Наследницы
Шрифт:
— Ну, если он жил здесь во время войны…
Она не говорит ему правды. Почему он снова впал в немилость? Блэз чувствовал, что его терпение, не такое уж и безграничное, почти исчерпано. Эта девица становится жерновом у него на шее.
— Вы посылали его сюда?
— Нет, не посылала.
— Значит, это его идея?
— Он сказал, что его приглашает старый друг и что заодно он заглянет на аукцион.
— Но Джеймс Грив уже был отправлен на аукцион?
— Ну и что? Я не сторож Ролло 1 — Нет, скорее он вас сторожит, — не удержался Блэз.
На бледном
— Он мой хороший друг, а вы…
— Что ж, договаривайте, — неприязненно сказал Блэз. — А я могу только мечтать об этом?
Лицо Кейт стало каменным.
— Что с вами творится? — взорвался Блэз. — Можно подумать, что это я собственноручно искалечил Ролло.
Никакого ответа, но в самом молчании, казалось, крылось обвинение.
Блэз взял себя в руки.
— Он общался с вами по приезде сюда?
Кейт покачала головой, но по ее внезапному напряжению Блэз понял, что она опять лжет. Чертова девка!
Блэз злился на себя. Ему-то тогда что здесь надо?!
Ролло действительно звонил Кейт, очень коротко, вечером в день Открытия аукциона, чтобы рассказать об астрономических суммах, которые, впрочем, вполне соответствовали качеству вещей.
«В пару к нашей собственной драгоценной лошадке».
Кейт почувствовала, как подпрыгнуло и часто забилось сердце.
— Из того же источника? — спросила она, тщательно подбирая слова, не в состоянии поверить Ролло.
— Не могу пока поручиться, но выясняю. Могу сказать, что я лично уверен в этом.
— Не может быть! — задохнулась Кейт. — У нее не хватит выдержки! Это не может пройти! Я хочу сказать, в больших количествах. Ты, как всегда, драматизируешь ситуацию. Или напился рисового вина.
— Трезв как стеклышко, моя дорогая.
— Но как…
— Не задавай вопросов, — быстро прервал ее Ролло.
— Хотя бы до тех пор, пока у меня не будет ответов.
— Сколько времени это может занять?
— Этого я тоже пока не могу сказать…
— Или не хочешь, — перебила его Кейт. — Ради Бога, Ролло, будь осторожен. Мне кажется, у тебя просто пунктик на этой почве, но тем не менее…
— Мартышек ловят осторожно, — нараспев сказал Ролло, — но в нашем случае это не мартышка, а крыса.
— Если ты прав, то целый выводок.
— Послушай, я уверен, что одну знаю. Но говорить не буду. Не сейчас по крайней мере…
— Мне кажется, ты просто спятил, — сказала Кейт, вдруг испугавшись за него. — Ради Бога, не встревай ни во что.
— Ты знаешь, я ведь не люблю скопления народа, — ответил Ролло многозначительно.
— Тогда возвращайся домой! Ты уже кое-что узнал.
Возвращайся, мы все обсудим…
— Ну что ты, я только начал развлекаться. Я успел забыть соблазны Гонконга. А ты карауль лавку и будь умницей. Я еще позвоню. — И он положил трубку, не дав ей возможности сказать ни слова.
Да, она оказалась права. За всем этим крылось что-то жуткое, а рассказать было некому. Говорить с Блэзом Чандлером — все равно что с его женой. Теперь
А если это обнаружит кто-нибудь еще… Ей сделалось нехорошо. Тогда «Деспардс» разорится. Она сама разорится. Все труды ее отца пойдут прахом. Она не имела представления о том, что обнаружил Ролло, но понимала, что он чуть не погиб из-за этого. Без сомнения, его хотели убить. Доктора говорят, что ему повезло. Если бы не старуха, обнаружившая его, и не полиция, оказавшаяся рядом, Ролло бы уже не было в живых.
Тут ей пришла в голову другая, не менее страшная мысль. Жизнь Ролло находится в постоянной опасности, поскольку живой он кому-то мешает. Тот, кто хотел его убить, страшно напуган, и поэтому во что бы то ни стало захочет завершить задуманное. Страх наполнил все существо Кейт. Она не питала никаких иллюзий относительно Доминик дю Вивье, но как далеко она может зайти?! Кейт нужно быть очень осторожной, поскольку она не знает, где может таиться опасность. Именно это произошло с Ролло.
Она не должна доверять никому. И меньше всего — Блэзу Чандлеру, несмотря на его показное участие. Потому что именно он, а не кто другой, муж Доминик.
Блэз счел, что пора проявить решительность.
— Я собираюсь отвезти вас в гостиницу, вам нужно выспаться. Не спорьте. — Его тон заставил Кейт закрыть рот, когда она готова была возразить. — Рассудите здраво, если вы в силах. Чем вы сможете помочь Ролло, если вы валитесь с ног от усталости? Чтобы помочь ему, вам понадобятся силы, которых у вас сейчас нет. Выспитесь хорошенько, дайте отдохнуть и телу, и мозгу и возвращайтесь сюда. Он бы сказал вам то же самое. Разве не так?
Кейт вынуждена была согласиться. Ролло терпеть не мог мучеников и именовал их «самыми эгоистичными людьми в мире». Но что, если он придет в себя в ее отсутствие, если он скажет что-нибудь важное, а она не будет знать…
— Не превращайтесь снова в строптивую девицу, какой были в момент нашей первой встречи, — предостерег Блэз. — Она мне не нравилась.
Это была его ошибка. Кейт взвилась:
— Мне плевать, что вам нравится! Ничего бы не случилось, если бы не вы и не ваша… — Она вовремя прикусила язычок.
— Если бы не я и не моя… что? — мягко спросил Блэз.
Спокойнее, сказала себе Кейт. Придержи язык, пока он не навредил тебе всерьез! Блэз не должен ничего заподозрить, иначе он предупредит жену.
— Простите меня, я совсем не владею собой. Вы правы, глупо доводить себя до такого состояния. Может быть здесь, в больнице, найдется комната или запасная кровать… Мне не хочется оставлять Ролло одного.
Она встала и, почувствовав, как закружилась голова, пошатнулась.
Блэз успел подхватить ее за локти.