Начало
Шрифт:
— Мы едем ко мне домой.
— К тебе домой? — Он что, совсем из ума выжил? — Гм, ты ведь живешь в другой половине города, которая гораздо приятнее.
— То был мой фамильный дом, — осторожно поправил он, будто опасаясь моей бурной реакции. — Я там не живу. У меня маленькая квартирка на этой улице.
— Хочешь сказать, ты платишь деньги, чтобы жить здесь? — Это открытие сразило меня наповал.
На его губах появился легкий намек на улыбку.
— Это малая цена за анонимность.
***
Мы
Когда мы двинулись дальше по этому коридору ужасов, я вцепилась в кожаную куртку Габриэля сзади и подвинулась ближе к нему. Мы остановились, только когда добрались до последней квартиры слева.
Он открыл дверь и придержал ее.
— После тебя, — кивнул он, пропуская меня вперед.
Я с трудом сглотнула и вошла в темную квартиру, мои мрачные предчувствия достигли апогея. Габриэль последовал за мной и включил свет, перед тем как закрыть дверь на две задвижки.
Я медленно повернулась, разглядывая аскетичное убранство квартиры и пытаясь смириться с тем, что Габриэль жил здесь. Что он проводил дни и ночи в полном одиночестве в этой крохотной квартирке посреди ада. Одна мысль об этом вгоняла в депрессию.
Было тут не так уж много всего: крошечная кухонька слева, без всяких приборов кроме мини холодильника и плиты, голая гостиная справа, с черным кожаным футоном и маленьким деревянным кофейным столиком. Всему этому было далеко до богатого семейного дома, в котором я проснулась в ночь нашей первой встречи.
— Значит, вот где ты живешь, — сказала я, без энтузиазма оглядываясь вокруг.
Он подошел ко мне сзади и, положив руку мне на плечи, повёл меня в гостиную.
— Да, именно здесь я живу, когда я в городе, что случается не очень часто. Кухня, гостиная, спальня, ванная — сказал он, указав в конце на две закрытые двери в дальней правой части комнаты.
— Тогда почему тем вечером ты не привез меня сюда? — поинтересовалась я.
— Тебе была необходима первая помощь, вода и еда, и одеяла помимо всего прочего. — Он жестом указал мне присаживаться на футон. — Всех этих вещей здесь просто нет.
Я села и скептически посмотрела на него.
— Хочешь сказать, у тебя здесь нет еды или одеял?
— А для чего они могли бы мне здесь понадобится? — ответил он вопросом на вопрос, ставя рядом со мной еще один стул.
— Точно… прости. — Молодец, Джемма.
— Все в порядке, — отмахнулся он, сглаживая мою бестактность.
— Но
— Он вообще ни с кем не встречается, — ответил знакомый голос.
Вздрогнув от неожиданности, я резко обернулась и обнаружила, что на пороге спальни стоит моя сестра, будто пришелец из параллельной вселенной. С нашей последней встречи прошло так много времени, что я с трудом ее узнала. Я не верила собственным глазам.
— Тесса?
— Надеюсь, я ничему не помешала.
— Когда ты… То есть, где ты? — Я помотала головой, не в силах сплести слова в понятную речь.
Мы так давно не виделись. Что я могла бы сказать, чтобы выразить все мысли и эмоции, пробегающие в моёй голове в этот момент?
— Ты обрезала волосы, — тупо сказала я, не вставая с матраса. Элементарное замечание о ее волосах должно было сработать.
Она равнодушно кивнула, заправив за ухо прядь смоляно-черных волос длиной до подбородка.
Я осмотрела остальные её черты — лицо в форме сердечка, круглые скулы и пепельные глаза, и, конечно, алебастровую кожу которой позавидовала бы фарфоровая кукла. Все они были здесь. Всё было таким же, но чем-то отличающимся. Более выраженным, зрелым, усталым. У нее было выражение лица девушки, которая провела слишком много ночей в изменчивых тенях.
— Что ты здесь делаешь? — Голос Габриэля меня испугал. Он поднялся на ноги, глядя на нее с необычайной настороженностью, которую я не могла понять. — Я думал, ты на задании.
— Я была, то есть, я и сейчас на задании. У меня мало времени. Я пришла повидаться с Джэммой, — сказала она, поворачиваясь ко мне. — Я пришла отдать тебе кое-что.
— Ладно, — устало кивнула я, все еще пребывая в недоумении. — Типа подарок?
В конце концов, она пропустила мой день рождения, который я провела в больнице. Но было ли сейчас для этого подходящее время и место?
В ответ она вытянула кулак и раскрыла ладонь. С нее соскользнул продолговатый рубиново-красный кристалл и повис на серебряной цепочке, обернутой вокруг ее пальца.
Глаза Габриэля в ужасе распахнулись, когда он увидел ожерелье, качающееся в воздухе, будто маятник.
— Кровь Изиды.
Глава 29.
Амулет бессмертия
— Кровь кого? — переспросила я, чувствуя, как напряжение в воздухе охватывает меня тяжелым, влажным одеялом.
Я могла бы поклясться, что краем глаза видела, как Габриэль подался назад, словно физически боялся близости амулета. Чем бы эта штуковина ни была, она вывела его из равновесия, и теперь я не была уверена, что хочу знать ответ на свой вопрос.