Наследница молний
Шрифт:
– Что такое?
– нахмурился Кейман.
– Снова движение!
– Я ничего не видел.
– Вы не туда смотрели.
– Я смотрел туда же, куда и ты.
– Да?
– Я с сомнением приподняла одну бровь.
А потом догадалась.
– Бастиан, ну ты и козел!
Из леса донесся аристократический ржач огненного короля.
– Дайте мне лопату, я его добью!
– сквозь зубы процедила я.
– Не дам. Лопата казенная. Следи лучше за дорогой, мы не можем перекопать весь лес.
Но я знала, что почувствую нужное место, едва окажусь возле
Наконец школа стала просматриваться именно с того ракурса и именно в том размере, что и во сне.
– Это где-то здесь.
– пробормотала я, оглядываясь.
Ничего особенного. Лес, елки, снежочек, звезды над головами. Бастиан бродит где-то вдалеке,и меня совсем не волнует вопрос, что он мог слышать все наши разговоры и узнать об Акорионе. Я сосредоточена лишь на том, чтобы вновь погрузиться в сон, только теперь уже не в качестве насильной гостьи темного бога.
И хоть я была готова к тому, что выйду на нужное место, оказалась там неожиданно для самой себя. Просто деревья вдруг словно расступились, пропуская меня на небольшую, скрытую от посторонних глаз, поляну. Охнув, я осела на землю: ощущение было сродни тому, когда Кейман вмешивался в мои эмоции. Страх, злость, обида - сердце неприятно заныло, а руки затряслись, как у гипертоника в момент криза. Опекун, отставший буквально на пол шага, бросил лопату и помог подняться.
– Нужно вернуться в школу. Я запомню место и сам посмотрю.
– Нет!
– Я вырвала локоть и пошатнулась, но все же устояла.
– Давайте искать.
– Лучше бы ты так упрямилась в процессе учебы, - сказал Кейман.
Но взял лопату и воткнул ее в землю там, где я показала. Помощи от меня было немного, нет-нет да к горлу подкатывала тошнота. А вот Кейман с поразительной легкостью, словно усталость для него была незнакома, отбрасывал землю. Глядя на него мне становилось стыдно, и я копала усерднее - но результат от этого не менялся.
– Да-а-а, - протянул Бастиан, скептически за нами наблюдая, - когда я говорил, что ты потрахаешься, я имел в виду немного не это.
У меня даже не было сил огрызаться, я уже пожалела, что затеяла эту вылазку, да и в том, что под землей что-то есть стала сомневаться. А то, что мне так фигово. может, утка была несвежая?
Где-то вдалеке хрустнула ветка. Мы с Кейманом замерли, вслушиваясь в тишину леса.
– Волки, наверное, - пожал плечами директор.
– Волки?! В лесу водятся волки?!
– Ну да, это же лес. Мы их гоняем, но все равно иногда заходят. Любой адепт с легкостью отгонит волка, что тут страшного?
– Меня бы хоть предупредили! Я здесь тренируюсь.
Кейман в очередной раз с силой воткнул лопату, но вместо того, чтобы по самый черенок войти в землю, она стукнулась обо что-то твердое, жалобно звякнула и завибрировала - такой силы получился удар.
Мы - все вчетвером - переглянулись. Кейман со мной, я с Бастианом, Бастиан - с лесом. А лес вдруг женским голосом поинтересовался:
–
Магистр Ванджерия осеклась, рассмотрев Кеймана. А увидев меня, слегка побледнела. Я же старалась не смотреть на нее слишком завистливо, но была вынуждена признать, что в длинном зимнем пальто, отороченным мехом, Яспера была очень хороша. Ее тяжелые черные локоны рассыпались по плечам, запутались в блестящих в лунном свете ворсинках воротника. А глаза поблескивали в темноте, как у кошки. Очень свирепой и сильной кошки.
– Что вы делаете?
– Как что?
– хмыкнул Кейман.
– Не видишь что ли, день рождения адептки Шторм празднуем. Я почти победил в конкурсе на самую глубокую ямку. Иди сюда, забери у Шторм лопату и помоги мне.
Яспера смерила меня холодным - снег вокруг показался праздничным конфетти - взглядом, но лопату забрала,и вместе с Кейманом они мигом очистили от морозной земли. нечто каменное. Ну или железное. Круглое, большое, напоминающее люк в земле. Когда я, ползая прямо в платье, расчистила плиту,то стало ясно, что это действительно люк.
– Входящий, преклони колено перед великими богами, -прочитала я.
– Что это?
– Яспера нахмурилась.
– Вход в храм. Тот самый, который замурован в подвале, -предположила я.
– Исключено, - ответил Кейман.
– Его засыпали.
– Его могли расчистить.
– Это нельзя сделать тихо. Чтобы расчистить подземный храм, надо. здесь не обойтись лопатой. Я не отрицаю, что это мог быть вход в него, но.
– Но вы ведь не проверяли храм после того, как Оллис разнес половину школы.
– Технически школу разнес я, - поправил меня Бастиан.
– Давай не будем приписывать мои заслуги всякой нечисти.
– Вот и скажи, мог ли Оллис сделать что-то в храме. До того, как мы вернулись.
– А во сколько вы вернулись?
Я задумалась.
– К утру. Еще не рассвело, но большую часть ночи мы провели в полете.
– Да, пожалуй, - после длинной паузы кивнул ди Файр, - у него было время. Он закончил с нами не позже двух.
Я вздрогнула от фразы «закончил с нами», а в особенности от будничного тона, которым она была произнесена.
– А с кем она.
– Яспера странно на меня покосилась.
– Не обращай внимание. Ладно, отправлять Шторм в школу уже бесполезно, давай посмотрим, что под люком. Сможем мы его отодвинуть?
Открыв рот, я смотрела, как магистр Ванджерия с пугающей легкостью двигает тяжеленную каменную плиту. Нет, пожалуй, я не готова стоять на пути Ясперы к счастью. Не знаю, кто эта женщина, но явно не просто маг. Что-то в ней было.
звериное.
Похоже, этой ночью мы все заподозрили друг у друга скелеты в шкафу и дружно решили об этом не говорить. Яспера больше не спрашивала о том, с кем я беседую, Бастиан молчал об Акорионе, а я не лезла с вопросом «Откуда у посредственного преподавателя и ревнивой красотки такие способности при том, что она не использует крупицы». Ну а Кейман и в мирной жизни ни у кого ничего не спрашивал, и никому ничего не говорил.