Нарисуй меня

Ланская Алина

Генварского нет на месте, сообщает мне его помощница. И это большая неожиданность. Не то чтобы он должен мне отчитываться о своих планах, просто утром ничего не говорил о том, что у него встречи вне офиса. Обычно говорит…

— Привет, он здесь где-то, — раздается за спиной знакомый голос. — Скоро будет, не переживай.

— Привет, День.

Дугин кивает.

— Хочешь в его кабинете подождать? Мне нужно кое-какие бумаги посмотреть.

— Конечно.

Нас беспрепятственно пропускают,

еще и спрашивают, не приготовить ли кофе.

— Нет, спасибо.

— Обедать пойдете? — спрашивает Дугин, когда закрывает за собой дверь.

— Ага. — Забираюсь в кресло и осматриваюсь. Все, как всегда, на своих местах. Идеальный порядок.

— И как тебе с ним живется, а, Марин? — Денис, кажется, не в духе. — Нет чтобы… ладно…

— Что ладно? — С любопытством смотрю на злого Дугина. — Мне прекрасно живется. А как тебе с ним работается? Ладно, не рассказывай, я знаю.

— Что ты знаешь? — День чуть напрягся, а потом широко улыбнулся. — Выкладывай давай. Порадуй, а то день совсем чудовищный.

Дугин и правда не очень хорошо выглядит, замотанный.

— Возьми отпуск, отдохни, — неожиданно для самой себя предлагаю я. — Нет, правда, так и до истощения можно дойти.

Дугин по-хозяйски присел на краешек стола Максима и вытянул длинные ноги. Руки скрестил на груди.

Он улыбался. Грустно улыбался.

— Я не могу оставить Генварского одного. Даже не думай.

— Вот прямо не можешь? — недоверчиво протянула я и тут же прикусила язык. Чуть не сболтнула лишнего. Хожу пьяной от счастья, как к Генварскому переехала, надо все-таки себя контролировать.

Поздно. Он все понял.

— У нас были с Максом разногласия, Марин. Серьезные разногласия. Ты о них явно знаешь. Да ладно, вижу же, что знаешь. Чего тебе Генварский говорил? Что я не хотел, чтобы он стал гендиром после смерти Навроцкого? Это правда, я даже бунт поднял.

— И что изменилось? — Смысла врать не было, а узнать очень хотелось.

— Все изменилось, — просто ответил Денис, и я ему сразу поверила. Настолько искренне прозвучали его слова. — Макс возродил бизнес, мы на ладан дышали последние годы, я бился как мог, но… — Тут он развел руками. — Но я не Макс.

— Да, он говорил, что золотые дни вашей компании остались где-то в девяностых, когда она ему досталась в наследство.

— Все верно. Я был идиотом, Марин, напыщенным индюком. — Денис криво усмехнулся, что-то припоминая. — Мы все были, старая команда, я имею в виду, никто не ожидал, что Генварский сумеет вытащить нас из дерьма. А он не просто смог, таких контрактов даже в лучшие времена не было. Всего за пару лет у нас оборот в несколько раз вырос, Грин бы никогда на нас глаз не положил, будь мы пустышкой.

— Я слышала, ты хотел быть на месте Максима.

— И счастлив, что это не

так. Я бы не смог сделать то, что смог он. И ведь не выгнал меня, хотя должен был. Знаешь, от старой команды любят избавляться в первую очередь, набирать новых, которые не знают, как было при прежнем владельце. А он почти всех оставил. И меня тоже. Хочешь, чтобы я сейчас оставил его?

Я молчала, Дугин тоже. Ушел куда-то в мыслях, сидит на столе, смотрит в окно, а на лице хмурая складка между бровями.

Очнулся, лишь когда открылась дверь.

— Давно ждешь? — Макс вроде у меня спрашивает, а сам смотрит на Дугина, который уже слез со стола и сейчас с папкой документов стоит перед нами.

— Недавно совсем, мы идем обедать?

— Конечно. — Макс ласково улыбается, и в кабинете сразу рассевается едва заметное напряжение. — Пару минут только подожди в приемной.

Легко! Мне почему-то показалось, что Дугину сейчас за что-то влетит. Я не слышу, что там происходит, только громкий голос Деня. Может, и погрела бы уши, но в приемной помощница сидит, вот она вообще не реагирует, делает вид, что ничего не слышит.

Через минуту Денис вылетает из кабинета и, не глядя на нас, быстро уходит. Поругались, значит. Опять.

Макс бледный, хоть и пытается улыбнуться.

— Случилось чего? — тихонько спрашиваю уже на улице. — Жару задал Дугину, да?

— Немного, но он прав... Мы так и не отметили толком твое поступление. Хочу пригласить тебя в Париж на эти выходные. Зачем ждать, верно?

Глава 54

— Париж? Серьезно? — Лика недоверчиво уставилась на меня.

— Не жизнь, а один сплошной «Диснейленд», — прокомментировала Марго. Они с Алей только что вернулись с перекура и теперь стоят у ресепшен, откровенно греют уши.

У нас вроде улучшились с девчонками отношения, когда до всех дошло, что у меня нет их амбиций, иногда они мне даже помогали, как тогда на конференции Ольги Васнецовой.

Вопрос в том, переживут ли они мой Париж. То есть я-то считаю, что это совсем не их дело и вообще к нашей работе в «Ариэль» не имеет никакого отношения.

— Круто! — без особого энтузиазма в голосе проговорила Аля. — Там сейчас, правда, аномальная жара стоит, уже плюс сорок, ты в курсе?

Я промолчала. В принципе, радоваться за коллег здесь принято только в присутствии Мих Миха, да и то, если это касается общего дела. А вот личное…

На самом деле глупо получилось. Помощница Максима прислала мне на выбор три варианта отеля (так ей Генварский сказал). Она и отправила — только не на личную почту, а на наш общий ящик. Да еще в тот момент, когда за компом Лика сидела. Как в анекдоте, честное слово, только совсем не смешно.