Начало
Шрифт:
Поцелуй меня.
Его губы обрушились на мои в горячей спешке, и я приветствовала их, нежась в медленно распаляющемся огне. Мои руки снова двинулись, забираясь в этот раз повыше, обнимая его за затылок и притягивая ко мне. Запуская пальцы в его волосы, а затем спускаясь вниз к изгибам его плеч. Из его горла донесся низкий рык, а поцелуи стали требовательней, будоража меня каждый раз своей бархатистой лаской. Каждая клеточка моего существа хотела этого — хотела его, и это побуждало меня узнать, чувствовал ли он тоже самое.
Его руки скользнули вниз по моему телу, приподнимая за талию и толкая меня
Он углубил поцелуй, раскрыв мои губы и коснувшись языком моего языка. Казалось, внутри меня взорвались фейерверки, потрескивая искрами на моей коже, словно живое электричество. Я прижалась к нему сильнее, упиваясь сладостью и полнотой его губ. Я никогда не думала, что прикосновение губ может быть настолько приятным. Что мне всегда будет мало их поцелуев. Мало его. Я была поглощена, загипнотизирована во всех значениях этого слова.
Я могла бы провести так целую вечность.
— Я тоже, — шепнул он в ответ.
Он мягко провел губами по моим губам и отстранился, опираясь на локоть и нависнув надо мной.
— Почему мы остановились? — спросила я, пытаясь перевести дыхание и не сводя глаз с его идеальных губ, желая снова испить их эликсира. — Что не так?
— Все так, — улыбнулся он, и на его щеках загорелись ямочки, когда он посмотрел на меня по-новому — с нежностью. — Я просто хотел полюбоваться тобой минутку, — промурлыкал он, проведя пальцем по спинке носа к моим припухшим губам.
Даже спустя все это время, я не могла взглянуть на него, не краснея, но и не могла заставить себя от него отвернуться. Я была заговоренным духом, одержимым его взглядом. Тем, кем он заставлял меня себя чувствовать, когда смотрел на меня своими льдисто-синими глазами. Я могла бы провести всю жизнь во власти его заклинания и все равно этого было бы мало. Он завораживал меня целиком и полностью.
— Но ты меня больше, — прошептал он, а затем нежно чмокнул меня в кончик носа.
Я не могла не улыбнуться ему. Его нежности.
— Я серьезно, — сказал он, а затем провел носом по моей щеке, и вдохнул запах моих волос. На его лице отразилось чистейшее блаженство, и мне стало приятно, что это было из-за меня. — Я никогда не видел ничего прекраснее. Ты заставляешь мое сердце вытворять сумасшедшие вещи.
Внутри меня снова принялись вальсировать бабочки, на этот раз от сладостной мелодии его слов. Слов, предназначенных мне.
Я запустила пальцы в его волосы и поцеловала его снова, покусывая его губы и дразня, пока он не сдался и не вернулся ко мне. К нашим умопомрачительным поцелуям, заставлявшим нас проживать десятки тысяч идеальных жизней.
Минуты превратились в часы, а часы потеряли счет. Рядом с Трейсом я была словно в раю и не хотела возвращаться на землю.
Глава 38.
Канун Дня всех святых
Утро следующего дня поприветствовало меня угрюмым и пасмурным небом. Тонкая вуаль тумана
— Вы идете на Весенний Бал вместе? — спросил у меня дядя, когда я присела у входной двери зашнуровать кроссовки. Тот факт, что он знал, как называются танцы, хотя я ни разу об этом не заикнулась, застало меня врасплох.
— Не думаю, что Трейс пойдет.
— Какая жалость.
И не говори, подумала я. Я бы много чего отдала, чтобы увидеть его в красивом костюме.
— Полагаю, ты все равно идешь, несмотря на его отсутствие?
— Да. Вообще-то, я иду с друзьями. Ничего особенного. — Пожалуйста, пусть это будет последний вопрос. Я так не хотела обсуждать это с моим дядей сейчас. И в другое время тоже.
— Понятно, — кивнул он, засовывая газету под мышку и не спуская с меня пристального взгляда. — Я кого-то из них знаю?
— Да как обычно… Тейлор, Карли, Калеб. Как я и сказала, ничего особенного. — Я подхватила свою сумку и улыбнулась. — Мне лучше поторопиться, иначе я опоздаю в школу, — добавила я, закидывая рюкзак на плечо и пулей вылетая из дома, пока он не успел еще что-нибудь спросить.
Трейс не сводил с меня глаз, пока я обходила машину, идя к пассажирской двери, которую он услужливо распахнул для меня. Забравшись внутрь и помахав на прощание моему пронырливому дяде, мы молча тронулись в путь.
Спеша поскорее собраться и избежать дядиного допроса с пристрастием, я даже не подумала приготовиться к тому, что между нами с Трейсом может возникнуть неловкость после наших вчерашних упражнений в искусственном дыхании «рот в рот». Мы не обсуждали, что это означало для нас или как это могло изменить отношения между нами.
Даже после того, как меня забрал Габриэль и привез обратно домой — назад к реальности, — у меня все равно не было времени обдумать возможные последствия. В моей голове уже было столько всего намешано: мой отец и план его спасения, Тесса с Габриэлем и предстоящая им вскоре стычка, Доминик со своими скрытыми угрозами, которые не стоило воспринимать легкомысленно. Причин для беспокойства было множество и больше всего мне хотелось просто забыть о них на время, и хоть одну ночь нормально отдохнуть.
Конечно, помощи от Габриэля в этом плане ждать не приходилось; тот был сама предосторожность. Он провел всю ночь на моем балконе, расхаживая взад-вперед и ведя наблюдение, словно вооруженный тюремщик, готовый пристрелить любого, кто пересечет границу. Как бы я ни ценила его старания, его присутствие здесь еще больше напоминало, что мне грозит опасность, а неприятности уже не за горами.
Я изо всех сил пыталась его заглушить, но предчувствие неизбежной гибели засело у меня внутри будто чудовище, не желающее разжимать свои когти. Энгель, Доминик и даже Никки — все они были причастны к моим бесконечным несчастьям. Вопрос в том, кто из них «поможет» мне встретить мою смерть?