолго?
— Не знаю. Это зависит от разных обстоятельств.
— От каких? — И Доминик сказала с неожиданной резкостью:
— Только не говори мне, что ты приехал сюда, потому что твоя королева-мать послала тебя на помощь Кейт Деспард, а не за тем, чтобы поздравить собственную жену!
— Я прекрасно могу сочетать одно с другим, разве нет? — потянулся к ней Блэз. — Ты для меня — самое главное, сейчас у меня в этом нет никаких сомнений.
— Надеюсь, что так, — сказала Доминик, позволяя мужу целовать и ласкать себя. — Но сегодня ничего не выйдет, мне придется угощать важного клиента, который истратил на моем аукционе совершенно астрономические суммы.
— В таком случае когда? — Блэз нахмурился.
— Завтра. Завтра мы сможем провести вместе целый день, а на той неделе мне предстоит новый аукцион в Нью-Йорке…
— Бог мой! — взорвался он. — Меня начинают бесить эти мимолетные встречи.
— Дорогой… — Доминик прильнула к нему. — Ты думаешь, мне не надоела такая жизнь? Но это очень важный клиент. — Она и вправду так считала, с удовольствием предвкушая встречу, а важной персоной был Чжао Ли. — Я не могу обмануть его ожиданий.
— А меня можешь? — неприязненно спросил Блэз. — Кстати, где ты была? Я звонил тебе сюда раз десять.