Наследие

Jaira

Как только к ним приблизился сает, женщина и тагари забыли о споре и горячо приветствовали старого друга. Молодой человек снял повязку и капюшон. Как заметил Фарен, все люди из общины оказывали им тот же знак доверия, что и Джайре.

Наемница почти бегом спускалась по лестнице. До нее донесся обрывок завязавшегося разговора:

– Ты из знатного рода.

Фарен удивленно взглянул на стагату.

– Это так заметно?

Женщина хитро усмехнулась, кокетливо накручивая волосы на палец и поглаживая рукояти

коротких парных мечей.

– Конечно, - она медленно обошла его, оценивая взглядом как коневод отличного скакуна.
– Таких красавцев не встретишь среди простолюдинов. Да что там! По одним твоим рукам видно, что они привычны только к стали да поводьям. Уж не рыцарь ли?

Последний вопрос прозвучал почти враждебно. Все стагаты испытующе посмотрели на него. Смех Фарена прозвучал неуместно.

– Нет, - низкий голос третьего стагата вызывал инстинктивный страх.
– Я чувствую в нем мрак. Он некромант. И как это понимать, Хаким?

– Не беспокойся, Патриц. Он под моей ответственностью, - подошла к ним Джайра.
– Рада вас всех видеть.

"А по виду и не скажешь", - Фарен не решался посмотреть на Джайру в открытую. След от пощечины густо алел и естественно привлекал к себе внимание.

– Что это с тобой?
– указала на ее лицо стагата. Джайра только отмахнулась.

– И тем не менее, - снова заговорил стагат, - мы тоже рады.

Улыбка Патрицу не удалась - все испортили шрамы. Правое веко и верхняя губа срослись неправильно, и асимметрия лица складывалась в безумный оскал, хотя Патриц большей частью сохранял безразличное выражение лица. В сочетании с пронзающим взглядом когда-то он мог испугать, хоть и был очень красив. Сейчас же, кроме первоочередного отвращения и дальнейшей жалости, к нему больше ничего не испытывали.

– Что бы вас не привело в Октаву, боюсь, я ничем не смогу вам посодействовать. Мои цели недостойны вашего внимания.

Тагари ухмыльнулся на ее слова:

– Или они абсолютно расходятся с нашими интересами.

Джайра покачала головой.

– А мне кажется, что ее цели как-раз-таки должны нам быть очень близки, просто она не хочет делиться с нами.

Женщина явно гордилась своей красотой, постоянно обращая на себя внимание неуловимыми телодвижениями.

– А точнее: рисковать нашими жизнями.

Джайра вздохнула:

– Что ж, вот вы меня и раскрыли. Как всегда. Но я действительно вам не помощник. У меня есть важные дела в Октаве.

– Связанные с Эврикидой?

В этот раз ей не пришлось долго подбирать слова.

Во время этого разговора Хаким просвещал Фарена в личность каждого стагата:

– Тагари зовут Волгрен, но это не имя. Он изгой, но посвящает свою жизнь достойному для его верования делу. Фрида - бывшая куртизанка. Нашумевшее убийство прежнего казначея - ее рук дело. Патриц же когда-то был Стражем Октавы... и он довольно близко

знаком с Джайрой. Берегись его.

Специально для прибывших приготовили термы. Фрида и Патриц о чем-то совещались с Хакимом, поглядывая косо на Джайру, беседующую с Волгреном.

– Ты опять здесь.

Тагари посмотрел на нее своими морозными глазами.

– Почему ты не предстанешь перед Каядисом?

– Ты знаешь, почему.

С другой стороны галереи некромант что-то рассказывал Ксии.

– Опять ты за свое, - вздохнула Джайра.
– Эти заморочки с твоими предками тебе не надоели?

– Я полукровка, из самерийцев со мной никто не станет говорить.

– Послушай. Происхождение не имеет значения. Да, оно открывает перед тобой пространство с тысячами дорог, но какую из них выбрать - решаешь ты. Это и будет твоя судьба. Я вижу, что ты в душе тагари, а не наемный вояка.

– И кого же ты видишь, Урук`Талл?

– Прокаядиса, а возможно, и нового Каядиса.

Волгрен сурово смотрел ей в глаза со своего огромного роста, присущего всем обитателям Самерии.

– А я вижу перед собой великого человека, способного перевернуть мир.

Джайра раздраженно передернула плечами.

– Я это уже слышала...

– Но упорно отказываешься принять это. Ты бы уже давно могла занять место Вездесущего, а может быть, и правителя Ардонии.

– А ты не задумывался, зачем мне это было бы нужно? Дай я сама отвечу: незачем. Я не хочу быть у всех на виду, тем более - сейчас. Мне хватает тех проблем, что у меня уже есть. Лишнего никогда никому не надо, как и усложнять себе жизнь. Если ты имеешь в виду то, что я могу влиять на этот мир, как, впрочем, и ты, и кто-либо другой, мне и так это удается неплохо.

– С твоими способностями не должно быть "неплохо" - должно быть "грандиозно" и "великолепно".

– Ну да, конечно! За вором и убийцей никто не пойдет, Волгрен. Помни: ведь даже я не знаю, кто я.

– Уж не зависть ли это?
– из его глотки прозвучало глухое урчание, отдаленно похожее на тигриное.

– Да, скорее всего это она.

Тагари вдруг перевел взгляд на проходящего мимо Фарена.

– Как тебя зовут, Уот`Уото?

Молодой человек решил не обращать внимания на последние странные слова рогатого верзилы.

– Фарен. А тебя, как мне сказали, Волгрен?
– тот одобрительно кивнул.
– Странное имя.

– Это не просто имя, это моя суть. Волгрен означает "полукровка". Это ваши имена бессмысленны. Только это и делает из вас людей: вы ходите всю жизнь с одним пустым именем и не можете найти свое предназначение, свою суть.

– Не забивай себе голову, - кинула через плечо Джайра, несказанно удивив некроманта.

– Урук`Талл всегда пренебрежительно относилась к тагу, но только так и может она видеть свой истинный путь.