Наше лето
Шрифт:
Девушка не знала, как реагировать на его комплимент, она почему-то до сих пор не научилась с достоинством принимать одобрение на свой счёт, поэтому решила просто перевести тему разговора.
– А есть у вас здесь какие-нибудь развлечения?
Парень усмехнулся:
– Ты козу хочешь научиться доить или послушать, как дядя Ваня после трёх рюмок по клавишам на баяне не попадает?
Яна шутку не поняла и немного обиделась:
– Ну, собирается ведь молодёжь где-нибудь по вечерам, может, клуб какой-нибудь есть?
– Да, навес у нас у Правления есть, в субботу днём там собрания проходят, а по пятницам вечером местная тусовка отрывается. Только я тебе туда ходить не советую.
– Что старенькая уже с молодёжью тусоваться?
– Слишком приличная,
Егор, собрал со стола грязную посуду, давая понять, что ужин окончен, но девушка придержала его за руку, усаживая обратно на стул. Она впервые позволила себе дотронуться до него, что означало лишь одно: парень стал «своим в доску». И действительно, за три дня, что Яна провела здесь, она с ним практически не расставалась. В привычной ей жизни она мужа видела реже, тот постоянно пропадал на работе и даже в выходные умудрялся решать какие-то важные дела.
– Как же ты отдыхаешь? – Спросила она у парня.
– Вот закончим с тобой все дела, узнаешь!
Егор оставил посуду Яне, а сам принялся прикручивать последнюю розетку. Сегодня его ждала ещё Фёдоровна, да и дядя Ваня тоже просил зайти вечерком.
* * *
К середине пятницы благоустройство участка Яны подходило к концу. Конечно, можно облагораживать огород постоянно. Но самое необходимое для нормального ведения хозяйства было сделано. Егор выменял у дяди Вани обрезки пластиковых труб на пару листов фанеры, без дела валявшихся в гараже. Трубы он подвёл к наружной стене бани, куда на деревянные кронштейны прицепил бывшую когда-то в употреблении нержавеющую мойку. Теперь, чтобы вымыть посуду, не требовалось нагибаться почти к самой земле над старым краном. По просьбе девушки рядом прибил крючок для полотенца. Затем прочистил трубу дымохода в бане, отпилил несколько сухих веток у яблонь и вишен, выкопал компостную яму и поменял сгнившую доску на нижней ступеньке крыльца. Яна всё это время тоже не сидела без дела. Она, помня про ещё бабушкины запасы масляной краски, отыскала банки на полках в гараже. Пришлось купить растворитель и кисточку в местном магазине, зато с покрашенными рамами на окнах дом сразу преобразился. Парень высказал своё мнение, что забор тоже требует обновления. Но девушке было жалко расходовать на него белую краску. Тогда в ход пошла зелёная, а белой Яна нарисовала горошки, чтобы было не как у всех.
Поскольку участок какое-то время был заброшен, то многие посадки пропали, а какие-то девушка просто опоздала сделать в этом сезоне. Без должного ухода продолжали расти только кустарники и плодово-ягодные деревья. Но внести свою лепту очень хотелось. Яна купила в магазине семена укропа, моркови, редиски, а также листового салата и посеяла на заботливо вскопанные Егором грядки.
– Вот, теперь, я думаю, мы заслужили отдых, – сказал Егор, сидя на крыльце и оглядывая хозяйство.
Он стряхнул пепел от сигареты в жестяную банку из-под консервы, которую давно уже приспособил себе под пепельницу. Яна, не переносившая запах дыма, стояла в сторонке с пустой лейкой в руках.
– Как стемнеет, часиков в девять, приду!
Парень не уточнил, что именно он собирается делать, но на немой вопрос девушки ответил:
– Не бойся, ничего противозаконного. Просто не уходи никуда.
Можно подумать, Яна куда-то собиралась. У неё вообще сложилось впечатление, что Сергей не очень-то и переживает по поводу её исчезновения, раз до сих пор не поднял на ноги весь город в поисках супруги. Но думать о муже в данную минуту девушка не хотела. Она закрыла за Егором калитку и пошла в дом. На кухне парень вывел две новые розетки, так что можно было кипятить электрический чайник, не опасаясь за вышибленные пробки. Но эмалированный гороховый с недавних пор девушке нравился больше. Она поставила чайник на плиту и достала овсяное печенье. Как-то слишком быстро Яна привыкла к новой жизни. Она думала, что будет переживать по поводу случившегося, страдать, скучать по прежним денёчкам, а получилось совсем наоборот. Загородная жизнь настолько увлекла девушку
Чтобы «убить» внезапно высвободившееся время до позднего вечера в отсутствие телевизора и интернета, Яна взялась за книжку. В основном на полках стояла только классика. Девушка давно уже пустила на растопку бани всю литературу с советским уклоном, следом втайне от бабушки она покидала в топку одноразовые книжки, какими считала современные любовные романы. А последняя ревизия вынесла безжалостный приговор разного рода учебным пособиям «Как самой моделировать одежду» или «Строим двухэтажный дом своими руками». Яна знала, что делать выкройку по книжке 1959 г. выпуска или самостоятельно женскими ручками класть кирпичную кладку она точно не будет, поэтому расправилась и с такого рода литературой без всякого сожаления. А вот перечитывать Лермонтова, Чехова или Бунина она могла постоянно. Удобно устроившись на стареньком диване в большой комнате и включив напольный торшер, она погрузилась в эпоху девятнадцатого века, где мужчины ещё умели красиво ухаживать за дамами, а те в свою очередь вели себя скромно и целомудренно.
* * *
Громкие шаги на крыльце, а затем и скрип половиц на кухне разбудили девушку.
– С каких это пор ты перестала закрываться? – Усмехнулся Егор, показавшись в дверном проёме.
Яна даже не поняла, как уснула, а теперь внезапно разбуженная, плохо соображала, сколько времени прошло.
– Одевайся теплее, а то солнце село и сразу стало прохладно. Я на улице! – Сказал парень, и, прихватив коробок спичек, вышел из дома.
Укутавшись в старый большой свитер, Яна последовала за ним. На свободном от новых посадок месте Егор разжёг костёр. На землю бросил пенопропиленовый туристический коврик и велел девушке садиться.
– Можешь считать это пикником, а хочешь, представь, что мы пошли в поход, суть от этого не поменяется. Сегодня я накормлю тебя тем, что с детства считаю вкуснее всяких чипсов и колы.
Парень достал из рюкзака, который принёс с собой, картошку, хлеб и полную полуторалитровую бутылку.
– Пиво? – Поинтересовалась Яна, не увидев на бутылке этикетку.
– Нет, квас! Сам ставил. Мне баба Маруся закваску дала.
Пока костёр прогорал до углей, Егор жарил на огне хлеб. Выдерживая тематику вечера, Яна поленилась идти в дом за кружками, поэтому пила квас по очереди с другом прямо из горла.
Вообще она с детства была очень брезгливой. Набегавшись на улице целый день и изнывая от жажды, никогда не пила воду из общего ковша, а просила налить ей в чашку. Но к Егору она почему-то неприязни не испытывала.
Когда появилось достаточно углей, парень положил в них картошку. Прогоревший костёр уже не так сильно грел и освещал, что девушка невольно начала жаться к Егору.
– Замёрзла?
– Немного.
Он пустил её «под крылышко».
– Ты – отличный друг, – сказала Яна.
Ей очень хотелось сделать Егору приятное, похвалить его, как-то отблагодарить за помощь.
Он ухмыльнулся:
– Ты тоже. Внешне ты похожа на мою бывшую англичанку в школе. Она к нам только в одиннадцатом классе пришла. Молоденькая, сразу после института. Такая же, как ты невысокая, стройная. Волосы только немного светлее. Но сама себе на уме! Влепит оценку с потолка, ни за что не оспоришь. С ней разговаривать вообще бесполезно было, всегда при своём мнении оставалась. Ты, когда на меня с порога набросилась, подумал «точно её копия». А теперь вижу, что ошибался. Мне же тут даже поговорить особо не с кем было. Старики или на свои болячки жалуются или пытаются жизни учить с высоты прожитых ими лет. Дядя Ваня вообще обычно молчит, а как выпьет, то лучше его не слушать. Он же молодой ещё по сравнению с остальными, но давно уже на пенсии. В горячих точках служил по контракту, такое рассказывает…