Наследие
Шрифт:
– Около четырех.
Джайра одобрительно кивнула.
– Знали вы ваших предшественников в этом логове?
– Да, - с гордостью ответил юноша.
– Это были хорошие ассасины.
Зайн вздохнул. Джайра кинула на него беглый взгляд.
– Вы должны стать лучше них.
Глаза обоих расширились от недоумения.
– Не ждите, что я буду показывать вам боевые искусства - вы сами всем этим овладеете со временем, все, что было для этого нужно, вам дали в Аль-Пассале. Вы пришли сюда не ремеслу учиться, а жить и бороться за жизнь, жизнь без войны.
Ученики смотрели на нее во все глаза, у каждого в душе зарождались мысли о героизме,
– Отбросьте эти ребяческие мечты о вашей значимости в общине ассасинов, - отрезала Джайра, увидев этот блеск в их глазах.
– Запомните: вы ничего ни для кого ни стоите и никому ничего не должны... особенно верить. Надейтесь только на себя. Все, что вы делаете - вы делаете только для себя. Забудьте все эти идеи об общей пользе, они уместны только в Аль-Пассале. Здесь же, как бы вы ни старались, пока сами не научитесь думать и целесообразно действовать, вы бесполезны. Я буду учить вас выживать самим. Пока вы не научитесь постоять за себя, вы не сможете постоять за других.
Фарен слушал ее речь. Сзади к ним подошла Ксия, прислушивающаяся к словам наемницы. Слова Джайры только на них произвели нужное впечатление, ученики же понурили головы, Зайн в задумчивости уставился невидящим взглядом в одну точку.
– Ну-ну, - взбодрила их Джайра, - не все так плохо. Я понимаю, мои взгляды резко отличаются от того, что вам говорили в Месае, но только не вздумайте сравнивать меня со своими наставниками оттуда. Наверняка вы уже обо мне наслышаны и понимаете, в чьи руки попали. К тому же, если бы я была настолько... безответственна, то Хаким бы не попросил меня закончить ваше обучение. Первый вопрос, который я вам задам, будет такой: кем вы хотите стать и почему? От этого зависит ваше дальнейшее обучение.
– Я хочу стать талюфу, - тут же выпалила Тамира. Брат вытаращился на нее, как будто видел в первый раз.
– Мне нравится изучать яды и отвары, я люблю читать труды алхимиков. А еще мне нравится их губительная сила.
Джайра вздохнула:
– Что ж, в этом логове уже есть один старый талюфу, но в его руках сила созидания, а не умерщвления, - для учеников это оказалось новостью.
– Это Расул. Да, он талюфу и тоже знает все о ядах и отварах, даже был в Исре и брал уроки алхимии. Но больше всего ему понравилась сила металлов и камней, поэтому он обучился кузнечному делу в Оркулуме и теперь считается лучшим металлургом Аль-Пассала. Это его работа, - она продемонстрировала свой наруч, выпустив Шип.
– Начинал путь алхимика и Хаким, но стал все же джеллаедом, хотя в целительстве среди ассасинов, пожалуй, ему нет равных.
– Я тоже хочу быть джеллаедом, - произнес Мааруф.
– Я овладел многими видами оружия и готов к убийству.
Джайра снова вздохнула, потерев лоб. "Чему только их учат в Месае..."
Фарен с скрытой усмешкой слушал неопытных юнцов, не понимающих, что они говорят, и вспоминал себя. Ксия бледнела, осознавая, что перед ней, возможно, сидят будущие убийцы.
– А готов ли ты взвалить на себя эту ответственность? Готов взять на себя вину? Запомни: ничью смерть никогда нельзя оправдать. Небо и люди никогда уже не простят тебя. Вопрос только в том, сможешь ли ты жить с этим дальше, - оглядев окончательно засомневавшихся учеников, она сказала: - Ну, а ты, Зайн?
Юноша поднял на нее печальный взгляд.
– Я хочу стать вами.
Крайнее удивление испытала не только Джайра. Близнецы переглянулись, и у каждого была одна и та же мысль: "Как я до этого не догадался?" Фарен одобрительно
– Мной? Почему?
Хецин пожал плечами.
– А разве причина не ясна? Вы - лучшая. Вы выживаете в любой ситуации, знаете все слабости врагов, прославились на весь мир и при этом остались свободны. Вы действуете сами на свое усмотрение, не выполняя ничьих приказов, но не забывая о своем долге. Таким и должен быть ассасин.
С уст наемницы слетела горькая усмешка.
– Ты заблуждаешься. Думаешь, это так просто - выжить? Для того, чтобы стать таким, как я, нужно пройти все опасности за те десять лет, которые я пережила. Ты готов к этому? Выдержишь? Нет. Я никому не желаю прожить все то, что я пережила.
– Я понимаю, - упорство ученика начинало раздражать ее. Она не любила, когда ей начинали оказывать чересчур большое уважение и почет, доходившее чуть ли не до поклонения.
– Вы воспитали в себе могучую силу воли, и я тоже хочу это сделать.
– А что, по-твоему, означает "сила воли"?
– Это способность отречься от своих страхов и сомнений. В особенности это воплощается в убийстве человека.
– Что ж, можешь считать меня безвольной, - саркастически засмеялась Джайра, - но я не убила еще ни одного человека, не считая монстров и нежить. Сила воли - это, прежде всего, готовность во что бы то ни стало дойти до конца.
– А как же идея? Как по-другому убить идею, если не убить ее источник?
– Не совсем верное высказывание, но я понимаю, что ты хотел сказать. Идею может убить и сам ее творец, если показать ему, что ее воплощение невозможно. Для этого нужно помешать ему, унизить его и ввести в отчаяние. Это будет сильнее смерти - так ты не сделаешь его мучеником в глазах его сторонников, наоборот - все отвернутся от него, он останется один, сломленный и лишенный всякой надежды. А человек без надежды уже ни на что не способен. Имя человека всегда будут помнить, если его не станет. Для нас важно, чтобы его имя хотели забыть. Вот в чем мастерство ассасина.
Глаза Зайна заблестели. Он благодарно поклонился учителю за преподанный ему урок, и Джайра удовлетворенно кивнула. Перемены взглядов ее давних знакомых сразу стали ей заметны. Оба - и Фарен, и Ксия - понимали, какой опасный человек она на самом деле и какое покровительство в этом обманчивом и жестоком мире получили они. Ей оставалось только надеяться, что их отношение к ней не изменится.
– Ни один из вас не дал мне правильного ответа, - все трое потупились.
– Слушайте, что вы должны отвечать на такой вопрос: я хочу стать человеком, который знает цену мира без войны.
Тамира встрепенулась.
– Это слова Вездесущего!
– Именно. В ваших словах я слышу только жажду крови, желание убить, а убийство ведет только к ненависти, порождающей вражду. Мы - не Темный Круг, - все содрогнулись от названия древнего культа мрака, - мы - ассасины, и не убиваем, если можем добиться мира другим способом, - внезапно ее тон переменился.
– Ну, а теперь я хочу посмотреть, чему вас научили в Месае. Берите оружие.
Пока ученики показывали свои боевые навыки, Джайра, наблюдая за ними и изредка делая замечания, продолжала наслаждаться ежевичным отваром, убаюкивающим тревожные мысли. Ксия с Фареном молча смотрели за ходом тренировки ассасинов со второго этажа, каждый думая о том, сколькому еще им предстоит научиться, чтобы обладать такими же смертоносными умениями и умом. К ним присоединился Хаким, со спокойствием благополучного хозяина осматривающего свой двор.